Заскрипели отодвигаемые стулья, потянулись к потолку руки с бокалами, рюмками и фужерами:
– Долгие лета королю! – прокатилось по комнате.
Все выпили, и теперь уже Лилия – её тембр голоса походил скорее на голос Айви: тоже довольно низкий, но без хрипотцы, бархатисто-вкрадчивый – с улыбкой пожелала собравшимся:
– Приятного аппетита, дамы и господа!
Слуги начали подавать закуски. Лайош продолжал пустую болтовню со своей спутницей, время от времени поглядывая по сторонам. Обладатель бакенбард вновь принялся развлекать беседой Розу, что, похоже, не очень нравилось капитану, потому что тот сидел молча и в разговоре практически не участвовал, лишь изредка бросая какую-нибудь фразу.
Соседкой Лилии по левую руку оказалась дама в синем; раз-другой её взгляд, будто ненароком, через стол встречался с Шандором. Толстяк во фраке, тоже наверняка успевший заметить, где сидит соперник, теперь вообще не поворачивал к центру стола головы. По правую руку от Лилии устроился седовласый мужчина из игорной гостиной, рядом с ним сидели обе его молодые спутницы.
За холодными закусками последовали горячие, их сменил суп, затем подали мясо. С каждой переменой блюд Лайош всё больше убеждался, что либо содержание салона – дело невероятно выгодное, либо всё это финансируется не из прибылей, которые приносят гости, а из совсем иных источников. Маленькие бутерброды с икрой, тарталетки с вяленым окороком, сырный суп с фазаном, выбор напитков – ужин у «Трёх сестричек» вполне мог дать фору неплохому ресторану. Разумеется, всегда оставалась возможность, что хозяйки просто расщедрились ради праздничного банкета, но у Шандора постепенно складывалось впечатление, что салон имеет состоятельного покровителя – и как знать, только ли одного покровителя – а содержится ради полезных связей и знакомств.
– Вы не сладкоежка, Макс? – поинтересовалась Айви, когда на столе появились десерты и гостям подали кофе. – Или вы планируете активно танцевать на балу?
– Смотря что будут играть.
– Энанг, конечно. Ну же, Макс, не разочаровывайте меня! – женщина надкусила трубочку с кремом, демонстративно облизнула крошки с губ и улыбнулась. – Неужели после всего вдруг выяснится, что вы не танцуете энанг?
– Танцую. Но едва ли могу претендовать на то, чтобы называться искусным танцором.
– Никак не пойму, – заметила Айви, делая глоток кофе и задумчиво рассматривая сыщика.
– Чего?
– Скромник вы или бесстыдник. В вас попеременно проступает то одна, то другая сторона. А какая из них подлинная?
– Обе, – отозвался Лайош. – Как и в любом человеке.
– Как банально, – снисходительно усмехнулась женщина.
– Может быть, вы поделитесь со мной – какая из этих сторон вам нравится больше?
Айви, казалось, всерьёз задумалась над вопросом Шандора. Потом пожала плечами:
– Посмотрим сначала, насколько вы умелый или неумелый танцор.
Некоторые гости уже вышли из-за стола и в музыкальном зале оркестр начал играть первую мелодию. Энанг, та самая парная вариация валькабарских танцев, то терял часть своей популярности, то вновь неожиданно входил в моду, но никогда не оказывался полностью предан забвению. Более «официальные» его версии, когда партнёры, танцуя, держали некоторую дистанцию, допускались даже на самых строгих приёмах и вечерах. Более раскованные, подразумевавшие тесные объятия и требовавшие при этом от танцоров куда большего мастерства, практиковались всюду – от салонов, подобных «Трём сестричкам», до портовых кабачков в колониях.
В бытность свою лейтенантом в составе третьего экспедиционного корпуса, Лайош учился энангу там, где этот танец зародился, и потому теперь уверенно повёл Айви в зал. Оркестр, доиграв очередную композицию, сделал паузу, позволяя новым парам присоединиться к танцующим; Шандор тесно прижал партнёршу к себе, ощущая тепло её тела и успев заметить насмешливый, и вместе с тем поощряющий, отблеск в изумрудных глазах. Скрипка подала голос, ответил бандонеон, и пары закружились в танце.
* * *
Спустя примерно полчаса разгорячённая и немного запыхавшаяся, Айви опустилась на всё то же дальнее канапе и потянула за руку сыщика, приглашая его сесть рядом.
– Да, Макс, вы определённо поскромничали.
Он вежливо улыбнулся и молча склонил голову, принимая похвалу. Во время танцев Лайош несколько раз мельком видел Маргариту; на лице девушки явственно читалась досада. Промелькнула и Мария: поравнявшись с Шандором и его партнёршей, она за спиной Айви весело подмигнула мужчине, прежде чем собственный спутник Марии – высокий, крепко сложенный и огненно-рыжий – не увлёк женщину дальше.
Розу подхватил и неустанно кружил её собеседник с бакенбардами. Капитан, напротив, танцевал только с Лилией – то ли в отместку второй хозяйке за пренебрежение, то ли решив, что статус сестёр равнозначен, а потому не так уж важно, кого из них двоих приглашать наверх. Похоже, у завсегдатаев салона были свои маленькие тайны, интриги и соперничество.
– Знаете, – продолжала Айви, раскрывая веер и принимаясь обмахиваться им, – я вас даже немного ревную.
– Уж не к Маргарите ли?
– В том числе. Когда объявят белый танец, мне, пожалуй, придётся отбивать вас у прочих желающих.
– С чего бы им взяться?
– Макс, Макс! – женщина укоризненно покачала головой. – Чрезмерная скромность это тоже плохо. Или вы думаете, что здешние дамы не в состоянии оценить, насколько хорошо танцует мужчина? Если вы и были незаметным новичком в начале этого вечера, то теперь можете забыть о прошлом: вас уже увидели.
– Не знаю, радоваться этому или нет.
– Ну, если вы не спрятали обручальное кольцо перед визитом сюда, то чему же тут печалиться?
Шандор чуть вздрогнул. Айви, не заметив этого, и всё так же обмахиваясь веером, продолжала:
– Впрочем, если даже спрятали – кого это заботит. В любом случае, женское внимание у «Трёх сестричек» вам теперь обеспечено. Не хотите немного освежиться, Макс?
– С удовольствием, – он помог своей спутнице подняться и они двинулись вдоль стен музыкального зала обратно в обеденный. Айви вполголоса весело комментировал на ходу:
– О, да! Вот, пожалуйста! Вы что же, скажете, не заметили, как на вас смотрит Мадлен?
– Кто?
– Дама в синем платье.
– А, вот вы о ком… Не знал, что её зовут Мадлен. Кто это с ней? Муж?
– Нет, конечно, – фыркнула Айви. – А почему вас это заботит?
– По-моему, он на меня смотрит куда пристальнее, чем сама Мадлен.
Женщина тихо хихикнула.
– Надо отдать должное её кавалеру – при его габаритах он очень легко и умело двигается, – заметила она. – Пожалуй, это достойный соперник даже для вас.
– Я, во всяком случае, и в мыслях не имею становиться ему поперёк дороги, – заговорщически прошептал на ухо своей спутнице Лайош, делая вместе с Айви шаг в ярко