– Хороший вопрос, – кивнула я. – Может, женщина просто не захотела беседовать с нами и попросила девочку соврать? Это глупо… Поехали к нам домой, поужинаем.
Нестеров вынул из кармана телефон.
– К нашему разговору о женщинах, которые стали жадные, смотрят сразу в кошелек мужчины. У меня есть знакомая, она совсем не такая. Можно ее пригласить сейчас к вам на ужин? Интересно твое мнение о девушке.
– Конечно, – улыбнулась я, – зови.
Глава одиннадцатая
– А где Котик и Лариса? – тихо осведомилась я у Рины, когда мы с ней оказались вдвоем на кухне.
– Уехали в театр, – ответила та, – вернутся после одиннадцати… Кто это с Егорушкой пришел?
– Анастасия. Он попросил потом сказать, понравилась ли мне его подруга.
– Раньше у него хорошенькие внешне, но весьма капризные девочки были, – зашептала Ирина Леонидовна. – Анастасия от них отличается.
– Внешне девушка не особо симпатичная, – вздохнула я, – но одета нормально, губы свои, брови тоже. Ко всем тюнингованным красавицам Нестерова всегда прилагался вредный характер. Интересно, каков он…
Договорить я не успела.
– Вам помочь? – раздался за спиной звонкий голос.
Мы с Риной одновременно повернулись.
– Я хорошо готовлю, – сказала Анастасия.
Она так тихо вошла в кухню, что мы не услышали ее шагов.
– Спасибо, – улыбнулась мама Ивана, хотя она терпеть не может, когда кто-то одновременно с ней хозяйничает у плиты. – Сейчас уже позову всех за стол.
– Неудобно как-то сидеть сложа руки, когда хозяйка работает, – заметила Настя. – Вдруг подумаете, что Егорушке ленивая жена достанется.
– Нестеров собрался в загс? – заморгала я.
– Прямо он это пока не говорил, но, раз мужчина женщину в свой дом к родственникам привел, его намерения ясны… Разрешите хоть блюдо на стол поставить?
– Конечно, дорогая, – кивнула Рина.
– Овощи! – обрадовалась Настя. – Прямо для меня! Я на диете, борюсь с лишним весом. Брокколи! Цветная капуста! Обожаю все крестоцветные!
Продолжая говорить, Анастасия пошла в комнату, поставила блюдо в центр стола и села рядом с Егором.
– В ста граммах брокколи содержится шесть и шесть десятых граммов углеводов. Жиров – тридцать семь сотых грамма, белков – примерно три грамма, воды – почти девяносто граммов. Но в капустке еще витамин А, бета-каротин, альфа-каротин, водорастворимые С, В-один, В-два, В-три (он же РР), В-четыре, В-пять, В-шесть, В-девять. Плюс минералы: кальций, железо, магний, фосфор, калий, натрий, цинк, медь, марганец, селен.
– Ну и ну, – пробормотала я, усаживаясь между Риной и Бровкиной, и, решив плавно перевести беседу на другие рельсы, осведомилась: – А где Котик с Ларисой? – В ту же секунду я вспомнила, что мама Ивана уже объяснила мне, куда подевалась парочка, и попыталась исправить положение: – Знаю, они на спектакле. Но интересно, куда пошли, что смотрят.
– «Три сестры», – объяснила Надежда Михайловна.
– Прекрасная пьеса Антона Павловича Чехова, – добавила Рина.
– Да-да, – согласилась Анастасия. – Действие разворачивается в маленьком городке. Время – конец девятнадцатого века. В доме живут три сестры: Ольга, Маша и Ирина. Еще там брат Андрей. За одиннадцать лет до описываемых событий их отец, генерал, привез всю семью из Москвы в провинцию. Военный скончался за год до начала действия. Теперь дочери мечтают вернуться в город. Поставил ее впервые МХАТ. Кстати, Лев Толстой писал по поводу спектаклей Чехова… Минуточку!
Гостья взяла свой телефон, откашлялась и начала читать:
– «Если пьяный лекарь будет лежать на диване, а за окном – идти дождь, то это, по мнению Чехова, будет пьеса, а по мнению Станиславского – настроение. По моему же мнению, это скверная скука, лежа на диване, никакого действия драматического не вылежишь…» – Девушка отложила телефон. – Процитировала сейчас книгу Николая Берковского. Могу рассказать об этом человеке, очень интересная личность. Итак!
Я вздрогнула. Совершенно не хотелось слушать про Берковского, я знакома с его трудами. Да и все за столом тоже не особо пришли в восторг от перспективы услышать подобный рассказ из уст излишне умной девушки. Надо было погасить ее желание читать лекции.
– А где Котик с Ларисой? – улыбнулась я и с запозданием сообразила, что в третий раз озвучиваю один и тот же вопрос.
– Кому-нибудь положить добавку? – засуетилась мама Ивана Никифоровича.
– На ночь врачи не советуют наедаться, – тут же сказала гостья. – Сейчас расскажу о взгляде на эту волнующую тему гениального диетолога, создателя НИИ питания Мануила Исааковича Певзнера. К слову, это он придумал столы.
– Сам их сколачивал? – осведомился Димон.
– Речь не о мебели, а о еде, – уточнила Настя. – Если вы хоть раз в жизни ездили в санаторий, то знаете, что там кормят по номерам столов. Например, номер один – при язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки, номер два – при хроническом остром гастрите и энтерите…
– Мы поняли, – остановил докладчицу Иван Никифорович. – Кажется, дождь собирается, гроза надвигается…
– Простите, перегрузила вас информацией, – смутилась Анастасия. – Я член интеллектуального клуба, у нас там принята докладная форма беседы. Но, если у вас другие правила поведения, то готова их соблюдать… О! Молния сверкнула! Ваши животные боятся грома?
И разговор потек проще. Сначала обсудили погоду, потом начали болтать о собаках и котах. Анастасия охотно участвовала в беседе, но больше не солировала. Девушка мне понравилась. Да, она не очень хороша внешне, но совсем не глупа, умеет себя вести, способна поддержать разговор на любую тему. Как только она поняла, что не следует активно демонстрировать свои знания по всем наукам, перестала доминировать.
Примерно через час гостья воскликнула:
– Ой! Уже поздно! Пора домой! Дорогой, проводишь меня?
– Конечно, – кивнул Егор, вставая.
Когда пара ушла, Коробков пару раз кашлянул, потом высказался:
– Не дай бог такую бабу!
– Она умная, – заметила Рина.
– Просто выучила наизусть всю Большую советскую энциклопедию, – усмехнулся Иван Никифорович. – Это свидетельство отличной памяти, но не разумности.
– Лучше такая, чем с километровыми когтями на руках, – тихо проговорила Бровкина.
– Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей, – улыбнулась Рина. – Цитата из романа Пушкина «Евгений Онегин».