Спрашивает что-то почти беззвучно.
– Что? – переспрашиваю.
– Где Заяц? – читаю больше по губам.
Сжимаю букет, который сейчас мне очень хочется вышвырнуть обратно в окно. И челюсти тоже сжимаются с такой силой, что я слышу их хруст. Но, эту схватку я проиграл, поэтому достаю телефон и пишу сообщение Прохору, чтобы отпустил моего конкурента, если закончил с ним.
“Ок, отпускаю”, – приходит в ответ.
Со вздохом разворачиваю телефон экраном к Наташке. Она пробегает по нему глазами и, наконец, открывает дверь. А мне хочется взять и, ничего не объясняя, вручить ей цветы и принципиально пройти на выход, раз Зайчик дороже.
Но ноги тормозят сами, и я молча останавливаюсь перед ней как вкопанный. Наташка со вздохом отстраняется, пропуская меня в комнату.
Не удержавшись, ловлю ее за талию и тяну к себе. Сгребаю в объятия, отбрасывая цветы на журнальный стол. Прижимаю Наташку к груди, а она не сопротивляется, будто ватная. Уткнувшись носом в макушку, закрываю глаза и слушаю, как барабанит мое сердце о ребра.
– Перспективы со мной сомнительные, а плюсы очень спорные, – выдыхаю ей в волосы. – И характер у меня говно, и работа опасная. Зайчику твоему я проигрываю однозначно, я это понимаю. Я просто пришел сказать, что я тебя люблю.
Наташа молчит. Долго молчит, хотя я даю ей время на ответ.
– Ну, ладно, я пошёл, – вздыхаю, отстраняю её от себя и, не глядя в глаза, разворачиваюсь обратно в сторону балкона.
– Ты сдурел, что ли?! – испуганно ахает Наташка и хватает меня за руку, будто у нее не второй, а двадцать второй этаж.
Усмехнувшись, оборачиваюсь. Подхватив её под бёдра, подкидываю в воздух на уровень своих глаз. Она испуганно цепляется за мою шею и, не мигая, смотрит на меня. На лице – ни намека на улыбку. Но, мы всматриваемся в глаза друг друга в поиске ответов на неозвученные вопросы.
Я боюсь испортить ей жизнь, реально. И очень боюсь, что, вытащив её из её панциря, не смогу предложить взамен ничего лучше. Но что делать, если ты не в состоянии отпустить человека? Это похоже на помешательство какое-то.
А ведь я обещал себе её отпустить. Просто я надеялся, что она примет меня с распростертыми объятиями и об этом не будет даже идти речи.
А ещё я очень боюсь того, что опоздал, потому что Наташка внезапно кладёт голову мне на плечо и грустно так, как-то обречённо вздыхает. Почему-то мне кажется, что если она согласилась на предложение Зайца, то уже от своих слов не откажется. Не в её характере.
– Наташ, – шепчу, прижимая её крепче к себе и опускаясь на диван вместе с ней на руках.
Сидим, обнявшись, и снова молчим, будто все слова, что придуманы в этом мире, не подходят для того, чтобы описать то, что между нами происходит.
– Наташ, – повторяю, уткнувшись лбом ей в шею. – Если ты его любишь, то пошли меня нахуй, и я уйду, честно. Но не прийти и не сказать тебе того, что чувствую, я не мог.
Время будто замирает. Настолько концентрируюсь в ожидании её ответа, что перестаю слышать и звуки телевизора, и удары собственного сердца. Мне нужен только звук её голоса, и слова, которые прозвучат приговором или помилованием.
Сжимаю своего маленького кусачего волчонка всё сильнее, боясь, что буквально в ближайшие несколько секунд мне придётся его отпустить навсегда.
Но она все молчит.
– Наташ, ты немая? – зажмурившись, возмущаюсь шёпотом, и понимаю, что если это конец, я подпишу контракт в горячую точку.
Это первая женщина в моей жизни, которая так сильно проросла в душу, что я не знаю, как буду жить без неё.
– Ну, что ты молчишь? – не выдерживаю и заставляю ее посмотреть на меня. – Режь уже!
– Расскажи мне о себе, – просит Наташа, а мне хочется облегченно выдохнуть и одновременно постучаться затылком о стену, потому что я все еще в подвешенном состоянии.
– Я не знаю, что тебе рассказать, – усмехаюсь, отстраняясь немного, чтобы лучше видеть её лицо. – Ты же сама все видела. Вот так и живу всю свою жизнь. Женат не был, детей нет. Серьёзные отношения не заводил и не планировал, пока с тобой не познакомился.
– Это все, что тебе есть рассказать о себе, Влад? Или не Влад? – дергает она бровью, показывая хоть какую-то эмоцию.
Тяжело вздыхаю.
– Владислав Ветров, – смотрю на нее. – Паспорт липовый. Нам нельзя нигде светить свои данные. Офицер. Жил и родился в Москве.
– Значит, звал меня с собой просто для красного словца? – усмехается Наташка грустно.
– Нет, – стону, падая на спину и увлекая Наташу за собой. – Мне светит новая должность и перевод. Мне придется оставить все, что было, в прошлом и начать новую жизнь в новом городе.
Этот крутой взлет в карьере и повышение – отличная перспектива на будущее.
Я тоже не молодею и не смогу всю жизнь бегать, вышибая двери и освобождая заложников, а вот мой опыт может пригодиться, чтобы воспитать будущих талантливых командиров. Да и я смогу тогда остепениться, осесть и завести семью, в конце концов.
Только вот, семья мне нужна с одной конкретной женщиной, которая проигнорировала моё признание и отказалась уезжать.
– Моё предложение все еще в силе, – вздыхаю, переворачиваясь и нависая над ней. – Бросай своего Зайца, поехали со мной на край света.
– Да что ты прицепился к нему? – возмущается Наташка обиженно, упираясь мне в грудь, чтобы сохранить расстояние между нами, чем жутко бесит. – Дело не в Зайце, а в нас! Мы не подходим друг другу.
Специально наваливаюсь сильнее, дожимая. Не могу не принять этот вызов.
– Ну, тогда пошли меня и я уйду, чего медлишь? – шепчу, практически касаясь ее губ. – Или уже выходи за меня замуж, хватит брыкаться. Просто со мной не будет. Но, обещаю, что и скучно тоже точно не будет.
50. Новая жизнь
– А если