Он моргает, пытаясь осмыслить.
— Под стражу?.. — в его взгляде появляется удивление. — Я слышал… стрельбу… Как мы выбрались?..
Я уже открываю рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь палаты тихо открывается.
Я оборачиваюсь и вижу еще одну фигуру. Статную, высокую, поразительно похожую на самого Руслана.
Глава семейства Хамидовых.
Он заходит медленно, будто не хочет нарушить этот хрупкий покой. Его взгляд сразу находит Руслана, и я чувствую, как его рука напрягается. Он пытается приподняться, будто готовится к чему-то.
— Отец?.. — в его голосе звучит настороженность. — Что ты здесь делаешь? Зачем…
— Руслан, — мягко перебиваю я, сжимая его ладонь. — Всё хорошо. Правда.
Он смотрит на меня и явно не понимает.
— Твой отец помог тебя спасти, — тихо добавляю я.
В палате повисает тишина.
Отец подходит ближе, садится рядом с кроватью. Некоторое время он просто смотрит на сына.
— Здравствуй, сын, — говорит он наконец. — Рад, что ты в порядке.
Руслан хмурится, всё ещё не веря своим глазам.
— Объясни, что произошло, — коротко просит он. — Ты в сговоре с ним? Или это какой-то другой перформанс ты решил устроить?
Отец тяжело вздыхает.
Я вижу, как в его лице появляется усталость. И что-то ещё… что-то очень похожее на раскаяние.
— Фатима рассказала мне всё, — начинает он. — Про тебя. Про Алю. Про то, что собирался сделать Абсалам.
Он замолкает, проводит рукой по лицу.
— Я был в ярости, — признаётся он. — Я, конечно, не одобрил, когда ты ушла от него, — он бросает взгляд на меня, — но… убить брата за это…
Он качает головой.
— Я не мог этого допустить.
Он встаёт, проходит по палате, как будто ему трудно сидеть на месте.
— Я был слеп, — говорит он глухо. — Слишком занят своим гневом, своей гордостью. Не видел, во что превращается мой сын.
Он останавливается.
Смотрит на Руслана.
— Прости. Если сможешь.
Руслан моргает, явно не ожидая этого слова.
— За что?..
— За то, что не остановил его раньше, — тихо отвечает отец. — За то, что позволил всему зайти так далеко.
Тишина.
Я чувствую, как напряжение в комнате меняется. Становится другим. Руслан слегка расслабляет руку и ложиться обратно.
— Где он сейчас? — спрашивает Руслан без колебаний
— В СИЗО. После того как он выстрелил в тебя, к него уже не было шансов избежать тюрьмы. Полиция посмотрела все камеры из этого ангара. Похоже, что он угрожал не только тебе. Сейчас он ждёт суда.
Я невольно опускаю взгляд.
Всё закончилось?
Неужели все на самом деле закончилось?
— Я… — тихо начинаю я, сама не до конца понимая, как решаюсь это сказать. — Я ведь официально всё ещё его жена…
Отец Руслана переводит на меня взгляд, а потом кивает:
— Да, — спокойно говорит он. — Но это ненадолго. Я позабочусь о том, чтобы вас развели официально.
У меня внутри что-то отпускает.
Словно ещё один узел развязался.
Он делает шаг к двери, но вдруг останавливается.
— И ещё… — его голос становится тише.
— За него перед тобой мне тоже стыдно.
Я поднимаю на него глаза.
— Не все мужчины такие, — добавляет он. — Просто… я плохо его воспитал.
Он делает паузу.
— Извини.
И потом, словно вспомнив, подходит ко мне, смотрит прямо в глаза и произносит:
— Чуть не забыл.
Он достаёт что-то из кармана, и у меня внутри вдруг будто перещелкивает!
Это же оно!
Мое кольцо! Кольцо, которое осталось мне от матери, и которое Абсалам забрал у меня для Дилары.
Кольцо.
У меня перехватывает дыхание.
— Я знаю, что оно принадлежит тебе, — говорит он, протягивая его.
Я беру кольцо дрожащими пальцами.
— Спасибо… — шепчу, не в силах поверить, что держу его в руках.
Он кивает. Еще некоторое время изучающе смотрит на меня, а потом улыбается. Слегка виновато, но очень искренне.
— Простите, мне пора. Еще надо кое-что уладить в СИЗО.
Он разворачивается и уходит.
Дверь за ним тихо закрывается.
Мы остаёмся вдвоём.
Я поворачиваюсь к Руслану.
Он смотрит на меня.
Так, что у меня снова перехватывает дыхание.
Усталый. Бледный. Но живой.
Его взгляд сейчас настолько красноречивый, что мне становится трудно его выдержать.
— Спасибо, — говорит он тихо.
Я чуть хмурюсь.
— За что?
Он улыбается слабо.
— За то, что ты сделала, — отвечает он. — За то, что не испугалась. Я даже представить не мог…
— Тише, — мягко перебиваю я, проводя рукой по его волосам. — Тебе нельзя сейчас так говорить.
Я наклоняюсь и осторожно целую его в лоб.
— Я не могла иначе, — шепчу.
Он смотрит на меня удивленно.
— Почему?
Я замираю на секунду.
А потом просто говорю:
— Потому что я люблю тебя, Руслан. Всем сердцем.
Эпилог
Солнце мягко ложится на траву, разливается тёплым светом по двору, по стенам большого дома, по моим рукам.
Лето.
Настоящее, живое, спокойное.
Я иду по газону босиком, чувствуя, как трава щекочет ступни, как земля под ногами с каждым шагом становится теплее. Лёва рядом со мной, держится за мою руку, иногда отпускает, делает пару неуверенных шагов вперёд и снова возвращается.
— Осторожно, — улыбаюсь я, наклоняясь к нему.
Он что-то быстро лопочет на своём языке, понятном только ему, и смотрит на меня своими большими карие глазами.
Во дворе совсем тихо. Совсем не так, как было полгода назад, когда к сюда ворвался кортеж из геледвагенов.
Теперь здесь спокойно. Счастливо. Можно не волноваться за свою жизнь и жизнь Левушки.
К тому же, четыре месяца назад меня официально развели. Абсалам остался в прошлом, которое теперь будет преследовать его за решёткой. Суд состоялся быстро и судья вынес однозначный приговор. Десять лет. Десять лет за угрозы, шантаж, вымогательство, и несколько попыток убийства.
Иногда мысль о том, что мой бывший муж теперь сидит за решеткой кажется нереальной. Слишком многое произошло, слишком быстро всё изменилось. Но сейчас… сейчас это просто факт. Часть жизни, которую я оставила позади.
Я поднимаю голову, и замечаю движение у беседки. Дым от мангала поднимается вверх и лениво растворяется в тёплом воздухе.
Руслан и Фатима о чем-то оживлено болтают.
Я наблюдаю за ними издалека и невольно улыбаюсь.
Они работают вместе так слаженно, будто делали это сотни раз. Он переворачивает мясо, сосредоточенный, чуть нахмуренный. Она рядом, режет овощи, что-то ему говорит, смеётся.
Фатима переехала в Москву учиться, но приезжает к нам нечасто, поэтому каждый её приезд превращается в маленький праздник.
Как сегодня.
Она вдруг замечает меня, поднимает голову и машет рукой.
— Аля!
Я машу ей в ответ и широко улыбаюсь.
— Скоро уже