— Да какая мне разница! Птица всё равно улетела.
— Вернётся, — уверенно заявляет Джаред.
Я вскидываю взгляд.
— С чего вдруг?
— Вернётся, если я помогу, — коварно добавляет принц.
«В гробу я твою помощь видала!» — хочется крикнуть мне, но это уж слишком неприлично для принцессы, поэтому я лишь бормочу:
— Вы совершенно невозможны.
— Сочту за комплимент.
— Не стоит.
— Вы зря на меня злитесь, Николь. Любой на моём месте решил бы, что вы не против сделать общение ближе.
— Ничего такого я не хотела. Тем более вас же не интересуют травоядные, так чего кинулись целоваться, — по-детски огрызаюсь я.
— Целоваться? — насмешливо вскидывает брови Джаред. — Не помню, чтобы мы до такого доходили. Или это приглашение?
Возмущённо фыркнув, снова скрещиваю руки на груди.
Джаред пожимает плечами и переводит взгляд на дерево возле озера. Заглядывает под крону, а потом зачем-то обходит дерево кругом. Ищет ивари? Так её там нет!
Небо уже порядком потемнело, между серых туч проглядывается поднимающийся диск луны. До полуночи ещё осталось часа три-четыре.
Первая волна чувств схлынула, и я наконец-то могу здраво мыслить. Нет сомнений, что на меня снова воздействовала метка. С каждым разом её влияние всё сложнее преодолеть.
Стоит Джареду оказаться близко, как разум засыпает, и контроль перехватывает звериный инстинкт. Что я сделаю в следующий раз? Накинусь с поцелуями? Ох… не хочется проверять! А что там с самой меткой? Что, если она уже стала зависимой? У меня и так проблем по горло, чтобы ещё и с истинностью бороться.
«Может, показать Джареду запястье и не мучиться? — шепчет в голове предательский голосок. — Может, он станет мне хорошим помощником? Вместе было бы проще предотвратить смерть Виктории…»
Ага! Занозой в пятке — вот кем он станет! Ещё неизвестно как отреагирует с его нелюбовью к кроликам. Может, нос скривит, или, наоборот, его задерёт. Рассказать про будущее я не смогу, а на отборе истинным парам делать нечего. Он меня попросту увезёт, а дальше всё случится по накатанной. Виктория умрёт, Аштария погибнет… но я, быть может, останусь в живых. И никогда не смогу себя простить.
Лучше придерживаться плана. Любыми способами пройти первый этап и поговорить, наконец, с Викторией!
Но Джаред видел, как я жульничала… Что он хочет от меня за молчание? Даже представить не могу… Власти у меня нет. Деньгами я не располагаю, как и стратегическими знаниями. Проклятье! Хоть я и вернулась в прошлое, но слишком многого не знаю! Ну почему в прошлой жизни я слушала сестёр вполуха!
Я украдкой слежу за оборотнем. Если откинуть предрассудки, то приходится признать, истинный у меня красивый. Движется с грацией зверя, а если улыбнётся нормально, без ухмылки, то все девушки на отборе упадут к его ногам, тут и сомневаться не приходится… Вот только они понятия не имеют, какой у этого волка отвратительный характер. И никаких манер!
— Удивительно, — говорит объект моих дум. — Сейчас зима, кругом снег, но все деревья в саду зелёные, а люди не замерзают даже с открытыми спинами.
Я зябко веду плечами.
— Да, это действует магия родового замка, — говорю, искоса наблюдая за Джаредом. Я больше не намерена позволять ему подходить слишком близко. — Вы скажете, наконец, что вам нужно за молчание?
— А что в замке Аштарии такого магического? — спрашивает Джаред, игнорируя мой вопрос. Он облокачивается спиной на дерево, между нами три шага.
— Никогда не интересовалась, — бормочу.
— Я слышал, есть некий артефакт. Алтарь для кровавых жертв, — его голос становится вкрадчивым, а взгляд внимательным.
— Есть какой-то алтарь, но я про него ничего не знаю.
Мне не нравятся эти вопросы. Я ёжусь от промозглого ветра, что дует с озера. Невольно тянусь коснуться шеи, того самого места, которого недавно жарко касались мужские губы, но вовремя себя останавливаю.
— Но это ведь реликвия вашей семьи, — продолжает допрашивать оборотень, — источник огромной силы.
— Так говорят.
— Кто им управляет?
— Может быть, отец. Я не в курсе. Почему вы спрашиваете?
Лицо оборотня становится серьёзным, взгляд тяжелеет.
— Хочу, чтобы вы провели меня к нему, — говорит оборотень таким тоном, словно просит прогуляться с ним до конюшни. Меня же пробирает нервная дрожь.
Так вот чего желает этот оборотень: Увидеть алтарь. Прикоснуться к древней реликвии нашего рода. Но зачем?
Я вдруг явственно вспоминаю слова Гилберта в тот жуткий день… Он говорил, что захватчики могут меня помиловать, ведь им нужен алтарь! Но лишь члены нашей королевской семьи могут им управлять… Что, если сила этого артефакта и есть причина происходящего. Тот самый мотив! А Викторию убили лишь затем, чтобы добраться до алтаря!
Но тогда…
— Зачем вам к алтарю? — я говорю спокойно, тогда как лёгкие скручивает от давящей тревоги. — Что вы намерены с ним делать?
— Мне просто любопытно.
— Ложь!
Джаред недобро щурится. Я пячусь, как перепуганный кролик.
— Николь, — почти ласково зовёт волк и делает шаг навстречу.
— Не подходите!
— Я ведь не многого прошу.
— Тогда ответьте честно, зачем вам к алтарю? Это нормальный вопрос, разве нет?
— Ш-ш, тише, — шепчет Джаред, прикладывая к своим губам палец. — Не шумите, принцесса.
— Ответьте!
— Я просто посмотрю. Даже касаться не буду.
«Нельзя его туда вести!» — бьётся в мыслях. Но глядя в холодные зелёные глаза, я понимаю — отказать будет плохой идеей. Надо быть умнее, потянуть время!
— Хорошо, — бормочу. — Через неделю я…
— Не подходит, — рыкает Джаред. — Я хочу увидеть его сегодня ночью.
— Невозможно! Я буду занята сегодня и … и алтарь охраняется магией!
— С защитой я разберусь.
— Я всё равно не могу так скоро! Если отец узнает, он…
— Или ты проведёшь меня. Или прощайся с отбором, — холодно говорит Джаред, сверкая зелёными глазами.
Я стискиваю зубы и кулаки. Должна ли я согласиться? Но и отказаться невозможно… Проклятье! Как мне быть? Солгать, что проведу ночью к алтарю, чтобы сейчас он от меня отстал? А ночью уже разберусь, на крайний случай скажусь заболевшей… Да, так и сделаю! Не будет же он ломиться ко мне в спальню!
— Ваш ответ? — требует Джаред.
Я открываю рот, чтобы согласиться… как вдруг улавливаю отголосок задушенного женского крика. Кто-то отчаянно зовёт на помощь!
Сердце падает в пятки.
— Нанетт… — выдыхаю я. — Это кричит Нанетт! Моя сестра!
Глава 11
Я срываюсь с места. Несусь, перепрыгивая через сугробы.
Воображение рисует жуткие картины. Что, если Нанетт ранена? А вдруг упала в озеро?! Она ведь не умеет плавать!
Деревья расступаются.