— Нет, издеваешься здесь только ты!
Принц делает ко мне тягучий шаг. Зелёные глаза пожирают меня, скользят от макушки до края платья и возвращаются обратно. Снова и снова.
Мне жарко, предательски горят губы.
Я отступаю, упираюсь поясницей в подоконник. Оцениваю, успею ли добежать до двери.
— Не успеешь, — он говорит тихо, но от этого ещё страшнее. Чувствую себя загнанной в угол добычей. Маленьким кроликом перед голодным волком.
— Зачем ты участвуешь в отборе?! Я не верю, что тебе нужна пара!
— Ты странная, Николь, — холодно произносит принц, — я тебя не понимаю. А когда я чего-то не понимаю, меня это злит. Сначала кидаешься на меня, потом отпихиваешь, будто тебя к чему-то принуждают. Хватаешься за дурацкий кулон и требуешь объяснений. Обвиняешь не пойми в чём. Требуешь откровенности, хотя сама только юлишь и убегаешь. Может, объяснишься?
Он смотрит так, что делается страшно. Я будто на краю бездны.
— Я тебе не доверяю, — шепчу.
— Как и я тебе, малышка-кролик. Но это не то, о чём я спросил.
Я кусаю губы, кулон жжёт ладонь, пульс стучит в висках.
— Ты требовал отвести к алтарю… Зачем?
— Опять вопросы? — Глаза Джареда превращаются в опасные чёрные щёлки, он усмехается, показывая волчьи клыки, — Ну ладно. Честность за честность, согласна?
Я киваю. Джаред криво ухмыляется.
— Я хочу взглянуть на алтарь, — рычит он, — потому как мне любопытно, что ваша семейка так старательно скрывает.
— В каждом королевстве свои секреты.
— Но не у всех они связаны с опасными магическими ритуалами.
— …что? — я округляю глаза. — Что за бред!
— Тут все делают вид, будто не в курсе. А между тем отголоски докатились даже до Руанда. Ты знала, что кровавые жертвы всегда оставляют магический след?
— Кровавые жертвы? — мой голос вздрагивает, в голове с натугой скрипят шестерёнки.
Но единственной кровавой жертвой, о которой я знаю, была я сама!
— Ты что-то слышала об этом? — спрашивает оборотень.
— Нет!
Джаред раздражённо цыкает, в его глазах мелькает зверь.
— Зачем ты мне врёшь, принцесса-кролик?
— Я не вру, — мой голос дрожит.
Фигура Джареда вдруг размывается чёрным шлейфом, а через миг принц Руанда уже рядом. Упирает ладонь в подоконник, а другой сжимает мой подбородок, заставляя смотреть глаза в глаза.
— Я чую ложь! Скажи правду, — рычит принц, явно теряя терпение. — Как ты с этим связана? Чем занимаешься на отборе? Зачем втягиваешь Викторию?
Страх заполняет лёгкие.
— Отпусти! — я мотаю головой, отчаянно толкаю Джареда в грудь, но это всё равно что бороться со скалой. Моя грудь вздымается вверх-вниз, горло пережимает спазм, я хватаю ртом воздух, а тёмный взгляд Джареда опускается на мои искусанные губы, вспухшие от недавних поцелуев.
Мы стоим в сумраке комнаты и прожигаем друг друга взглядами.
Цепь связи снова натягивается. Даже сейчас! Меня колотит, нервы как струны, ещё миг и лопнут, обожгут болью! Джаред опасный, как демон, красивый до слабых коленок.
Боги, разве об этом я должна думать!
— Эй! — вдруг раздаётся позади. — Вы что тут устроили?!
Это Виктория! И когда она пришла? Я даже не заметила!
Джаред и не думает меня отпускать, в зеркале его глаз вижу себя — растрёпанную, краснощёкую, испуганную.
Торопливо стучат каблуки, и Виктория кладёт ладонь на плечо принцу. Тот раздражённо рыкает и, чуть помедлив, нехотя отступает. Он уже не держит, но я всё равно чувствую фантом мужских пальцев. Кожа лица горит, сердце тяжело бухает в рёбра.
— Что ты творишь?! — негодует Виктория, налетая на волка.
— Ничего. Мы просто пытались узнать друг друга получше, — он отходит к дивану, облокачивается бедром на спинку. Так легко натягивает маску спокойствия, словно мы и правда лишь дружески беседовали. — Правда, Николь?
— Д-да, — голос скрипит, будто в горло насыпали песок.
Кронпринцесса Руанда расстроенно вздыхает, подходит ко мне, берёт за слабую руку, пробует заглянуть в глаза.
— Всё в порядке, Николь? Ты испугалась? Извини, не думала, что так задержусь.
— Ничего, — мотаю головой.
— Ты готова поговорить? — спрашивает Виктория.
«Сейчас? При Джареде?»
— Я бы хотела наедине. Только с вами… — бормочу.
Джаред показательно фыркает, Виктория бросает на него укоризненный взгляд. Снова поворачивается ко мне с успокаивающей улыбкой.
— Николь, я доверяю Джареду как себе. У нас с ним нет секретов.
Я сжимаю губы, опускаю взгляд в пол. От сомнений больно дышать. Кулон с кроликом всё ещё зажат в кулаке, острые грани короны впиваются в кожу.
Если Джаред — убийца, то прямо сейчас я выложу перед ним все карты! Тогда не останется ни единого шанса на спасение! Могу ли я так рисковать?
Вдобавок метка снова начинает действовать, мысли вязнут, будто в сиропе.
— Прошу прощения, Ваше Высочество, — шепчу, едва не плача, — вы, наверное, меня неправильно поняли…
— Неправильно поняла? — удивляется Виктория.
— Я просто хотела пройти отбор, и всё. Поэтому наговорила ерунды…
— Ох, Николь… Если это из-за Джареда…
— Нет! Он ни при чём, правда! Мне жаль, что я потратила ваше время.
У меня не хватает смелости поднять глаза от пола.
Я неловко забираю свою руку из прохладных пальцев кронпринцессы и торопливо иду к выходу. Сбегаю. Какими взглядами меня провожают? Разочарованными? Торжествующими? Раздражёнными? Я думала, что уже сегодня всё закончится, а что в итоге?
— Николь… — Зовёт Виктория. Но я не оборачиваюсь, поскорее вываливаюсь в коридор, а потом со всех ног припускаю прочь. И мне уже совершенно всё равно, что обо мне подумают слуги.
Лишь бы оказаться подальше.
Глава 21
До своих покоев я добираюсь без происшествий. Отказавшись от помощи служанок, принимаю недолгую ванну, а после без сил падаю на кровать. Но уснуть не получается.
Всю ночь я кручусь как на иголках. Мысли жужжат тревожными пчёлами, болезненно жалят, не позволяя уснуть. Я то утопаю в жгучем стыде, то покрываюсь холодным потом от ужаса. Сомнения грызут сердце, будто псы сухую кость.
Ну почему я убежала? Почему не попыталась настоять на беседе с Викторией без свидетелей! Что она обо мне подумала? Разрешит ли снова приблизиться?
Я так много сделала ради нашей встречи и отступила в последний момент. Да, я была растеряна, напугана, метка туманила голову, но это не меняет истины — я убежала, как последняя слабачка. Как никчёмная принцесска, из-за которой теперь погибнет целая страна!
Почему я вечно совершаю глупости? Почему не могу быть смелее и сообразительнее? Если Джаред убийца, он больше не подпустит меня к Виктории! Он… он…
Память подкидывает воспоминания: тесный шкаф, густая темнота, наше рваное дыхание… и дикий поцелуй на грани безумия. Его нетерпеливые пальцы в моих волосах,