— На каком основании были заблокированы счета моих людей? — без спроса усевшись в кресло напротив, жестко спросил барон. Он опустил на пол сумки, которые всё это время держал в руках и закинул ногу на ногу. Сумки были под стать их хозяину — грязные и потёртые, будто их нашли на свалке.
— Этот пункт предусмотрен в кредитном договоре, который заключён между вашим родом и моей организацией, господин барон, — любезно объяснил Андрей. Он чувствовал себя на своём поле, поэтому с каждой секундой восстанавливал потерянную в начале встречи уверенность. — Когда банк взял на себя ответственность за ваши долги перед родом Овчинниковых, никто другой вам бы помочь не сумел.
— Вы говорите о том договоре, которые я не видел и на котором не стоит моя личная подпись? — неожиданно уточнил барон и Груздев вдруг отчётливо услышал хруст тонкого льда под своими ногами.
— Банк имеет право… — начал было Андрей Николаевич, но увидел саркастическую улыбку на лице гостя и тут же попытался понять, где он мог ошибиться, но сходу этого сделать не сумел. Правда, Орлов охотно пришёл на помощь.
— Согласно пункту одиннадцатому, подпункту седьмому договора между банком и моим родом, банк имеет право подписывать кредитные продукты в одностороннем порядке только если на это получено одобрение главы рода, — слово в слово повторив текст договора, произнёс Святослав Иванович. — Я такого согласия не давал и в этом пункте написал полный отказ от такого рода услуг.
— Это решение не имеет обратной силы! — будто поставив точку в разговоре, ответил Андрей. Все его планы, все его надежды на будущее ощутимо пошатнулись. — Когда речь идёт о кредитных обязательствах выше двух миллионов рублей, банк имеет право принимать решения в одностороннем порядке.
— Глупо обсуждать документ, который я в глаза не видел, Андрей Николаевич, — удивительно спокойно ответил барон. — Это противоречит вашим же правилам. Дайте мне ознакомиться с договором и, возможно, я принесу вам свои извинения за клевету.
— Будет очень разумно с вашей стороны, господин барон, — ответил Андрей. Впервые за годы работы, у него не было никакого желания давать документы клиенту. Обычно, Груздев даже испытывал некоторое удовольствие наблюдая за тем, как люди игнорировали один важный пункт за другим и при этом делали вид, что в чём-то разбираются. А здесь… Здесь предсказать, как повернётся ситуация он не мог.
Тем не менее, хозяин кабинета поднялся из своего кресла и прошёл к шкафу с документами у окна. У себя он хранил только самые важные контракты и весь пакет документов барона Орлова был как раз из таких.
Папка перекочевала к посетителю, и Андрей принялся следить за бароном. Сотруднику банка вскоре начало казаться, что Орлов просто издевается над ним. Барон листал страницы, едва бросая на них взгляд. Будто просто искал какой-то конкретный пункт по цифрам в списке.
— Хм… — через пять минут промычал Святослав Иванович и поднял взгляд на Груздева. — Общий долг барона Строгина, с учётом находившихся на счетах средств, составил четыре миллиона триста сорок тысяч рублей. Верно, Андрей Николаевич?
— Мне нужно свериться с записями… — неуверенно ответил Андрей. — Но порядок цифр примерно такой.
— На счетах находилось порядка трёх миллионов рублей, — продолжил гость и Груздеву оставалось только кивнуть. — Ещё триста тысяч изъяли в счёт долга из физических ячеек вашего банка. Итого, три миллиона триста. С моего личного счёта было списано полмиллиона рублей. Остался долг пятьсот тысяч. Я нигде не ошибся?
— Думаю, всё верно, ваше благородие, — осторожно ответил представитель банка. — Как вы могли заметить, я ни в чём не обманул вас, когда говорил, что долги барона Строгина огромны.
— Да, тут я действительно был не прав, — внезапно ответил Орлов, чем вогнал собеседника в ступор. — Действительно, пункт об одностороннем порядке заключения подобных контрактов имеет место быть. Что ж, в таком случае, я рад, что мы во всём разобрались.
— И вы не имеете претензий к банку? — на всякий случай, уточнил Андрей.
— И я не имею претензий к банку, — кивнул Святослав Иванович, а потом улыбнулся и добавил. — Приятно иметь дело с грамотным специалистом.
— Рад был помочь, ваше благородие, — улыбнулся в ответ Груздев. Ему даже дышать стало проще. Буря миновала и жизнь снова заиграла яркими красками.
— Готовьте бланк по пункту одиннадцатому, подпункту седьмому «О досрочном погашении кредитных обязательств» и ещё мне нужно заявление о полном расторжении договора обслуживания с банком.
— Что? — растерянно моргнул Груздев. — Кажется, я не понял, что вы сказали, Святослав Иванович… Для досрочного погашения ваших обязательств, вы обязаны внести оплату в размере пятиста тысяч рублей наличными.
— Так получилось, что у меня с собой как раз оказалась нужная сумма, — усмехнулся Орлов и толкнул ногой в сторону стола одну из сумок. — В вашем регламенте прописано, что клиент может расторгнуть договор обслуживания в одностороннем порядке, как только погасит все обязательства. Факт погашения задолженности фиксируется ответственным сотрудником банка. Мне нужен бланк заявления, Андрей Николаевич. Сейчас.
Мир вокруг опытного офисного работника кружился с такой скоростью, что он готов был потерять сознание. Это был не просто провал — это было крушение всех надежд, всех данных обещаний и взятых на себя обязательств. Андрей достал из стола нужный бланк и протянул его гостю. Размашистая подпись, которая разом перечеркнула будущее Груздева и лист бумаги вернулся к Андрею.
— Разблокируйте счета моих людей, Андрей Николаевич, — поднимаясь из кресла, безразлично произнёс барон Орлов. Он полностью потерял интерес к собеседнику, будто тот перестал существовать.
— Это займёт около недели… — попытался хоть как-то отыграться Груздев, но барона это не впечатлило.
— Час, Андрей Николаевич, — уже почти у дверей, безразлично бросил Орлов. — У вас есть час и ни минутой больше. Иначе мне придётся сообщить вашему руководству обо всех добавленных вами в кредитный договор кабальных условиях. Всего хорошего.
Дверь за бароном закрылась. В кабинет заглянула встревоженная секретарша. Груздев пару секунд с ненавистью смотрел на папку с документами, а потом схватил её и швырнул в стену.
— Люда, — сдерживая ярость, хрипло произнёс Андрей. — Сообщи секретарю Альберта Иннокентьевича, что барон Орлов в городе. И ещё, что я очень хотел бы с ним сегодня пообедать. Вроде бы он знает