— Ты молодец, — сказала я.
— А ты — героиня, — ответила она серьёзно. — Все говорят. Про тебя уже легенды ходят. Как ты колдуна заморозила.
— Не заморозила, — вздохнула я. — Кристаллизовала.
— Вот видишь! Даже слова такие умные.
Я засмеялась, но в груди кольнуло.
* * *
Драго пришёл уже к ночи. Я сидела на кровати, поджав ноги, и пыталась расчесать свалявшиеся волосы. Эльфрида ушла, оставив меня одну.
Он вошёл тихо, без стука. Я подняла голову, когда услышала, как хлопнула дверь. Драго был весь в пыли, царапинах, под глазами круги, на скуле синяк, левая бровь рассечена.
— Жива, очнулась, — сказал он с порога.
— Жива, — ответила я.
— Прости, что в таком виде. Я торопился, но сейчас такой хаос в замке. Меня постоянно отвлекали.
— Тебе не за что извиняться. Обо мне хорошо позаботились.
Драго подошёл, сел на край кровати и взял меня за обе руки. Вязь на запястьях потеплела.
— Ты меня напугала, — сказал Драго глухо. — Когда я забежал и увидел тебя на полу… Думал...
— Всё хорошо, я справилась. — мягко перебила его. — Почти, — заметила я, взглянув на свои ожоги.
— Лианна, ты моя. И больше я не позволю тебе драться в одиночку.
— Договорились, — сказала я. — Но если Варго воскреснет, я снова полезу.
— Не воскреснет, — Драго погладил мои пальцы. — Я приказал сжечь тело и развеять пепел над перевалом. Чтобы даже духа не осталось.
Мы помолчали. За окном смеркалось.
— Свадьба через месяц, помнишь? Замок надо подлатать, людей подлечить. Король предложил перенести: «Нечего в руинах венчаться». Но я обещал, что Северный Клык будет как новенький. Он согласился.
— Через месяц, — повторила я. — Как же дождаться этого момента.
Драго поцеловал мне ладонь.
— А суд — через три дня, — добавил он. — Эдварда и Эйлин осудят при всех. Ты должна быть, если сможешь встать.
— Встану, — уверенно произнесла я.
Он посмотрел на меня долгим взглядом, потом наклонился и поцеловал — нежно, в губы, так, что я забыла, как дышать.
— Отдыхай, — сказал он, отстраняясь. — Я зайду завтра.
— Я буду ждать, — прошептала я.
Он задержался на секунду, сжал мою руку и ушёл. Я слышала его шаги в коридоре до тех пор, пока они не стихли.
* * *
Суд прошёл через три дня, как и обещал Драго. Я сидела в первом ряду, опираясь на трость — ноги ещё слушались плохо. Рядом стоял Дэниел. Эдвард выслушал приговор молча: лишение титула с правом восстановления через десять лет, работы на Северном тракте три года без права обжалования. Эйлин усмехалась и огрызалась, но, когда объявили замужество с лордом Вейлом и отлучение от двора на пять лет, побледнела и замолчала.
Блейка не нашли. Король сказал: «Рано или поздно вылезет сам». Я надеялась, что поздно.
Альрик доложил, что замок начали восстанавливать, башни уже укреплены, стража переформирована. Филипп с улыбкой сообщил, что Эльза согласилась переехать к нему в восточное крыло. Эльза краснела и делала вид, что это не всерьёз.
Кассиан на суд приковылял с тростью, несмотря на запреты лекаря. Лира шла за ним тенью и, если он начинал кашлять, хватала за локоть.
* * *
Две недели я восстанавливалась. Ходила на перевязки, пила отвары, смотрела, как латают стены. Драго каждый вечер приходил ко мне и рассказывал, что сделано за день: «поправили крышу восточной башни», «сменили стражу на южных воротах», «кузнец выковал новые ворота». Иногда он просто молчал, сидел рядом, и это было важнее всех слов.
Через четырнадцать дней я впервые вышла во двор. Выпал свежий снег, он приятно хрустел под ногами. А в центре двора…
— Ты снова залил каток, — выдохнула я.
— Всё для тебя, — сказал Драго, стоя за моей спиной.
Я обернулась. Он улыбался.
— Держи, я принёс твои коньки.
— Сейчас? — Я счастливо посмотрела на лёд. Он был ровным, гладким, таким, что сердце защемило.
— А чего ждать? — Драго уже тащил меня за руку к дверям. — Ты обещала научить меня делать ту дугу с разворотом, помнишь? Я ещё с неё упал в прошлый раз.
— Ты всё равно упадёшь, — сказала я.
— Зато рядом с тобой.
Я рассмеялась, и этот смех был первым настоящим за все эти дни.
Коньки скрипели по льду. Драго упал всего один раз. Поднялся и чмокнул меня в замёрзшую щёку. Где-то на балконе Кассиан крикнул:
— Брат, не позорься!
Лира одёрнула его, но было слышно, как он смеётся.
Мы катались до темноты. А когда замок зажёг огни, Драго взял меня за руку и сказал:
— Через две недели — свадьба. Успеешь встать на ноги?
— Уже стою, — ответила я. — На твоём льду.
Он притянул меня к себе и поцеловал — уже по-настоящему, прямо посреди двора, под снегом, который пошёл снова. И мне показалось, что даже стены замка улыбаются.
Глава 44. Сердце навсегда
Глава 44. Сердце навсегда
Утром я проснулась от того, что в комнату ворвалась Эльза с растрёпанными волосами и сияющими глазами.
— Вставай! Через несколько часов всё начнётся, а ты ещё не умывалась! — Она плюхнулась на край кровати и схватила меня за руку. — Я так волнуюсь, будто сама замуж выхожу!
Селина прибежала следом, неся на вытянутых руках серебряный поднос с завтраком — чтобы, видите ли, «невеста не упала в обморок от голода посреди клятвы».
Лира пришла последней. Села на край кровати, долго смотрела на меня, а потом сказала:
— Кассиан просил передать, что он спустится к церемонии, даже если ноги отвалятся. — Помолчала. — И ещё: он счастлив за вас. Я тоже.
Я обняла её. Пахло от неё травами и чем-то горьковатым — перевязывала кого-то всю ночь. Лира не сопротивлялась, только шмыгнула носом.
Волосы мыли отваром из ромашки — Мира грела воду, Эльза поливала из ковша, Селина растирала корни. Пахло летом и чем-то сладким, детским. Я закрыла глаза и почувствовала себя вдруг — не Лианной Ростан, и даже не той, кто пришла из иного мира сквозь лёд и смерть. Просто девушкой,