— А оставаться здесь — гарантированная смерть, — упрямо буркнул я, заставляя себя встать на ноги. Мир качнулся, и я на секунду прижался к скале, чтобы не упасть. — Так что я выбираю статистику. Я это чувствую, И. Там моё спасение.
Собрав остатки воли в кулак, я, пошатываясь, побрёл к тёмному провалу. Каждый шаг отдавался в развороченном плече новой вспышкой боли. Я отдёрнул цепкие лианы и, не раздумывая, шагнул в темноту.
Внутри меня окутала прохлада и тишина. Воздух был другим — сухим, чистым, с едва уловимым запахом, похожим на запах после грозы. Я сделал несколько неуверенных шагов вглубь, и мои кибернетические глаза, быстро адаптируясь к мраку, начали различать слабое, призрачное свечение. Оно исходило из глубины пещеры.
Я пошёл на этот свет, как заблудший корабль на свет маяка. Туннель постепенно расширялся, и через пару десятков шагов я вышел в огромный, просторный грот. И замер. Я забыл про боль, про погоню, про всё на свете.
Я стоял посреди настоящего чуда.
Стены, потолок, даже пол пещеры были усеяны кристаллами. Тысячи, миллионы сияющих кристаллов всех форм и размеров. От мелкой крошки, похожей на рассыпанные бриллианты, до огромных глыб размером с мою голову. И все они светились. Они испускали ровный, пульсирующий синий свет, который заливал всё вокруг, превращая обычную пещеру в тронный зал какого-то древнего бога. Это был малум. Чистый, первозданный, нетронутый.
И гул. Здесь он был в тысячу раз сильнее. Он исходил от кристаллов, от каждого из них. Это была их песня, их шёпот. Низкая, мощная вибрация, которая проникала, казалось, в каждую клетку тела, заставляя сердце биться с ней в одном ритме.
Я сделал шаг вперёд, и в тот же миг почувствовал, как эта вибрация отозвалась во мне. Малум в моей крови, та самая дрянь, что дала мне силу, — всё это срезонировало с гулом пещеры. По телу пробежала тёплая, приятная волна, похожая на лёгкий электрический разряд. И боль в плече… она начала отступать. Не просто притупляться, а именно уходить. Таять, словно её и не было.
Я подошёл к стене и с каким-то детским восторгом коснулся одного из самых крупных кристаллов. Он был тёплым, как живое тело. И он гудел, вибрировал под моими пальцами. Я опустил взгляд на свою рану и не поверил глазам. На моих глазах происходило невозможное. Обожжённые края раны светлели и стягивались прямо на глазах. Рваные мышцы срастались, а кожа восстанавливалась с невероятной скоростью, не оставляя после себя даже намёка на шрам. Повреждённые наниты в костюме, до этого беспомощно тлевшие, вдруг заискрились и начали самовосстанавливаться.
«Невероятно, — в голосе И прозвучало то, чего я никогда раньше не слышал. Искреннее, неподдельное изумление. — Скорость регенерации превышает твои пиковые показатели в семнадцать раз. Энергетическое поле кристаллов вступило в симбиотический резонанс с твоей клеточной структурой, усиленной малумом. Оно не просто лечит тебя, ЛЕКС. Оно… переписывает повреждения на квантовом уровне. Оно тебя подпитывает. Усиливает».
Через пару минут от жуткой раны не осталось и следа. Только порванный костюм напоминал о том, что я только что был на волосок от смерти. Боль ушла без следа. Усталость испарилась. Вместо этого я чувствовал, как по моим жилам разливается сила. Чистая, первобытная, пьянящая мощь. Я сжал и разжал кулак на исцелённой руке. Никакой боли. Только ощущение такой силы, будто я могу голыми руками смять в комок бронепластину.
Я стоял посреди этой сияющей пещеры, в самом сердце Источника, и до меня наконец дошло. Я нашёл нечто большее, чем просто укрытие или ответы на вопросы. Я нашёл колыбель своей силы. Место, где я родился во второй раз.
Ирония судьбы. Охота на меня привела меня домой. Но я также отчётливо понимал, что это место — самое безопасное и одновременно самое опасное во всей галактике. И теперь мой долг — защищать его. Любой ценой.
Глава 21
Я стоял посреди сияющей пещеры, и боль просто выключилась. Не утихла, а именно исчезла, будто её никогда и не было. Я посмотрел на своё плечо. Минуту назад там была дыра, из которой валил дым, а теперь — гладкая кожа, даже шрама не осталось. Я несколько раз сжал и разжал кулак. Ничего. Ни малейшего намёка на боль. Только странное, почти забытое чувство, что моё тело снова целое и полное сил.
«Это невозможно, — голос И в моей голове дрогнул. Обычно спокойная и собранная, сейчас она звучала растерянно. — Твои ткани не просто зажили, ЛЕКС. Они были полностью переписаны. Энергия этих кристаллов… она не лечит. Она возвращает материю в исходное состояние. Мои сканеры сходят с ума, я не могу проанализировать этот процесс. Этого не может быть».
— Для тебя всё невозможно, что не влезает в твои расчёты, — пробормотал я себе под нос, касаясь гладкой и тёплой поверхности синего кристалла. — А для меня — вот оно.
Я чувствовал, как малум в моей крови отзывается на гул пещеры. Это было странное чувство, будто я вернулся домой. В место, где никогда не был, но по которому почему-то всегда скучал.
Но внутренний зов, который и привёл меня сюда, не пропал. Наоборот, он стал только громче и чётче. Теперь, когда боль не мешала, он превратился в настойчивый шёпот, который тянул меня дальше, в самую глубь. Сопротивляться было бессмысленно. Да и не хотелось.
Я пошёл на этот зов. Туннель, по которому я двигался, начал меняться. Сначала это была обычная пещера с неровными стенами, но постепенно они становились всё более гладкими. Вскоре я понял, что иду по коридору, который кто-то вырезал в скале с идеальной точностью. Стены были из того же чёрного камня, что и в том древнем храме в джунглях. Этот камень, казалось, впитывал в себя свет. Значит, я не первый, кто нашёл это место. Кто-то превратил его в свою базу или святилище.
Коридор резко оборвался, и я вышел в огромный зал. Я замер, потому что такого я точно не ожидал увидеть.
Это было самое сердце горы. Гигантская круглая пещера, такая огромная, что звук моих шагов просто растворялся где-то вверху, не создавая эха. Но свет здесь был уже не синим.
Прямо по центру зала из трещины в полу бил фонтан. Только это была не вода. Это была