— А остаться со мной и папой? Нет? Не судьба? — сжимаю подлокотники кресла.
— Ты спросишь, почему я не могла остаться с тобой и твоим отцом? — вздыхает. — Не могла. Я должна вернуться домой, выйти замуж за Старшего Принца и родить его будущих наследников. Это продолжение моего пути. Моей жизни.
— А я побоку? — медленно моргаю. — В любом из сценариев? В любом варианте ты отказываешься от меня?
— Верно, — Мирана цыкает. — На этом отказе мы и сыграли.
Перевожу на нее возмущенный взгляд.
— Что ты так смотришь на меня? — она неловко улыбается. — Решение твое матери было одним из главных узелков.
— Ты знала, что меня сюда притащат…
Пожимает плечами.
— Старая сука, — в изумлении шепчу я, и мне совсем не стыдно, потому что эти грубые слова выражают мое возмущение и гнев.
— Я знала, что ты мне это скажешь.
— Что ты еще знаешь? — поскрипываю зубами.
— Много чего.
— Ты все это устроила?!
— Виалла, твоя судьба встретить Альф из Коалиции Первого Ликана, — говорит мама. — Принадлежать им.
— Да пошла ты, — встаю я. — И папа спился из-за тебя! Он любил тебя! И зря! Гадина!
— Прощай.
Голограмма гаснет, и хватаю из корзинки красный клубок и кидаю его в стену:
— Ненавижу тебя!
Я убедилась, что моя мать — высокомерная и бессердечная дрянь, для которой встреча с моим отцом была лишь бунтом и капризом.
Обидно.
До слез и отчаянного глухого рыка.
— Родителей не выбирают, но мы можем выбрать, какими родителями быть для своих детей, — говорит за моей спиной Мирана.
— А выбираем ли, — оглядываюсь, — если тут столько было сказано про судьбу? Если многое предрешено, то… — рявкаю я, — какая фигня!
— Так и думал, что все закончится скандалом, — за дверью комнаты раздается голос Богара. — С твоей бабулей всегда все скандалят.
— Я не скандалю, — скучающе отвечает ему Лирам, — потому что знаю, что это бессмысленно.
— О, тортик, — хмыкает Богар.
— Тебе лишь бы пожрать, — дверь отворяется и в комнату заходит Оран, а я продолжаю сверлить Мирану злым и возмущенным взглядом. — Что у вас тут?
— Она все знала! — повышаю голос.
— Она же Провидица, — Оран приваливается плечом к косяку и поправляет ворот своего белоснежного мундира. — Поэтому я стараюсь бабуле Миране вопросы не задавать.
— Я обычно на вопросы не отвечаю и загадочно молчу, — Мирана ковыляет мимо него, — но тут пришлось.
— А твой вопрос чего или кого касался, — Оран заинтересованно вскидывает бровь. — Скольких детишек нам родишь?
Глава 44. Да к черту эту стерву
— Каких детишек? — недоуменно моргаю я.
— Пухлощеких таких, слюнявых и громких, — невозмутимо отвечает Оран.
— Бабуль, — раздается голос Лирама. — Это яйцо еще живое, что ли?
— Отстань от него, — фыркает Мирана. — Чего пристал? Пусть тут катается, мне не мешает.
— Что вы тут забыли? Вам не надо на супер-пупер важную встречу? — сглатываю и пытаюсь скрыть за недовольством испуг.
Да любая на моем месте испугалась от перспективы нарожать толпу волчат трем оборотням.
— Страшно, да? — Оран щурится.
— Бабуля Мирана, — из гостиной летит довольный бубнеж Богара, — тортик просто объедение.
— Слушай, ты же самый высокомерный засранец, — шепчу я Орану. — Тебе же не должно быть по душе все это.
— А мне и не по душе…
— Ты же что-то говорил про жрецов, которые могут помочь…
Оран игнорирует мои слова и окидывает взглядом от головы до пят. Под его заинтересованным и оценивающим взглядом мне становится неловкой.
— Идет тебе эта тряпочка.
— Я так и передам Алгане Вецки, что ее платье — просто симпатичная тряпочка, — кричит в ответ Мирана. — Она же от злости лопнет.
— Кто это? — едва слышно спрашиваю я.
— Без понятия.
Оран резко поддается ко мне, хватает за запястье и притягивает к себе. С ойканьем утыкаюсь в его грудь, а он зарывается носом в мои волосы и жарко выдыхает:
— Конечно, к жрецам заглянем, Ви…
Глухой удар в груди, и у меня перехватывает дыхание от глубокого вдоха Орана.
— Алгана Вецка одевает самых модных модниц, — в комнату заглядывает Лирам.
— И меня, — Мирана вновь подает голос.
— То есть вот этот балахон очень модный? — спрашивает Богар. — Серьезно?
— Я сейчас на тебя натравлю свое яйцо. Да, у него есть боевой режим.
— А так и не скажешь, — Богар смеется. — Он уже минуту из угла выбраться.
— Не придирайся.
— Все, пошли, — Оран отстраняется и в следующее мгновение перекидывает меня через плечо. — С Провидицей поболтала по душам, тортик покушала… И мы тебя забираем.
— Быстро вы соскучились, — смеется Мирана. — И все втроем прибежали.
— Куда хоть забираете? — безвольно повисаю я на плече Орана, который приободряюще похлопывает меня по бедру и выносит из комнаты в коридор.
Жила себе спокойненько все эти года и знать не знала, что моя встреча с тремя оборотнями неизбежна.
Я о другом мечтала перед сном.
Конечно, о любви тоже фантазировала, но с одним “прекрасным и благородным принцем”, который вытащил бы меня из гетто и устроил мне сказку.
Вместо этого мне подкинули трех мужланов, от которых я не могу отвязаться.
И отказаться.
— А чего она такая печальная? — спрашивает Богар, показываясь из гостиной. — Где ее крики, оскорбления и злость?
— С мамой познакомилась, — отвечает Мирана. — Ожидание и реальность не сошлись в одной точке.
— Сукой оказалась? — недовольно уточняет Богар.
— Раз такая грустная, — отвечает Лирам, — то да.
— Я не грустная, — вздыхаю я и моя голова болтается из стороны в сторону. — Я разочарованная. Вся моя жизнь… все мои достижения… все мои мечты, планы и стремления были изначально обречены. Я, выходит, зря научилась читать и писать. Вы бы даже необразованную меня схватили и утащили с собой.
— Я всегда говорил, что женщинам необязательно читать и писать, — хмыкает Богар и охает после глухого шлепка — Больно!
— А ты глупостей всяких не говори, — шипит Мирана.
— Оран, отпусти ее, — строго командует Лирам.
И Оран внезапно подчиняется ему без возмущений. Опускает меня на ноги и разворачивает за плечи к Лираму.
Стоим у входной двери в уютном полумраке коридора.
— Ну и к черту эту суку, — Лирам касается моей щеки теплыми пальцами. — Пошла она.
Горло схватывает спазм, губы вздрагивают, и я поджимаю губы, вскинув подбородок.
Не-а. Я не куплюсь.
— Иди сюда, — притягивает к себе, прижимает к груди и обвивает руками.
И я всхлипываю. В его объятиях тепло и безопасно. Касается щекой виска:
— Тише.
— Да я тоже самое сделал, — возмущенно шепчет Оран.
— Нет, — тихо отвечает Лирам. — Не то же самое.
— Я могу сделать вывод, — вздыхает рядом с Мираной Богар, — проблема в том, что тебе самому нужны обнимашки. У тебя мамка тоже та еще стерва.
— А тебе нужен сломанный нос, — рычит Оран.
— Твоя-то хоть в храм не сбежала после твоего рождения, — Богар усмехается. — Моя вот слиняла.
— Иначе она не могла, — тихо отзывается Мирана. — Ты же знаешь.
— Ну, я пытаюсь поддержать друга после неудачной шутки о его мамке, — цокает Богар. — Извиняться не в моем стиле.
— Ой да завали ты уже пасть.
—Ты же сам нарываешься на мои шутки.
— Хватит, — отстраняюсь от Лирама, смахиваю слезу со щеки и торопливо выхожу на крыльцо. Ловко перескакиваю ступени. — Надоели.
— Правильно, воспитывай, — Миранасеменит за мной. — Подожди, Ви.
— Чего?
Спускается ко мне и протягивает гладкую шкатулку из белого камня. Ни резьбы, ни замочка.
— Отдашь Жрецам, — Мирана мягко улыбается. — К ним без подношений нельзя. Тут они особенно капризные. Неудивительно, они далеко от родных Лесов.
Глава 45. Волчица Астериона
Стены главного зала храма захвачены узловатыми корнями.