– Там. Сверху, как ты называешь меня. Я видел за верхней кромкой ботинки, чулки и штанины брюк, – пояснил он, кивнув на наклонное стекло перед приборной доской. – Брюки черные, ботинки с чулками тоже, ноги для меньшего из авгуров слишком длинны, а тот, что выше ростом, думаю, туда не полез бы.
– Сейчас там никаких ног нет, – заметил Чистик, нагнувшись и выглянув за окно. – А я к тебе с новостью. Запускай номер семь. Должен заработать.
Шкиехаан щелкнул двумя рычажками и с одобрением закивал при виде поднявшейся кверху стрелки.
– Значит, струбцину ты снял?
– Дело не только в ней. Сейчас мы работаем над номером пятым. Они наружу на штангах вынесены, соображаешь?
– Да, я заметил. Еще минута, и смогу поделиться другими наблюдениями.
– А втянуть штанги внутрь, чтоб чинить двигатели, можешь только ты. Толковая, надо сказать, система. Головки пришлось подергать, по поршням постучать, но вроде бы ничего особо не раздолбали. Что ты еще заметил?
– Рядом с Шелком сидел кто-то еще. Сидеть таким образом очень опасно.
– Тебе виднее.
– Второй изрядно замерз… – Умолкнув, Шкиехаан склонил голову на сторону. – А сейчас кальд Шелк входит в каюту генерала Сабы. Я узнаю его голос.
Покинув рубку, Чистик обнаружил, что занавесь на двери к Сабе сдвинута в сторону, у порога стоит Шелк, а взмокший от пота Бивень втиснулся в каюту рядом с Крапивой.
– …Не знаю, как тут точнее выразиться, – продолжал Шелк. – Над этим следовало поразмыслить минуту назад, на крыше.
Услышав шаги, он оглянулся назад.
– Привет, Чистик. Рад, что ты здесь: я как раз собирался послать за тобой Крапиву. У нас тут разговор о возвращении воздушного корабля генералу Сабе.
Орев запрыгал, закивал в знак согласия, а Чистик в изумлении вытаращил глаза.
– Разумеется, это не значит, что мы откажемся доставить тебя – и тебя, и Шкиехаана, и остальных – в Майнфрейм. Доставим. Вернее, она доставит… а мы с Гиацинт, Крапивой, Бивнем, Его Высокопреосвященством, патерой Ремора и Моли отправимся с нею обратно.
Саба широко улыбнулась Чистику.
– Сама ничего не понимаю, но мне этот план по душе.
– Еще бы, – откликнулся Шелк. – И Чистику тоже понравится. И остальным, поскольку пойдет на пользу всем до единого. – С этим он вновь повернулся к Чистику. – Здесь будет весьма уместна скромная церемония, торжественное возвращение генералу Сабе сабли, причем оружие ей вернешь ты. Хороша мысль?
Чистик отрицательно покачал головой.
– Пойми же: саблю у нее в любом случае никто не отнимал. Как лежала в том ящике у изножья койки, так и лежит… верно я тебя понял, генерал?
– А мне можно его наконец спрятать? – спросила Крапива, показав Шелку с Чистиком иглострел.
– Под рукой держи! – рявкнул Чистик.
– Итак, скромная церемония… здесь и сейчас. Будь добра, генерал, достань саблю. Я передам ее Чистику, он вручит тебе, а ты носи: пусть все видят. Уверен, это изрядно воодушевит твоих штурмовиков.
– Пулевых ружей назад не вернем, – объявил Чистик.
– По крайней мере, сейчас. Все будет зависеть от того, есть ли оружие на судне, приготовленном вам Экипажем, хотя, по-моему, должно быть.
Бивень утер взмокший лоб.
– Кальд, тут, кроме тебя, никто ничего не понимает.
– А между тем все предельно просто. Войны между Вироном и Тривигантом ни я, ни генерал Саба не хотим. Мы, виронцы, захватили воздушный корабль, предмет гордости ее города.
– Это они нас схватили, – переглянувшись с Бивнем, возразила Крапива.
– Именно. Вот вам еще один повод для войны, которую мы с генералом Сабой хотели бы предотвратить. Решение очевидно: обмен воздушного корабля на наше освобождение.
– Так мы уже на свободе!
– Без мира настоящей свободы нет и не может быть ни для кого. Подумайте об альтернативе. Мы возвращаемся в Вирон, генералиссима Сийюф пытается отбить воздушный корабль силой оружия, генералиссима Мята с генералиссимо Оозиком стараются ей воспрепятствовать… и в первый же день все это будет стоить нам пяти сотен жизней – как минимум, а может, и более.
– Ну что ж, с путешествием в Тривигант придется чуточку подождать, – сказала Саба Крапиве. – Когда он спросил, соглашусь ли я, получив обратно воздушный корабль, отвезти вас домой, я так удивилась, что не смогла ничего ответить. Но я согласна, и высадить Чистика со всем погруженным на борт сбродом в Майнфрейме, если уж он так хочет, согласна тоже. – С этими словами она склонилась над рундуком в изножье койки. – Некоторые из вас… да что там: скорее всего, все, кроме вашего кальда, опасаются, как бы я не нарушила уговор…
Чистик саркастически хмыкнул.
Выпрямившись, Саба подала Шелку круто изогнутую саблю с украшенной самоцветами рукоятью.
– Этим почетным оружием меня в прошлом году наградила рани, и я им очень горжусь… хотя, возможно, носила его не так часто, как следовало бы, опасаясь, как бы с ним чего-нибудь не стряслось.
Орев присвистнул.
– Прекрасная сабля! – воскликнула Крапива.
Саба улыбнулась Чистику.
– Эта девочка позволила оставить ее при себе. Я рассказала ей о сабле в рундуке, а она ответила: пусть лежит где лежит, Чистик против не будет.
– Мне бы свою назад получить, – проворчал Чистик. – Которую та полковничиха забрала.
– Если вернешься с нами, я постараюсь ее отыскать.
– Р-резать – нет! – каркнул Орев, перепрыгнув с плеча Шелка на плечо Сабы, чтоб разглядеть саблю поближе.
Обнажив оружие, Саба отступила на полшага назад, обеими руками подняла клинок на высоту глаз.
– Клянусь этой саблей исполнять любые распоряжения кальда Шелка до тех пор, пока он на моем корабле, и высадить его с друзьями в родном городе как пассажиров, не пленников.
– А мы на описанных тобою условиях возвращаем тебе командование, генерал, – склонив голову, откликнулся Шелк.
– Смогу ли я связаться по стеклу с Дворцом и сообщить, что мы намерены предпринять?
– Если угодно, да. Командуешь здесь ты.
Саба опустила оружие.
– В таком случае, если я нарушу данную клятву, можешь забрать и сломать эту саблю.
Едва церемония завершилась, Саба повела всех в просторное помещение, из которого Шелк выбрался на верхнюю палубу. Вдоль стен стояли шкафы, середину занимал изрядных размеров стол с парой кожаных кресел, а возле двери поблескивало стекло.
– Штурманская, – пояснила Саба Шелку, – нервный центр воздушного корабля. Здесь хранятся карты и навигационные инструменты. Еще здесь есть переговорная труба, протянутая через офицерские каюты к рубке. Знаешь, что это? Вроде стекла, но связь только с одной точкой и позволяет только говорить.
– Вот тут тебе быть и надо бы, – посоветовал Чистик.
Однако Шелк отрицательно покачал головой.
– Вон там люк на палубу, – указав вверх, продолжила Саба. – С палубы мы в основном измеряем угол отклонения корабля от солнца. Сейчас он должен быть нулевым… проверю, как только поговорю с Дворцом, – добавила она, невольно сглотнув.
Бивень тронул Шелка за плечо.
– Только не надо опять туда, кальд… пожалуйста, а?
– Ого, так вы оба наверху были? – полюбопытствовал Чистик. – Я слышал, оттуда кто-то чуть не свалился.
– Он вниз спрыгнуть хотел, – пожаловался ему Бивень. – Я ухватил его и, видно, удержал, вот только не помню… вроде боролись, а потом – раз, крыша исчезла, и музыка… – Пожав