– Полагаю, да, – кивнув, подтвердила майтера Мята.
– Твое превосходительство, с корабля по нам бомбами бьют, вдоль всей линии. Полковник говорит, надо идти вперед, смешаться с ихними, чтоб прекратили.
– Где он? Ты лошадь для меня привел?
– Так точно, твое превосходительство, только ее кальд забрал. Может, я, твое превосходительство, зря ее отдал, но…
– Нет. Разумеется, если кальду потребовалась лошадь, ее следовало отдать.
Оттолкнув гонца в сторону, майтера Мята вскочила в седло.
– А мне придется взять твою. Возвращайся пешком. Где Бизон?
– В старом лодочном сарае, твое превосходительство, – ответил гонец, указав куда-то в полумрак снегопада.
Судя по неопределенности жеста, снег сбил его с толку в той же степени, что и ее.
– Удачи! – крикнула ей Склеродерма. – Хотя нет, я тоже с тобой!
Ничуть не заботясь о том, что в седле подол облачения задрался до самых бедер, майтера Мята стиснула коленями бока усталого пони.
– Ни в коем случае! Оставайся здесь и позаботься о муже! И майтере… то есть Магги с безумной девочкой помоги!
Указав в сторону гонца, она с запозданием сообразила, что сжимает в ладони рукоять азота.
– Он действительно в лодочном сарае? Я приказала ему держаться позади и не рисковать жизнью.
– Под их бомбами места спокойней не сыщешь, твое превосходительство!
И тут расплывчатое пятно впереди обернулось двумя одетыми в темное всадниками на единственном белом коне.
– Вперед! – загремел в снежной мгле до боли знакомый голос. – Ступайте за этим офицером: он уведет вас в укрытие. Прочь от костра! Прочь!
Голос принадлежал Шелку. На глазах изумленной майтеры Мяты белый конь галопом промчался прямиком сквозь огонь. Какой-то миг она колебалась, не зная, что предпринять, но грохот пулевых ружей разом покончил со всеми ее сомнениями.
– А знаешь, мне все же нравится, – шепнула Гиацинт, обняв Шелка крепко, как никогда, – только рысью его больше не пускай.
Пускать белого мерина рысью Шелк и не собирался, но, чтобы заверить в этом Гиацинт, ему не хватило дыхания. Натянув поводья, он прикрыл глаза правой ладонью, всякий раз, стоило только забыться, тянувшейся к луке седла. Замеченная в снегу компания больше всего походила на женщину с детьми. Скрипнув зубами, Шелк с силой вонзил в бока белого мерина каблуки. Главное, не перейти на рысь: растрясет до полной беспомощности. Еще важнее не потерять стремена, если не обдирающие лодыжки, то соскальзывающие с ботинок…
Мерин поскользнулся в снегу, и Шелку на миг показалось, будто тут их скачке и конец.
– Встать, встать! Туда! – сорвавшись на визг, завопила за спиной Гиацинт.
Слегка покоробленный ее злостью, Шелк в нарушение супружеской верности подумал, что ей весьма не хватает звонкого трубного гласа, дарованного Кипридой майтере Мяте… хотя сейчас такой глас куда больше пригодился бы ему самому.
– Мой кальд!
Некто запорошенный снегом ухватил мерина под уздцы.
– Да? В чем дело?
– Все внутри, мой кальд. Ушли. Уходи и ты, пока не погиб.
Шелк отрицательно покачал головой.
– Клянусь, здесь остались считаные единицы. С ними я разберусь. Сударыня, да урезонь же его!..
С этими словами капитан побежал вперед, а мерин рысцой потрусил за ним, отчего Шелка с Гиацинт затрясло, точно крысу в зубах терьера.
– Вот вход, мой кальд. Сожалею, что не могу помочь тебе и твоей даме спешиться.
От встряски не в силах даже помыслить о неповиновении, Шелк соскользнул со спины мерина и помог спешиться Гиацинт. Капитан указал на глубокую воронку у самых ног. На дне провала мерцал тусклый зеленоватый свет.
Не успевший успокоиться, Шелк вспомнил могилу, явленную ему во сне.
– А в первый раз мы ехали на арманекроне, – сказал он Гиацинт, с великим трудом сохраняя небрежность тона. – С гораздо большим удобством, вот только вместо снега нам досаждала пыль.
Гиацинт в изумлении округлила глаза.
– Спускайтесь скорее, – поторопил их капитан, вновь указав на воронку. – Спуск не так уж прост. С полдюжины человек скатились вниз кубарем, но всерьез, к счастью, не пострадал никто.
Вынув из кобуры иглострел, он, явно не привыкший управляться с оружием левой рукой, не сразу нащупал большим пальцем рычажок предохранителя.
– Ты собираешься присоединиться к сражающимся, – заметил Шелк.
– Так точно, мой кальд. С твоего позволения, разумеется.
Шелк покачал головой.
– Нет, позволения ты не получишь. У меня для тебя поручение. Передай генералиссиме Мяте… известно тебе, куда пойдем мы с Гиацинт?
– Вот в этот туннель под городом, мой кальд, дабы, как подобает, сохранить себя для Вирона.
Гиацинт оправила платье.
– Нет, мы вроде как должны вообще уйти из этого круговорота с тысячами тысяч карточек. Доберемся до этого… ну куда надо – то-то разбогатеем! – мечтательно протянула она и сплюнула в снег.
– Я выгреб из фиска все средства, какие смог, – пояснил Шелк, – а Его Высокомудрие опустошил до дна Бурсу… то есть казну Капитула. Рассказываю я все это, дабы ты смог объяснить генералиссиме Мяте, куда мы пропали и что случилось с деньгами. Известно ли тебе, с какой из Сийюф вы бьетесь?
– Кальд! – окликнули его из воронки.
– Это ты там, внизу, Бивень?
– Я, кальд!
Бивень полез наверх. Камешки, лавиной хлынувшие из-под его ног, сухо застучали по полу коридора.
– Спускайся обратно, – велел ему Шелк.
– Мой кальд, нам случайно посчастливилось наткнуться на это убежище, открытое для беззащитных взрывами вражеских бомб. Благодарение богам. Тебе с твоей дамой следует тоже укрыться там. Огонь с их воздушного корабля виден наверняка.
Бивень, ухватившись за поданную Шелком руку, поднялся к ним.
– Что касается этого парня, я раздобуду ему оружие, – закончил капитан.
– Если идем, так пошли уже! – потребовала Гиацинт.
– Ну а по поводу вопроса насчет двух Сийюф, мой кальд… об этом до меня дошли только слухи. Насколько они верны?
– Незадолго до возвращения я разговаривал по стеклу с генералиссимой Мятой, – сообщил ему Шелк. – Один из советников – по-моему, Долгопят – переделал некую хему в подобие Сийюф. Ей надлежало наладить отношения с Тривигантом, а не сумеет – позаботиться, чтоб тривигантцы проиграли войну. Увы, вместо этого она, очевидно, решила занять место Сийюф навсегда и завоевать Вирон для себя. Тогда генералиссимо Оозик освободил подлинную Сийюф в надежде…
Последние его слова заглушил грохот взрыва. Открыв глаза, Шелк обнаружил, что съехал в воронку по пояс, рядом припал к земле Бивень, а с другой стороны за его плечо, всхлипывая, цепляется Гиацинт.
– Совсем рядом, – спустя секунду-другую сумел выдохнуть он. – Так близко, что в ушах зазвенело.
– Где капитан? – спросил Бивень.
– Бивень! – донесся со дна воронки голос Крапивы.
Подняв голову, Шелк огляделся по сторонам.
– Не знаю. Нигде его не видно и даже не… Что это? Лошади?
– Наш конь… – Поднявшись, Гиацинт пошатнулась, но на ногах устоять смогла. – Должно быть, его убило.
– Либо капитан сел на него и ускакал. Так или иначе, нам нужно уходить.
Гиацинт, смерив его уничтожающим взглядом, соскользнула вниз, к дну воронки, протиснулась мимо Крапивы и скрылась под землей.
Бивень ухватил Шелка за локоть.
– Ты, кальд, вроде как ждал чего-то здесь, с капитаном. Как будто не хотел вниз спускаться.
– Не хотел. Поскольку не был