- Сразу бы так, - отряхнул «братец» руки и тут же развел ими: - Увы, я тебя не дотащу. Жаль, жаль.
Взгляд, направленный поверх моего плеча. Едва сдерживаемая улыбка.
- Говорят, это больно. Туман попадает на кожу, разъедает ее до самых костей. Но ты сама скоро все узнаешь. Я бы послушал потом твой рассказ, но подозреваю, что ты не переживешь эту ночь.
- Барион, - сглотнула я, - не надо.
Тело не подчинялось. В ушах звенело, язык едва ворочался, но еще слушался. Зато сознание работало в полной мере. И я понимала, что мне самой не справиться, не скинуть оцепенение и не добраться вовремя до спасительного укрытия в виде одного из домов. Я пыталась. Пока мужчина рассказывая, что мне уготовано, старалась совладать со обездвиженными конечностями, но они словно стали чужими.
- Прошу.
- Увы, - изобразил он огорчение и, снова глянув поверх моего плеча, начал отступать. - А всему виной твое упрямство. Я был снисходителен к тебе, Виктория, готов был простить твои выходки.
- Барион! - мой голос удивительным образом не дрожал, а звенел злостью. - Не надо. Я сделаю все, что попросишь.
Да, неприятно унижаться, однако порой нужно наступить на гордость. Мертвым она не нужна…
- Не скучай, - подмигнул на прощание лорд и развернулся.
Я чувствовала каждой клеточкой приближение тумана неестественного происхождения. Видела спину удаляющегося мужчины и до конца не осознавала серьезность ситуации. Это шутка. Барион вот-вот передумает, подбежит, заберет. Он не оставит меня. Сделает все возможное, чтобы напугать и выторговать больше.
- Барион! - завопила я.
Брусчатку заволокло легкой дымкой. Она бодро двигалась вперед, даже не пробуя, сразу поглощая все на своем пути, нацелилась на быстро удаляющегося лорда. Туман первое время не замечал меня, огибал. После обратил внимание и набросился на мою юбку, потянулся вверх по ткани, изучая каждую складку.
Пальцы не подчинялись. От усердия по виску потекла капелька пота, скользнула возле уха и затерялась в вороте платья.
Нет, это еще не конец! Я не сдамся.
Я закричала, но на этот раз позвала на помощь, уже не надеясь на Бариона. Меня должны услышать. Люди не бессердечные, не бросят девушку в беде.
Мой отчаянный вопль тонул в сгущающемся вокруг тумане. Я не оставляла попыток, срывала голос, молила, уже плакала.
Мне помогут, обязательно! Просто не слышат. Они не слышат!
- Тише, глупая… - успокоила саму себя. - Жайр короткодействующий, так? Подожду. Точно, просто подожду, а потом побегу.
Губы немели от страха. Я готовилась к обещанной боли. Смотрела на поднимающийся туман, который уже добрался до пояса. Чувствовала в груди нарастающий холод и не оставляла попыток пошевелиться.
Кажется, палец дернулся. Или от перенапряжения мне лишь показалось?
Барион дошел быстрым шагом до стоявшего впереди дома Хранителя. Обернулся. Кивнул мне на прощание, постучал. В щелях закрытых ставен задребезжал свет, мужчине открыли.
Мое тело исчезло по грудь.
Ядовитые щупальца ползли по стенам, в некоторых местах достигали крыш. Они пожирали город, меня…
Было холодно-холодно. Жутко. Я чувствовала липкое прикосновение к коже, готовилась к неизбежному, но точно знала, что не сдамся. Не в моих правилах. Дождусь ослабления жайра и побегу к ближайшему дому. Это временные неприятности. Плоть разъест, да, но мистер Орт все поправит. Магия и целебные травы творят чудеса…
Я подбадривала себя, не оставляла надежд. Еще немного, оцепенение вот-вот спадет. Нельзя сомневаться, нельзя!
Ставни дома на втором этаже распахнулись. Я увидела в окне два мужских силуэта, улыбнулась.
- Я выберусь, Роуэн, - хрипло прошептала и затаила дыхание.
Туман дернулся, на миг отступил и поглотил меня с головой, скрыв в своих недрах.
Липко. Холодно в груди. Ничего не видно.
Тяжесть нарастала. Мои потуги совладать с собственным телом не приносили результатов. Я чувствовала прикосновение к коже, ждала приближающейся агонии. Казалось, Барион ошибся. Наверное, трава лишила меня одного из органов чувств, а потому не было боли, хотя туман уже пробрался в легкие, заменил кислород, побежал с кровью по венам.
Впереди мелькнул черный силуэт. Я вспомнила свои кошмары, пошатнулась. Поняв, что двинулась, приложила больше усилий и подняла руки. Вот только не успела прикоснуться ладонями к лицу, как оказалась в чужих объятьях.
Не видно. Кто это?
- Роуэн?
Мой голос утонул в тумане. Я потянулась к своему спасителю и едва не закричала, нащупав нечто теплое и липкое.
Его шатало. Я чувствовала исходящую от мужчины дрожь, словно само существование ему давалось непросто. Присмотревшись, увидела покрытую зеленью щеку, вздувшуюся, будто поврежденную кислотой.
- Роуэн…
Он подхватил меня на руки. Быстрым шагом понес, безрезультатно подавляя стон, вот только с каждой секундой двигался все тяжелее, словно превозмогал боль, действовал на чистом упрямстве и отдавал последние силы.
Мы упали. Я покатилась по мостовой. Приподнялась, поползла обратно и нащупала в непроглядной серости чужую ладонь. Взвизгнув от ощущения, будто она растворялась от одного прикосновения, отыскала лицо и наклонилась.
Не видно. Тяжело… Грудь давило, я с трудом дышала. Старалась не обращать на свои ощущения внимания, однако уже не могла терпеть. Сжала мамин медальон и, поразившись обжигающему холоду, сорвала его.
Туман резко расступился. Я охнула от увиденного.
- Нет! Роуэн, зачем ты пошел за мной?
Он лежал без чувств. Кожа была покрыта зеленовато-бордовой коркой, словно запеклась под воздействием обжигающей кислоты. Виднелись оголенные мышцы. Руки были сожжены почти до кости.
- Роуэн, - пискнула я от ужаса и опасливо дотронулась до него, надеясь привести в чувства. - Пожалуйста, посмотри на меня. Слышишь, сейчас же посмотри. Прошу, Роуэн, - глотая слезы, шептала я. - Все закончилось. Тумана уже нет. Мы позовем кого-нибудь на помощь, и все наладится.
- Тори, - тихо-тихо простонал он, не открывая глаз, и выдохнул, будто это было его последнее слово: - Уходи…
- С ума сошел? - не на шутку испугалась я. - Нет, Роуэн! Не оставляй меня, пожалуйста. Сейчас, я тебя подниму… Тумана нет, - сказала и лишь потом осознала.
Он обступил нас двухметровой стеной, оставил в покое на крохотном клочке брусчатки. Я махнула рукой, задев его пальцем и вздрогнула, едва серая дымка проникла мне под кожу.
- Уходи, - сквозь сцепленные зубы выдавил Роуэн,