— Не имеет, — наг взял ладонь любовницы и поцеловал ее.
— Раз мы заговорили о кевали, я хотела с тобой кое-что обсудить.
Как и любого мужчину, Хашрана эти слова заставили напрячься. Змей сузил глаза, сжал челюсти, кивнул.
— Я нашла ритуал.
— Какой ритуал?
— Как стать твоей кевали.
— Что?!
— Я нашла способ стать твоей кевали.
— Правда?
— Да, — она закивала и положила руки на стол. — Но... Это будет сложно.
— Сложно?
— Если к этому времени она встретит кого-то из своих мужей... Все должны будут согласиться на обряд.
Ссеша преданно заглянула в глаза Хашрана. Он не смог понять, о чем она в этот момент думала, или что чувствовала, но за ее слова он схватился как утопающий за соломинку. Это был его шанс избавиться от землянки и остаться с той, которая была его достойна.
Глава 32.
Наира
В следующие несколько дней жизнь начала приходить в спокойное русло. У меня даже появилась приятная рутина. Тихая, спокойная, уютная. Мне не нужно было вставать с рассветом, убирать весь дом, готовить завтраки, выслушивать упрёки. Теперь я могла заняться собой. И это оказалось удивительно приятно.
С утра я делала гимнастику, приводила себя в порядок, завтракала и садилась за обучение. Это было не обязательно, как говорил Ханторас, но я хотела как можно скорее узнать новый мир и адаптироваться в нем. Через пару дней я уже неплохо разбиралась в местной кухне, моде, этикете, бытовых мелочах и бюрократии, которая касалась моего статуса. После обеда я гуляла в саду, и снова садилась за учёбу. Только в этот раз я искала не бытовые знания, а профессии. Что-то, чем я бы могла овладеть если не быстро, то хотя бы в обозримом будущем. Ханторас пока казался надёжным, преданным, даже любящим. Но я боялась ещё раз попасть в ловушку прошлой жизни и остаться беспомощной в новом мире.
Что касалось самого губернатора, то все свободное время он проводил вместе со мной: отвечал на вопросы, рассказывал о себе, о планете, о местных нравах и традициях. О моей жизни он тактично не спрашивал. То ли потому, что и так все видел в моих воспоминаниях, то ли потому, что чувствовал, что тема эта для меня была не самой приятной, а к полноценной рефлексии я еще не была готова. Как бы то ни было, я была благодарна Ханторасу за тактичность.
Чаще всего он приходил перед ужином. И это были самые теплые, самые трепетные вечера в моей жизни. Одним таким вечером, доедая суп из местного аналога моллюсков, я вдруг поняла, что счастлива. По-настоящему счастлива. Я всегда верила в то, что для того, чтобы заслужить счастье нужно долго и упорно работать, стараться, жертвовать. Но все это оказалось заблуждением. Сейчас я не старалась, ничем не жертвовала, просто жила рядом с Ханторасом, и была счастлива.
— Ты очень изменилась, — сказал однажды Ханторас, когда мы гуляли по парку.
— Это плохо?
— Нет, — усмехнулся змей и поцеловал мою ладонь. — Ты как будто расцвела.
Я действительно быстро изменилась. Исчезли синяки под глазами, перестали торчать ключицы, и фигура стала женственней. А еще, я как будто сияла изнутри. Я чувствовала себя по-настоящему красивой. Красивой, и любимой.
Мы шли по декоративному лабиринту, в сторону небольшой галереи. Лабиринт был огромным, но каждый коридор так или иначе, вел или в центр конструкции, где была организована выставка «Огненных скульптур». Огненных, потому что их делали из недр необитаемых горячих планет. И достать этот материал могли только драконы, которые не только легко переносили экстремально высокие температуры, но и имели соответствующие технологии для добычи. Правда, я не была уверена, что у тех же нагов этих технологий не было. Просто Вешненату это было не интересно.
— Тебе нравится? — спросил Ханторас, когда ты мы подошли к первой скульптуре.
Это был красивый дракон с красной чешуёй и зелеными глазами. Правда, не такой дракон, как мы привыкли видеть в фильмах или иллюстрациях на страницах книг. У него было четыре гладких крыла, длинная шея и вытянутая морда.
— Необычно.
— Это работа принца Рагадана.
— У принца талант.
— И паршивый характер.
— Вы знакомы?
— Да, — шай взял меня за руку и повел к фигуре длинноволосой женщины. — Это тоже работа принца. Мать прародительница.
— Я думала, она богиня нагов? Разве не так?
— Не совсем. У Поющей девы было два мужа. Сигурд был нагом, Гарад — драконом. Поэтому Прародительница для драконов тоже почитаема.
— Получается‚ драконы и наги родственники?
— Очень дальние родственники, — усмехнулся Ханторас, и посмотрел мне в глаза.
По телу пробежала мелкая дрожь. Губы сами растянулись в застенчивой улыбке, всё внутри сжалось то ли от радости, то ли от предвкушения чего-то важного.
— Ты очень красивая.
Пальцы нага подцепили прядь волос, и убрали с лица. Каждое его движение, каждый взгляд, были пропитаны удивительной нежностью. Я просто не верила, что со мной может такое происходить наяву, а не во сне.
— Спасибо.
— И я виноват перед тобой.
— Ты не можешь быть виноватым. Ты меня спас. И ты обо мне заботишься.
— Я плохо о тебе забочусь, — он сделал шаг, и встал так близко, что я услышала биение змеиного сердца. — Мы до сих пор не купили тебе все необходимое. Даже мои помощники заметили, что я на тебе экономлю.
— У меня есть все, что нужно. А у тебя много работы. Есть какие-то новости после нападения?
Новостей не было. Или Ханторас не хотел мне о них рассказывать. Я точно знала, что атака была спланированной, чтобы запугать нового губернатора. Ханторас обмолвился, что это было связано с Мёртвым Городом, где меня нашли. Но в подробности не вдавался.
— Завтра у меня не будет встреч днём. И мы можем слетать в город. Обновим твой гардероб, купим украшения, погуляем. Хочешь?
После его слов я забыла и о нападении на резиденцию губернатора, и о Мёртвом Городе. Прогулка по новой планете вызвала такой восторг, что я не