Донцы на Северном фронте перешли в наступление и захватили бронепоезд, 6 орудий и 10 пулеметов. Выздоровление армии как будто начинается. Во всех станицах и городах начали усиленно вылавливать бежавших с фронта казаков. Вечером прошел слух, будто бы три полка Донцов опять перешли на сторону большевиков. Это уже совсем черт знает что такое, если эта измена имеет место.
15.02.1919. Объявили призыв студентов рождения 1899 г. и старше. Давно уже пора принять им участие в этой войне, потому что почти никто не занимается, а только слоняются без дела и спекулируют. Измельчал народ и теперь все, оставшиеся в высших учебных заведениях студенты представляют собой сплошных шкурников, от которых ничего хорошего не дождешься, а потому церемониться с ними совершенно не следует. Донской атаман кончает свой приказ такими словами: «Уверен, что все призываемые студенты вполне понимают свой высокий долг и честно отнесутся к исполнению его. Уклоняющихся, думаю, не будет, но если таковые окажутся, пусть знают, что они понесут строгую кару по законам военного времени».
Радио из Лондона сообщает, что генерал Юденич формирует в Финляндии Добровольческую армию для борьбы с большевиками. В Одессе по лестнице Ришелье поднималось 6 танков. Поднимались они самостоятельно, без всяких приспособлений (в лестнице более 100 ступеней), цепляясь за ступени своей непрерывной цепью, идущей по поверхности танка, ни на минуту не замедляя темпа. Зрелище было настолько поразительно, настолько фантастично, что публика, наблюдающая за танками, не выдержала, и с криком ужаса все бросились в стороны. Танки же вскарабкались и, как черепахи, расползлись по шумным улицам Одессы. Всего танков в Одессе около 100.
16.02.1919. Радио из Лондона сообщает о смерти Брусилова, который якобы казнен по приказанию советской власти. Князь Кропоткин был арестован красногвардейцами по обвинению в участии в английском заговоре против советской власти и заключен в тюрьму, где его и убили. Нынешние коммунисты не дали даже снисхождения старому анархисту. По приказу Троцкого генерал Сытин назначен верховным главнокомандующим Красной армии. Одни говорят, что это брат судимого в Екатеринодаре генерала, а другие утверждают, что это тот же самый разжалованный рядовой Сытин, перебежавший в бою к большевикам.
Предпринятая генералом Юденичем экспедиция на помощь Риге и Либаве сопровождается большими успехами: записалось значительное число шведских офицеров.
Вечером Андрей собрался и уехал в Ростов по казенным делам. Я сильно возмущался этой поездкой, так как, по-моему, особой необходимости ехать ему не было и, кроме того, собираться без него выступать и возиться со всеми вещами одному не особенно-то приятно, а выступить отсюда на позицию мы можем на этих днях. В настоящее время я остаюсь за командира 4-го орудия, так что кроме забот о личных вещах у меня будет достаточно хлопот. По случаю Масленицы сыграли в преферанс по полкопейки, который окончился для меня выигрышем в 130 рублей.
17.02.1919. Наступила хорошая, ясная погода с некоторым морозом, при достаточно противном ветре. Хорошо то, что нет той грязи, в которую буквально погружался по колено при ходьбе на улицах поселка, а в поле, говорят, совсем можно утонуть. Снег уже совсем сошел, так что в этом году мне так и не пришлось видеть нашу настоящую снежную зиму. Тот снег, который держался здесь некоторое время, нельзя назвать настоящим «нашим снегом». Этими днями я решил основательно заняться нашими артиллерийскими науками. Последнее время я стал очень рассеян, благодаря чему очень многое ускользает от моего внимания и не очень долго задерживается в памяти. Той тренировки, которая была у меня в институте конечно, далеко не хватает. С громадным удовольствием засел бы я теперь за изучение какого-либо серьезного предмета, хотя на первых порах это показалось бы не совсем легким.
На станции Велико-Анадоль и Волноваха прорвалась банда советских войск, захватила там пассажирский поезд и перестреляла всех бывших в вагонах офицеров, которые сначала отстреливались, а потом были схвачены. Всего погибли, как говорят, 1 генерал, 4 штабных офицера и 17 обер-офицеров. Весьма печальный случай, если на железной дороге в тылу совершаются такие мерзкие нападения. Возможно, что с нашей стороны здесь была некоторая халатность, которая, в связи с тем что там не было сплошного фронта, и породила такой случай.
18.02.1919. Утром устраивалась проездка нашего взвода в поле. Я ездил за командира 4-го орудия. Все слегка сбивались, так что после обеда полковник Шеин устроил конное ученье на спичках с немыми командами для командиров орудий и ящичных вожатых. В связи с приездом студентов в Ростове было устроено общее собрание воспитанников высших учебных заведений, которое выработало тексты ходатайства перед Войсковым Кругом и Донским Атаманом. Как видно, студенты совсем не хотят воевать и начинают говорить о каких-то культурных силах. Прямо возмутительно; это, верно, всё работают евреи, процент которых в ростовских учебных заведениях очень велик. Между прочим, они говорят в этом ходатайстве так: «Вследствие своей слабой подготовленности студенчество, как физическая воинская сила представляет гораздо меньшую ценность, чем как сила культурная; собрание полагает, что максимум пользы для армии студенчество могло бы принести в тех отраслях обслуживания нужд фронта, которые требуют применения преимущественно культурных сил». В другом месте они говорят о «громадном значении многих уцелевших в России от большевицкого разгрома высших учебных заведений, как питомников молодых культурных сил, которым предстоит строить будущее России». Сначала нужно получить Россию, а потом уже отстраивать ее. Пусть они помогут справиться пока с первой задачей. В заключение они говорят, что если они всё же необходимы как бойцы, то они просят формировать из студентов отдельную часть с младшим командным составом из студентов-офицеров. Если бы мне пришлось попасть когда-либо в такую часть, которой, конечно, никогда не будет, то я показал бы этим спекулянтам-студентам всю разницу между ними и студентом-офицером.
19.02.1919. Утром приехал Андрей с Колей Судзиловским. Тот хотел перевестись к нам в батарею, но это не устраивается, и он собирается перебраться теперь в офицерский полк из своей Астраханской армии. В Ростове Андрей заходил к Анастасии Константиновне. Она ему говорила, что наши всю ценную обстановку взяли с собой, а книги и остальное оставили у Сазоновых. Михаил Голынский с женой выехал из Могилева, а остальные Голынские остались. От испанки умерла Валя Щербинская; такая здоровая была на вид дама, и вдруг такая история. Как-то не верится даже. Ездил на станцию Кутейниково за вещами, собранными для нашей батареи Курьяновым, к которому я ездил с воззванием в январе. Я думал уже, что мы ничего от него не получим. В общем, в Иловайской нам повезло. Этими сборами собрано