В июне 1919 года в первом выпуске Henley Social Club Magazine, журнала, выпускавшегося фирмой «Хенли» для сотрудников, был опубликован короткий рассказ Хича «Газ». Название становится понятным лишь из последней строки. В этом небольшом тексте уже прослеживаются основные мотивы позднейшего творчества Хичкока, в том числе мотив без вины виноватого человека. По парижскому кварталу Монмартр несется женщина, мучимая и подгоняемая кафкианской «внутренней угрозой»; она сама не знает толком, почему ей так страшно. Ее влечет куда-то, «где неосторожному грозит беда». Рассказ кончается словами: «Вот и все, мадам, – сказал зубной врач, – с вас полкроны». Все это было галлюцинацией. Или, как сам Хичкок будет называть свои позднейшие работы, сном наяву.
Публикация в заводском журнале подписана ХИЧ, заглавными буквами. Уже в эти ранние годы он предпочитал называть себя так – потому что в детстве его часто называли «Коки» (cocky – англ.), и это всегда приводило его в ярость. Всю жизнь у него были непростые отношения с двумя слогами, составляющими его имя. «Хич» (hitch – англ.) в качестве существительного означает крюк или узел, а одно из значений глагола – «ездить автостопом». «Коки» (cocky) как прилагательное значит «дерзкий, самоуверенный», а «кок» (cock) – петух и также грубое название мужского полового члена.
Позже Хичкок нередко говорил новым сотрудникам, в особенности актерам-мужчинам, не уверенным, как обращаться к нему на съемках: «Just call me Hitch – leave the Cock away!» («Зовите меня просто Хич, без всякого Кока»). Одна из его двусмысленных шуточек, но не без доли истины, учитывая его почти пожизненное сексуальное воздержание.
Весной 1920 года Хич прочел в одном из специализированных журналов, что американская кинокомпания Famous Players Lasky – будущая знаменитая студия Paramount (Paramount Pictures Corporation) – открывает представительство в лондонском районе Ислингтон. Он явился туда с образцами своих рисунков и тут же получил заказ на эскиз титров для фильма. Поначалу он еще совмещал эту работу со своей прежней деятельностью у «Хенли», тем более что Ислингтонская студия была расположена недалеко от конторы в лондонском Сити. Но очень скоро компания Famous Players Lasky предложила ему перейти к ним на полную ставку. «Так что моя карьера в кино началась с того, что я стал автором и оформителем титров для немых картин. Платили мне гроши, но я этого не понимал и был совершенно счастлив».
Так Альфред Хичкок связал свою жизнь с кино. Ему было тогда 20 лет. Сам кинематограф – первые кинопоказы устроили братья Луи и Огюст Люмьер в 1895 году в Лионе и Париже – совсем чуть-чуть, всего на четыре года, был старше его самого.
Хич, как всегда застенчивый и робкий, на новой работе не особенно бросался в глаза сослуживцам. Зато его фантазия и богатство идей сразу привлекли внимание работодателей. Время от времени к нему обращались с заданиями, не входившими в его прямой, узкий и незначительный круг обязанностей. Хич с энтузиазмом брался за все, что ему предлагали, он хотел всему научиться, внести максимальный вклад. В ближайшие два года он стал своего рода палочкой-выручалочкой на студии: рисовал титры, делал эскизы декораций, занимался реквизитом, писал наброски сценариев, участвовал в отборе претендентов на роли. Это было настоящее обучение на опыте: новый сотрудник всему учился самостоятельно и все схватывал на лету. Похоже, думали на студии, этот юный Хич – очень способный человек и отлично справляется со всем, за что ни возьмется.
* * *
Когда он впервые увидел в Ислингтонской студии ее, он был еще новичком. Она работала тут уже давно, была несравненно опытнее. Он сразу обратил на нее внимание и вскоре узнал, что она специалист по монтажу, занимается нарезкой и подгонкой кадров. Она была маленького роста, с темно-рыжими кудрями, в больших очках – и лучилась оптимизмом, энергией и умом. Ему казалось, что она пугающе уверена в себе. На тот момент он лучше откусил бы себе язык, чем заговорил с ней. Это было немыслимо. Обоим было на тот момент всего по 22 года, оба были свободны и не имели ни малейшего опыта отношений с противоположным полом. Их встреча осталась – так это выглядело тогда – без последствий.
Участвуя в работе над двумя фильмами американского режиссера Джорджа Фицмориса, Хич научился очень многому. Фицморис наглядно продемонстрировал ему, как может вести себя режиссер на съемках: всегда сохранять полнейший контроль, не допускать хаоса даже в мелочах, всегда быть готовым к любому повороту событий и спокойно, сохраняя дистанцию, общаться со съемочной группой. Впоследствии это станет фирменным стилем Хича на съемочной площадке. Возможно, фильмы, снятые тогда компанией Famous Players Lasky – ни один из них не сохранился – не были шедеврами. Но молодой Хичкок научился здесь важнейшим вещам, например раскадровке, которую он практиковал всю жизнь; много дала ему и работа с Дональдом Криспом, который начинал помощником режиссера у легендарного Д. У. Гриффита.
Весной 1923 года Хичу впервые поручили самостоятельную режиссуру. До этого он поставил фильм «Всегда рассказывай жене» (Always tell your wife) в соавторстве с Сеймуром Хиксом. Проект Хичкока назывался то «Миссис Пибоди», то «Номер тринадцать». Отсняты были всего две катушки пленки, фильм остался незавершенным из-за того, что компания Famous Players Lasky как раз в этот момент обанкротилась и прекратила работу, выпустив общим числом 11 фильмов. «Мы приступили к работе, но фильм так и не был закончен. Закончились деньги – и, может быть, это было к лучшему. Это спасло нас от позора, а то бы эта халтура так и преследовала нас всю жизнь».
Ни один из фильмов Famous Players Lasky не стал ни коммерческим, ни художественным успехом. Поэтому в 1923 году кинокомпания продала свою лондонскую студию в Ислингтоне и вернулась на родину, в Голливуд.
Однако Ислингтонская студия не закрылась. Она перешла под управление Майкла Бэлкона, Виктора Сэвилла и Джона Фридмана. С лета 1923 года Хич работал здесь ассистентом с самым успешным английским режиссером того времени – Грэмом Каттсом. В фильме «Женщина – женщине» (Woman to woman) Хичкок был также соавтором сценария.
Однако на новой студии были заполнены еще не все вакансии. Например, им был нужен монтажер. Наконец-то настал момент, когда положение позволило Хичу взяться за телефон и набрать ее номер. На том конце сняли трубку. Хич спросил: «Мисс Ревиль?».
«Во время работы над этим фильмом я познакомился со своей женой».
Вместе
1924–1938
«После каждого кадра я оборачивался к своей невесте