Альма и Хич в тяжелой зимней одежде стоят на фоне неприветливого зимнего пейзажа. На заднем плане – альпийские вершины и ледники. На некоторых фотографиях Альма, которая снова отвечала за монтаж и рабочий сценарий, сидит на низком табурете, закутанная в белый шарф, в белой шерстяной шапке; она держит сценарий руками в перчатках, на носу – очки в роговой оправе; смотрит она туда же, куда и все остальные на этой фотографии – видимо, на снимаемую сцену. Рядом с Альмой – камера, за которой стоит оператор Гаэтано ди Вентимилья, итальянец, к тому же знатного рода, работавший уже в «Саде наслаждений», а за его спиной – Хич и исполнитель главной роли Малькольм Кин, играющий отшельника Джона Фултона по прозвищу Страх Божий.
Среди редких фотографий этих съемок конца 1925 года есть одна, где Альма и Хич – оба в пальто, шляпах и с тростью – сидят вместе с актером Малькольмом Кином на узкой горной тропе перед стоящей телегой. Позади угадываются лес и дол. У актера Кина была в этой истории особая миссия личного, приватного характера, имевшая прямое отношение к Хичу и Альме. Хичкок вспоминал: «И вот я вернулся в Мюнхен за своей съемочной группой. В нее входил Малькольм Кин. Для меня он был самым важным ее членом: он привез мне помолвочное кольцо! Нита еще не приехала, так что мы пока выехали на натурные съемки».
И вот наконец в Мюнхен прибывает исполнительница главной женской роли, нью-йоркская звезда Нита Нальди. Она снималась у Сесила Демилля в «Десяти заповедях» (The ten commandments, 1923), а также в фильме Фреда Нибло «Кровь и песок» (Blood and Sand, 1922) в паре с Рудольфом Валентино. «Нита с полной отдачей работала над образом, который принес ей славу, но с еще большей, несравненно большей отдачей она боролась за платья, в которых ей хотелось выступать в этой роли. К счастью, меня все это не касалось: этим занималась Альма, – вспоминал Хич. – Но даже Альма, которая бегала с ней по магазинам и уговаривала купить ситцевый, а не шелковый передник, льняное, а не атласное платье, чуть не упала в обморок, когда увидела в примерочной Нитино нижнее белье. Была зима, в Мюнхене был собачий холод. Но под юбкой у Ниты не было ничего, кроме трусиков, до того крошечных, что это, пожалуй, и сегодня еще могло бы шокировать».
Сюжет «Горного орла» странен, чтобы не сказать абсурден: «Владелец магазина преследует своей любовью школьную учительницу, она спасается от него в горы и живет там под защитой отшельника, за которого потом выходит замуж. Я правильно пересказываю?» – недоуменно спрашивает в большом интервью с Хичкоком французский режиссер Новой волны и автор журнала Cahiers du cinéma Франсуа Трюффо. Ответ Хичкока: «Увы, да». С однозначным комментарием: «Это был очень плохой фильм».
«Горного орла» ждала та же судьба, что и предшествующий фильм: картина не вышла на экраны сразу; продюсеры не были уверены в успехе, и готовая лента пока легла на полку. Лишь через год после завершения, осенью 1926 года, ее показали в нескольких кинотеатрах и представили на пресс-показах и кинофестивалях. У критики фильм вызывал смешанные чувства, далекие от энтузиазма. Так, Kinematograph Weekly писал в октябре 1926 года: «История тягомотная и не слишком убедительная. Это отчасти компенсируется добротной, хоть и несколько медлительной режиссурой и блестящей актерской игрой». А The Bioscope комментировал: «Режиссеру Альфреду Хичкоку очень не повезло со сценарием. Его искусная, местами блестящая режиссерская работа не может вдохнуть жизнь в далекий от реальности сюжет». Альма и Хич и сами это сознавали: «Мои родители не сомневались, что ловить тут нечего, – рассказывает Пат Хичкок. – Их предчувствия оправдались: фильм провалился в прокате».
На сегодня «Горный орел» утрачен, его не могут найти уже несколько десятилетий. Британский институт кино (British Film Institute, BFI) назвал его одной из самых разыскиваемых в мире картин в истории кинематографа. Она неизменно стоит первым номером в этом перечне 57 «особо разыскиваемых». Как могло получиться, что от второго фильма Хичкока не сохранилось ни единой копии, остается большой, до сих пор непроясненной загадкой истории кинематографа. Можно предположить, что с самого начала было сделано очень небольшое количество копий – только для пресс-показов и фестивалей в Англии и Германии, и, вероятно, еще несколько для эпизодического и недолгого проката в 1927 году.
В результате фильм, ради которого Альма и Хич провели так много времени в Мюнхене и Тироле и пережили столько приключений, стал кинематографическим раритетом. И по сей день сотрудники кинофондов, киноведы и другие специалисты разыскивают по всему миру хоть одну целлулоидную копию «Горного орла» Хичкока, которая должна ведь дожидаться в каком-то, лишь по несчастной случайности еще не обнаруженном месте, чтобы ее нашли и приобщили к культурной сокровищнице человечества.
К концу года Альма и Хич, завершив работу над фильмом, вернулись в Англию. Новый 1926 год ознаменуется для них двумя важнейшими событиями – фильмом, который сам Хичкок впоследствии назовет «первым по-настоящему хичкоковским»» и свадьбой. Их свадьбой.
* * *
«Альма любила повторять, – рассказывает Пат Хичкок что в „Жильце“ Хич наконец сделал все, чего ему давно уже хотелось». И продолжает: «“Жилец“ был первым фильмом, который Хич и Альма самостоятельно сняли в Англии».
Поначалу казалось, что новый фильм Хичкока будет наконец сниматься в идеальных условиях и сразу выйдет на английские экраны. Но и на этот раз все оказалось не так просто.
«Жилец» – первый фильм Хичкока, сюжет которого он выбрал сам, а не следуя предложению продюсера, или, хуже того, готовому сценарию, который от него требовалось только перенести на экран. «Жилец» – первое свободное воплощение его творческой воли. Литературной основой послужил одноименный роман писательницы Мари Беллок Лаундз, опубликованный в 1913 году. Роман был написан по мотивам реальных событий – серии жестоких убийств, начавшихся в трущобах Ист-Энда в 1888 году; так никогда и не пойманный преступник, получивший прозвище Джек-потрошитель, долгое время держал в страхе весь Лондон.
В свое время Хичкок побывал в театре на пьесе «Кто он?» (Who Is He?) по мотивам того же бестселлера Беллок Лаундз. Спектакль произвел на него неизгладимое впечатление. Хичкок принял решение: он сделает из этого сюжета свой