– Ну а Эвелина Крылова?
– Дамочка из музея? Однажды она увидела его на какой-то презентации и узнала. Она ведь долгое время дружила с Константином Перелозовым и часто видела его пасынка, когда он в детстве приходил в музей. Пришлось ее быстро убрать, чтобы не успела разболтать остальным. Максим подкараулил ее в подвале музея, а тело спрятал в ящике, чтобы позже вывезти на ближайшую строительную площадку. Но была и другая причина. Владимир был от нее без ума! Максим знал, что рано или поздно отец пригласит Эвелину на свидание. Это был неплохой способ подобраться к Решетникову поближе. Поэтому, прикончив девку, он начал принимать ее облик, даже в музее появлялся под ее личиной, и никто не заподозрил подмены. Это помогало Максиму держаться поближе к Владимиру и быть в курсе его дел. Мой мальчик ожидал подходящего случая, чтобы разобраться с этим старым мерзавцем! И у него была вся информация о студентах, ведь Эвелина курировала их практику. Адреса, телефоны, записи о родителях. Когда детишки начали совать нос в его дела, он постарался быть к ним поближе и знал обо всем, что они планировали.
– А вы покрывали убийцу. Он ведь даже жил в квартире вашей матери.
– Вы и там уже побывали?
– И нашли много его вещей, а также газетные вырезки с фотографиями всех будущих жертв. Он неплохо устроился, и все благодаря вам!
– Я ни о чем не жалею, – с вызовом бросила экономка. – Зло должно быть наказано.
– Другим злом? Ведь он убивал людей, а вы стали его пособницей!
– Я любила его. Больше у меня никого нет. А ведь мы могли быть так счастливы с деньгами Решетниковых…
– Как же он намеревался заявить о себе?
– Истребил бы их всех, выждал полгода… Именно столько нужно по законодательству. А потом появился бы и заявил права на наследство. Сделал бы тест ДНК…
– И стал бы первым подозреваемым во всех их смертях.
– Но никто не смог бы ничего доказать! Убийца – жуткий тип в маске, настоящий маньяк. А Максим, по нашей легенде, ничего не знал о происходящем. Он мог бы разыграть амнезию или подкупить знакомых, чтобы они подтвердили его алиби. Максим был блогером. Он мог вести блог в любой точке земного шара! Но увы… Мой мальчик погиб… Все из-за этой проклятой Дашки. Надеюсь, когда-нибудь она за это ответит!
– Девушка и так уже настрадалась.
– Теперь она единственная наследница, – с ненавистью бросила Эмма. – Повезло же ей и ее мамаше! Дом, состояние, строительная компания… Бизнес, в котором обе ничего не смыслят!
– Думаю, и без вас как-нибудь разберутся. Вас теперь не это должно беспокоить. – Андрей выключил диктофон и сделал охраннику знак увести арестованную в камеру.
Глава 52
Особенные артефакты
Роман Кукушкин встал на ноги несколько дней спустя, но передвигался пока только с помощью костылей. Наталью выписали чуть раньше, и она посещала его в те часы, когда Егор был занят. Несмотря ни на что, ребятам нужно было закончить практику в Историческом музее.
Алина тоже была на костылях. Она рвалась на практику с загипсованной ногой, но преподаватели кафедры археологии вошли в ее положение. Практику для девушки посчитали пройденной, а все необходимые зачеты Алине разрешили сдать позже, когда она сможет ходить без помощи костылей.
Отношения Романа и Натальи становились все теплее. Даша и Егор не возражали. Хорошо, что два одиноких сердца оказались вместе, хотя и соединились при таких жутких обстоятельствах. После выписки Романа из больницы они практически все время проводили вдвоем. Со стороны забавно было наблюдать, как Наталья с загипсованной левой рукой медленно прогуливается по парку с Романом, опирающимся на трость. Оба шли на поправку, это было лишь вопросом времени.
Даша осталась единственной наследницей огромного состояния своего отца. В строительной компании был избран временный управляющий делами, потому что девушка пока ничего не смыслила в строительном бизнесе. Человек был очень толковый, заинтересованный в успехе фирмы, так что Даша и ее мать ему всецело доверяли.
Лето все сильнее вступало в свои права. Роман и Наталья собирались в санаторий на побережье, чтобы поскорее поправить свое здоровье. Но сначала Наталье нужно было закончить дела, связанные с завершением следствия и вступлением дочери в права наследования.
Однажды утром в особняке, принадлежащем теперь Даше, появился Ипполит Германович Бестужев. Наталья приняла его в большой гостиной.
– Доброе утро, Наталья Станиславовна, – приветствовал ее Бестужев. – Возможно, вы меня не помните. Я имел некоторые дела с Владимиром. В частности, мы контактировали по поводу строительства и нашей общей страсти к коллекционированию старинных артефактов.
– Вы тоже связаны со строительным бизнесом?
– О нет. Компания Владимира строит по моему заказу большое поместье в Белогорах. Мы же с ним общались по поводу его внушительной коллекции. Вас наверняка уже одолели разные стервятники, желающие поживиться его собранием артефактов?
– Еще нет, – покачала головой Наталья. – Если честно, я об этой коллекции пока даже не думала.
– Что ж, значит, я буду первым, – усмехнулся Бестужев. – Какие у вас планы на это собрание?
– В любом случае решение будет принимать моя дочь, – ответила Наталья. – Но лично я считаю, что нам нужно избавиться от всей этой антикварной жути. Ящики заполонили весь подвал, там яблоку негде упасть. Возможно, эти артефакты представляют для кого-то ценность, но только не для нас.
– Рад это слышать. Я хотел бы приобрести некоторые вещи и буду рад, если вы позволите мне это сделать. Знаю, в собрании Решетниковых есть очень интересные вещицы, а лишние деньги вам никогда не помешают. Обещаю дать хорошую цену.
– Ну раз вы так этого хотите, думаю, мы с вами договоримся.
– В числе прочего я хочу купить и венец Марголеаны. Вам ведь его уже вернули?
– Да, следствие почти закончено, и он снова здесь. От этой ужасной вещи я избавлюсь с особенным удовольствием. Но… Вам ведь известна его история?