От чудовищного расхода энергии сознание поплыло, а сам я чуть было не отключился.
Нага тем временем обогнула ледяную глыбу и, оценив моё состояние, взмахнула всеми четырьмя клинками:
— С-с-слабак…
Я не стал дожидаться, когда она приблизится на расстояние удара, и активировал мухобойку. Шарики, как разрывные пули, влетели в голову нехорошей змеюки. Первые пара штук снесла её защиту, а остальные разнесли череп.
Убедившись, что победил, я ослабил контроль воли, и сознание провалилось в небытиё.
* * *
Очнулся я в знакомом кресле, всё в той же клетке. На столике ждал комплексный обед: наваристая солянка, пюре с отварной курицей и взвар из трав необычного вкуса. Проверил Источник — он был полон.
К концу трапезы появился гроссмейстер. Усевшись напротив, достал из воздуха бокал вина и задумчиво спросил:
— С какой стати курирующий тебя игрок делает ставки против тебя?
Выходит, Люций поставил против меня? Вот он… нехороший тип.
— Не знаю, — буркнул я. — Мне он не докладывает.
Гроссмейстер, отследив мою реакцию, утвердительно заключил:
— Значит, сговора нет.
Допив вино, произнёс:
— Завтра полуфинал. Постарайся меня не разочаровать.
После чего исчез, словно его и не было. Примерно через час после его ухода к клетке подошли Краух и Амагук. Я их почему-то не слышал, но зато отлично видел.
Глядя на их гримасы, мне сразу же вспомнилось посещение зоопарка: школьники корчили рожицы рыжему примату за стеклом. Обезьяна снисходительно наблюдала, и в её глазах читалась одна-единственная мысль:
«Хорошо, что стекло защищает от этих ненормальных».
Сама собой вспомнилась интересная мудра, которую Алёна показала татуированному качку.
Я сжал руку в кулак и демонстративно поднял средний палец.
Подействовало. Оба взбесились не на шутку.
Я же, усмехнувшись, улёгся на деревянный пол и провалился в сон.
В комнате, украшенной гирляндами экзотических цветов, сидели двое: Люций в образе старика-громовержца и синекожая девушка топлесс.
Засмотревшись на неё, я чуть было не пропустил начало разговора.
— Значит, говоришь, фигура в начале пути? — оскалилась синекожая. — Как там ты сказал? «Проблем не будет! Он даже ни одной мудры не знает!»
Она взмахнула рукой, и горло Люция обвила шёлковая удавка.
— Кали, остынь! — поморщился Люций, и электрические разряды испепелили удавку. — Я сам в шоке! Клянусь если бы гроссмейстер не изолировал его, я бы сам его прихлопнул!
— На жалость не дави, — скривилась девушка. — И как мы теперь будем решать вопрос с возникшей на моей территории Стелой?
— Не парься, — отмахнулся Люций. — Завтра у него бой с чучельником, у которого фамильяр — тысячелетний баньян.
— Так он же неповоротливый. И медленный. Ни в жизнь твоего живчика не догонит.
— А ему и не надо, — усмехнулся Люций. — Чучельник будет в сфере Абсолюта, и Медведев сам к нему придёт.
* * *
Проснулся я в отвратительном настроении. Ненавижу работать с иудами — скользкие и подлые типы.
Так, спокойно! Нельзя перед боем поддаваться эмоциям!
Чтобы успокоить разум, принял «алмазную позу» — встал на колени и опустился пятой точкой на пятки. Не прошло и минуты, как хаос мыслей покинул голову, а взамен сформировался примерный план действий.
Так и сидел до начала второго боя, раз за разом прокручивая в голове свой план.
В какой момент очнулся на огромном пне — сам не понял.
Воздух был влажный и тяжёлый, словно я находился в Индии. Вокруг ровными рядами росли гигантские деревья, напоминая… ухоженные джунгли. Радовало лишь отсутствие насекомых и прочей кусачей живности.
Из сна я помнил, что чучельник устроит засаду. Мелькнула было мысль призвать Потапыча, но я её тут же откинул. Мой фамильяр ещё слишком слаб.
Взвесив все «за» и «против», я осторожно двинулся вперед.
Джунгли были до невозможности ровными и аккуратными, но больше ничего странного я не замечал. До тех пор, пока не натолкнулся на сухостой. Дальше шла целая просека валежника, пройдя по которой, я увидел чучельника и тот самый бадьян.
Со стороны они смотрелись странно — в воздухе висел ствол с дуплом-пастью, вокруг — извилистые корни, которые словно вытягивают жизнь из ближайших деревьев, высушивая их.
А ветви, словно плети, отсекают сушняк и отправляют в пасть. Под стволом в полупрозрачном шаре сидел чучельник.
Вообще, картина «переработки леса» удручала. Подойти ближе, чем на пятьсот метров, не было возможности.
Я мысленно перебрал все сложные мудры, выученные под руководством Кузи, и не нашёл бреши в его обороне.
В сотый раз разглядывая висящий в полуметре над землёй пузырь с чучельником внутри, вспомнил шутку-фокус, о которой как-то рассказал Кузя.
Оказалось, он в своё время тоже сдавал экзамен на право самостоятельной работы. Был молод и горяч, вошёл в конфликт с комиссией. Ему дали задание: укрепить желток яйца, не повредив скорлупу. Он год бился над задачей, но рассчитал направление потоков и положение рук.
Получилось блестяще. Желток превращался в янтарь, а яйцо оставалось целым. Вот только не обошлось без нюансов. При вскрытии яйца янтарь взрывался осколками. Кузя что-то говорил про разность атмосфер, воздушные потоки и давление, но это было не так уж важно.
Факт оставался фактом — это был единственный вариант, который мог сработать.
Сев в позу медитации, я продумал план до мелочей. Всё, что мне было нужно, — выиграть время, чтобы добраться до сферы. Без Потапыча было не справится.
Призвав фамильяра, я кивнул на «дерево-паука».
— Потапыч, сумеешь отвлечь этого переросшего сорняка на тридцать секунд?
— Постараюсь, но без гарантий.
— Надо, дружище, надо. И, главное, — не смей умирать.
— Попробую, — проворчал он и, выслушав мой план, побежал на свою позицию.
Потапыч оббежал дерево и, заревев, набросился на него с противоположной стороны.
Услышав его рык, я тут же бросился вперёд, ускоряя себя всевозможными мудрами.
В голове будто включился таймер:
15…
14…
13…
8…
Оказавшись у чучельника, я сложил руки ковшом и, исполнив задуманное, тут же рванул назад. В спину мне донеслось:
— Ха-ха! Попробуй справься со сферой Абсолюта!
— Потапыч, назад! — крикнул я, сбивая дыхание.
3…
2…
1…
Удар в спину швырнул меня в полёт. Если бы не укреплённый костюм от Нарека, меня бы пронзила ветвь-копьё.
Бабам!
Взрывная волна закрутила меня в воздухе.
Кувыркаясь