— Что произойдет, если приложу ладонь я? — уточнил я, глядя, как спускается стеклянный стакан лифта.
— Вначале будет очень громко, — усмехнулась девушка. — Потом прибегут крепкие ребята, и будет очень больно.
— Какие принципы магии здесь задействованы?
— Никакой магии, только научные разработки. Миша, у меня с каждой минутой возникает всё больше и больше вопросов, — тело её напряглось, взгляд стал цепким и колючим. — После артефакта забвения твой интеллект и словарный запас должны были откатиться до уровня ребёнка. А ты вон какие вопросы задаёшь.
Она требовательно посмотрела мне в глаза.
Подошедший лифт призывно распахнул двери, но Алёна и не думала разрывать зрительного контакта. Я же, постаравшись убрать свои эмоции как можно глубже, молчал, ожидая, чем закончится эта игра в гляделки.
— Почему ты молчишь? — звенящим от напряжения голосом спросила Алёна.
— Нет ответа, — пожал плечами я.
Хмыкнув, она повернулась и вошла в лифт. Я последовал за ней.
— Ну что ж, будем разбираться, — тихо пробурчала Алёна. — Но позже.
Лифт медленно полз вверх. Я ощущал себя экзотической рыбкой в шаровидном аквариуме. Первый, второй, третий этажи… Мы поднимались мимо коридоров, в которых было полно народа, одетого в гражданскую одежду. Мой экзотический наряд был вне конкуренции.
Вышли мы на пятом этаже. Проходя по длинному пустому коридору, я обратил внимание, что возле каждой двери красовался идентификатор личности в виде выгравированных на стене ладоней.
— Так всё же, за счёт чего срабатывает распознавание? — снова поинтересовался у идущей чуть впереди Алёны.
— Это здание обслуживает закреплённый за нашей гильдией «паучок». Он хранит биометрию сотрудников и их допуск.
— А «паучок» — это кто или что? — Я продолжал надоедать ей вопросами.
— Потом расскажу, — буркнула Алёна, останавливаясь у нужной двери.
Пройдя идентификацию, она пропустила меня вперёд. Это был рабочий кабинет, по центру которого находился длинный стол с приставленными к нему стульями. С торца примыкал большой письменный стол, создавая композицию в виде буквы «Т».
Завершал рабочую зону семейный портрет. В центре стоял мужчина средних лет в сером костюме. Мантия из горностаевых хвостиков спадала с плеч. Правая рука лежала на спинке кресла, выполненного в стиле барокко
В кресле сидела девушка, преданно глядящая на мужчину. Ее плечи тоже прикрывала горностаевая мантия. Перед ними стояли малышки, видимо, их дети. Они пытались изобразить величественность и серьёзность. От этого их лица выглядели забавно.
Взгляд задержался на самой младшей. Время и мир замерли. С портрета на меня смотрела Надежда, словно списанная с детской фотографии из семейного архива.
Два дня. Всего два дня после нашей гибели. А кажется — без неё прошли века. Боль расставания и счастье, когда понял, что милая здесь, рядом, — только руку протяни…
Ну да, протяни руку за дочерью императора…
Повезёт, если только руку и оторвут. Да уж, знатно пошутил тот высоковольтный шарик с исполнением моего желания…
— Чего замер? — грубо вернула меня в реальность Алёна. — Увидел ту, ради которой потерял все свои способности? Скажи, Мишка, оно того стоило?
Не отрывая глаз от любимой, ни на секунду не задумываясь, я ответил:
— Стоило.
— Извини, ляпнула, не подумав, — буркнула Алёна. — Просто зло берет. Ты, можно сказать, спас их всех, а они кинули подачку в виде сохранения титула и этого старого портрета. Словно забыв, сколько раз твой род вставал на их защиту.
Я с трудом оторвал взгляд от любимого лица. Сделал пару глубоких вздохов. Значит, я спас наследницу правящей семьи. А они, выходит, отделались подачкой. Выглядит несправедливо. Да уж, новости, как в сказке, — чем дальше, тем веселее…
Собираясь выяснить массу деталей, я повернулся к Алёне.
Девушка в это время подошла к стене и хлопнула рукой по идентификатору. В стене появился проём.
— Жди здесь, — распорядилась Алёна и исчезла в соседнем помещении, не дав мне сказать и слова.
Я уселся на ближайший стул и приготовился к долгому ожиданию.
Итак, Надя здесь. Это хорошо. Она в императорской семье, значит, пока для меня недоступна. Это плохо. Что я могу с этим сделать?
Так, господин ректор. Отставить суету, действуем разумно. Чего мне сейчас не хватает? Правильно, информации. Ну, вот и задача на ближайшее время — собрать как можно больше информации.
О себе, об этом мире, о законах и порядках. А уже после начинать строить глобальные планы.
Не прошло и пяти минут, как Алёна вернулась в кабинет.
На ней вместо фиолетового комбинезона красовалась военная форма. Ярко-белая рубашка, двубортный приталенный пиджак оливкового цвета, брюки дудочкой. Костюм плотно облегал спортивную фигуру.
Тут же захотелось назвать её «Алёна Игоревна», встать по стойке «смирно» и отдать воинское приветствие.
— Ты помнишь, как пользоваться электронным поисковиком? — спросила девушка, положив на стол обычную на вид книгу.
Я раскрыл обложку, но вместо страниц увидел экран и клавиатуру. Примерно такая же вещица использовалась и в моём прошлом мире. Только без клавиатуры. У нас каждый маготехнический аппарат был завязан на хозяина и подчинялся мысленным командам.
— Примерно представляю. Но лучше покажи.
Алена набрала комбинацию букв и цифр в окошке пароля. На экране появился паучок в центре сети. Нажала клавишу «вход». Паучок пропал, а в верхней части экрана появилась надпись:
«Ваш вопрос».
— Дальше понятно, спасибо.
— У меня есть немного времени. Можешь задать самые насущные вопросы, — сказала Алёна, опускаясь на соседний стул.
— А тут есть где поесть? — с надеждой в голосе поинтересовался я.
Взгляд Алёны расфокусировался. Видно, её мозг пытался на пределе своих возможностей найти сакральный смысл в моём вопросе. Через пару секунд она уронила голову на сложенные на столе руки и зашлась в безудержном смехе.
— Тебе всё хиханьки-хаханьки. А я вторые сутки на голодном пайке, и это при очищенном-то организме! Ночной перекус не считается!
Мои сетования прервал перезвон колокольчиков. Алёна резко посерьёзнела и достала из внутреннего кармана пиджака плоский тонкий прямоугольник. Проведя по нему пальцем, поднесла к уху.
— Арзамасская слушает.
Пока она выслушивала собеседника, я предавался воспоминаниям из прошлой жизни.
Помню, как мы с Надюшей приобрели наши первые разговорники, дорогие до жути, на них ушла почти вся заначка, отложенная на отпуск. Сколько было смеха, когда я связался с ней из соседней комнаты и поинтересовался, кого она больше всех любит, кто самый