Посох слегка засветился. Когда я, по словам Яря, проштопала душу Красного, собрав из лоскутков цельное одеяло, посох изменился. Дед всё-таки был прав – полдня работы с родовым посохом среднему смотрителю по плечу. Видимо, после чужого вмешательства в нём что-то сломалось. А теперь вернулось в исходное состояние.
Я разожгла праховое пламя и посмотрела на посох:
– Во мне те же крупицы праха, что и в тебе. Я состою из того же, что и ты. И вчера я отдала очень много силы – и очень много своего праха. Во мне должно быть много места. Ищи.
Посох вспыхнул огнём и рассыпался прахом. Огненное облако нырнуло в мой огонь, по рукам прошла дрожь, и правое предплечье заломило, но буквально на минуту. Когда боль унялась, я погасила пламя, подтянула рукав куртки и провела пальцами по длинной красной припухлости под кожей на внутренней стороне руки. Точно большая и глубокая заноза – только родная и полезная.
– Выходи, – я снова разожгла праховый огонь.
Руку снова заломило, пламя разгорелось почти до вчерашних размеров, и из крупиц соткался посох. Снова вонзился в землю и засиял довольно. А в руке – ни боли, ни «занозы». Ни красноты на коже.
– А теперь давай договоримся, – я тщательно подбирала слова. – Ты прячешься – до тех пор, пока не минует опасность. А я призываю свой старый посох – среднего смотрителя. И работы, друг, сейчас много, и опасности. И ты не ревнуешь и не ищешь другие руки. Как только всё закончится, ты вернёшься. И дальше расти и развиваться я буду только рядом с тобой. Никаких других посохов-помощников. Обещаю.
Посох недовольно поискрил, пофырчал, выбросив в чёрное небо пару огненных облаков, но согласился. Снова спрятался под кожу… и заснул. Именно так я, прислушавшись к себе, поняла его состояние.
Хвала праху.
Я встала, вытянула руку, шепнула наговор, и из земли свился мой прежний посох – ярко-красный, лёгкий. И по росту, и по «размеру». И родовой его присутствию не возмутился.
Ну что, Саж, я своё дело сделала. Работайте.
Перед уходом я взобралась в «гнездо» и проверила знаки – и нервно поёжилась. Снова четверть силы исчезла – как тогда, когда всё начиналось. Хотя я обновляла знаки не так давно.
– Ярь, все спят? – я открыла «мост». Стараясь сильно не радоваться прежним возможностям, чтобы не растревожить и не обидеть родовой посох.
«Да, даже беспокойники», – свистнул он.
– Бдим, – я спустилась в святилище.
Наполнить знаки силой до краёв – и спать.
То есть читать. Страшные сказки – которые считаются сказками сейчас. А когда-то, до появления в храмах Небытия праховых кругов для неприкаянных, считались частью смотрительских обязанностей.
Глава 21
Весь следующий день мы исступлённо штопали прорехи в защите. Утром знаки в святилище опять опустели на четверть, Ярь просвистел всё, до чего дотянулся, и развёл крыльями – это не у нас, не на острове. Если кто-то и пробуждается, то на мелких островках и большой глубине, докуда Ярю не добраться. Мы снова решили наблюдать и занялись насущными делами.
Штопали. И не только. В шторма особенно страдала обитель мёртвых, а когда после ливневых бурь по затопленной земле плавают невостребованные кости, приятного мало. Часть обители успела закрыть мама, закончив с западной стеной, часть – Блёднар, прежде чем перебраться с восточной на северную. А с остальным снова помогли соседи. В отличие от меня, Ярь не гордый. Он понял, что мы не успеваем, и после обеда к нам заглянули ребята с Синего и Белого кладбищ – ставить защиту на обители и убирать последнюю попутную листву.
И в отличие от дальней родни с дальних же кладбищ, силд Златен, мой ближайший сосед, не подавал признаков жизни. Вообще казалось, что на Жёлтом всё вымерло. Со стены я слышала мощный шорох Чёрного кладбища – там все носились сломя голову, проверяя и укрепляя, – а на Жёлтом тишина. Поистине мёртвая и кладбищенская.
«Златояр тоже пропал, – озабоченно заметил Ярь, пролетая над южной стеной. – Рдяна, я за них волнуюсь».
– У совета смотрителей ещё есть время взять Жёлтое кладбище в свои руки, – отозвалась я встревоженно. – Если Златояр не отвечает хотя бы сутки – это повод вмешаться, а ключи от Жёлтого у силда Иссена как у нашего старшего есть. Не будут же они моего мнения и голоса ждать. Я дяде Диву давным-давно все полномочия передала. Значит, Златояр отвечает, но не тебе. Или сутки ещё не прошли. Не паникуй.
А мне вообще некогда о Жёлтом кладбище печалиться. У меня своих дел навалом. Постараться закончить с южной стеной, где прорех хватало, сегодня и сразу защитить её дополнительной противоштормовой. На тот случай, если мы не успеем закрыть кладбище целиком.
Ищейцы затаились. Утром я оставила обещанный справочник по святилищу на видном месте, и Ярь сообщил, что за завтраком Сажен прочитал книгу с огромным интересом. И, как ни странно, с аппетитом. Ищеец, наверное, на своей работе и не такое видел… но всё равно непонятные они люди. Мне вот малоприятные сны снились и есть с утра вообще не хотелось, хотя я всю жизнь на кладбище проработала, а этот…
Ладно, зато план появился.
«Очень шаткий, – беспокоился Ярь. – А если хозяйка тоже знает – как смотритель Небытия? А если предусмотрит? А если…»
– Не паникуй, – повторила я. – Варианта у нас два: первый – по плану, второй – по обстоятельствам. И скорее всего, будет второй. Смысл паниковать?
«А сама-то», – насмешливо свистнул он.
Ну, потряхивает немного… Перед штормами я всегда нервная. Сам знаешь. Общая защита кладбища и защиты обителей накрывают остров непроницаемыми куполами, но на Чудесных островах и шторма чудесные. Ветра пробивают бреши, ливни и волны заливают. А нам из дома не выйти, только Ярь иногда рискует облетать кладбище – быстро-быстро, чтобы не утянуло в сердце шторма, если вдруг брешь. И я всегда волнуюсь, как мы переживём очередную напасть.
И когда Сажен внезапно вынырнул из своего следа в двух шагах от меня, я чуть посох не выронила.
– Саж! – я даже нервно замахнулась по-дедовски. – Ты что творишь?!
– Рдянка, помощь нужна, – ищеец не обратил на замах ни малейшего внимания – он явно чуял: лицо подёргивается, руки тоже. – Тебе же важно знать, кто именно пробуждается и откуда полезет?
Я снова едва удержала посох:
– Это она его будит?..
– Торопится, – Сажен зловеще прищурился. – И подходящих покойников под рукой нет. Я поймал