— Судя по слухам вас манит Дальний Восток?
— Да. Там затеваются большие проекты, мне нужны будут надежные партнеры.
— В чем же?
— Я планирую переселить десять миллионов крестьян на новые земли за Урал.
— Ого, вот это масштаб! — впечатлился Второв
— Без него и затевать все смысла нет.
Столыпину удалось перевезти всего около трех миллионов во время аграрной реформы. Треть вернулась обратно из-за плохой организации. Если добавить к Дальнему Востоку Манчжурию, то десять миллионов не казалось заоблочной цифрой. Главное — это заранее подготовленные склады с продовольствием, посевным материалом и сельхозинвертарем, нарезанные участки для поселков и деревень. Русский мужик рукастый — избы срубит себе сам, но лес тоже надо заранее заготовить и просушить. Я планировал заказать в Штатах пять миллионов «буржуек», вроде тех, что мы использовали на Аляске, три миллиона сеялок и плугов. Все это доставить через порты Дальнего Востока в Маньчжурию и в Иркутск с Читой. Обьявить о масштабной переселенческой программе надо было по весне следующего года, сразу после разгрома Китая. А это значит, что военные действия нужно было начинать этим летом. И провести их бодро, захватив Пекин к осени. Никто нам его удержать не даст, но это и не требуется. Столицу надо будет разменять на Маньчжурию и окрестные земли.
Разумеется, никаких военных тайн Второву я раскрывать не стал — по секрету сообщил, что в правительстве планируется масштабная переселенческая реформа. Заселение свободных земель в Восточно-Сибирском и Приамурском генерал-губернаторствах. Ни слова про Китай и Маньчжурию. И мне требуется деловой партнер, который готов заняться организацией перевозок, расселения крестьян, кредитованием. Разумеется, не запросто так. Государственные подряды, финансирование, докапитализация уполномоченных банков правительственными депозитами. Глаза Второва загорелись. Да и Поляков, гревший уши, тоже чуть ли не подпрыгивать начал.
— Думайте, господа! — я взял с подноса официанта еще один бокал с шампанским — Дальний Восток — это огромные возможности. Там масса пустующей земли, способные прокормить миллионы людей. Нам нужно создать там Новую Россию, освоить эти пространства, связать их с центром империи железными дорогами. Это позволит нам решить аграрный вопрос в центральных губерниях, снизить социальное напряжение, а также укрепить наши позиции на Тихом океане. Проектом занимается лично Его Величество!
Тут я слегка приврал, Николай занимался отстрелом галок и ворон в царскосельском парке. А еще увлекся боулингом, идею которого я привез из Штатов. Дорожки уже строили рядом с тиром в подвале дворца.
В глазах Второва казалось начал работать калькулятор. Он явно мысленно просчитывал все возможные выгоды, и все потенциальные риски. Дальний Восток — это были новые рынки, новые возможности для его империи.
— А что насчет промышленности, граф? — спросил он, меняя тему. — Как новое правительство относится к развитию отечественной индустрии? Будут ли протекционистские тарифы, государственные военные заказы? Или мы пойдем по пути свободной торговли, как это предлагают некоторые либералы?
Это был прямой вопрос, касающийся всей экономической стратегии правительства.
— Правительство, Николай Александрович, — ответил я, — будет проводить политику, направленную на всемерное развитие отечественной промышленности. Нам нужны новые заводы, новые фабрики, новые технологии. НЭП!
— Простите что?
— Новая экономическая политика. Значительные налоговые льготы на строительство электростанций, заводов, производящих бензиновые двигатели и автомобили. Сообщите своим европейским партнерам, что новое правительство готово давать выгодные концессии на разработку полезных ископаемых. Разумеется, железные дороги и каналы — я повернулся к Полякову — Знаю, что ваши банки кредитуют эти сферы. Дадим зеленый свет любым проектам.
— Зеленый⁇ — оба магната удивились термину, а я про себя чертыхнулся. Светофоров то еще не изобрели.
— Ну вы же видели железнодорожные семафоры? — пришлось изворачиваться — Зеленый цвет — дорога свободна. Так и у нас будет. Принесете проекты по волго-донскому каналу, по железной дороге к Александровску на Мурмане, не только все решу в правительстве, но и войду собственным капиталом.
— Волга-Дон — невероятно сложный проект — тяжело вздохнул Второв — Уже обсуждали приватно с некоторыми интересантами. Придется строить высокие шлюзы, нужны очень мощные насосы. Возможно, разве что Беломоро-Балтийский. Но и там требуются огромные средства. А по железным дорогам… что же, я буду первый в очереди. Нам это очень интересно!
Второв тоже повернулся к Полякову, который уже что-то черкал себе карандашом в записной книжке:
— Лазарь Соломонович, — произнес магнат, — мне кажется, у нас теперь появятся новые возможности. Как насчет создания вместе с графом консорциума?
Поляков, словно только и ждавший этого сигнала, тут же подался вперед.
— Граф, сегодня же поручу юристам начать готовить документы. Уверен, что в новый консорциум готовы войти также Морозовы, Третьяковы, и многие другие представители московского капитала. И, разумеется, мы бы хотели видеть в новом правительстве, в Сенате, людей, которые разделяли бы озвученные идеи, которые могли бы отстаивать интересы отечественной промышленности и капитала.
Ну вот… Снова пошла торговля. Отечественная буржуазия столбит места во власти.
— Это все можно обсуждать — согласился я — Представьте ваши предложения.
— Как назовем новый консорциум? — деловито поинтересовался Николай Александрович
Мы все задумались. Первый русский «чеболь» — крупнейшая финансово-промышленная группа, что поднимет отечественную экономику на новый уровень — должна называться как-то броско, тем более если ее акции будут обращаться на бирже. А без этого нам не привлечь действительно большого капитала.
— Новая Россия! — первый сообразил я
Поляков со Второвым дружно кивнули:
— Отличное название! — Николай Александрович засиял, как медный пятак — Это дело надо сбрызнуть. В Палкин или Доминик?
Я заколебался. Хотел заглянуть к Стане, отвлечься от насущных дел. А с Лазарем и Второвым придется пить и пить много… Впрочем, когда в России заключались сделки такого масштаба без того, чтобы их обмыть?
— На ваш выбор, господа.
Я протянул руку Второву, затем Полякову. Сделка была заключена. На наших глазах, без лишних слов, без громких заявлений. Начиналась новая эра в истории России, эра, в которой крупный капитал, правительство и Сенат должны были работать вместе, чтобы построить новую, сильную империю.
Глава 21
Весна в Петербурге — это слякоть, грязный тающий снег, который дворники сбрасывают в каналы и в Неву, такие