Однако одна пара наблюдающих глаз посреди этого лагеря принадлежала гостю в этом лагере. Мужчина в белой мантии, скрывающей его бесцветные волосы, бледными глазами смотрел за парой Спасителей издалека. До этого дня, он практически не участвовал в битвах, даже в последней, лишь наблюдал, при этом сейчас умудряясь не мешаться. Ках-Коор, один из пятёрки Святейших стражей уже несколько дней пребывал в этой армии, наблюдая только лишь за парой Спасителей, которые были далеко не в восторге от его присутствия.
Спустя это время, он уже мог беспристрастно описать что они за люди. Не испытывая к ним никакой агрессии или вражды, скорее уж это был по-детски наивный интерес. И отчасти задание, порученное лично ему… Когда на поля опустилась ночь, и свет в палатке Спасителей погас, мужчина в мантии, блуждавший это время неподалёку, смог наконец отлучиться. Оставшись один, где-то между широкими палатками, он короткой фразой возвёл воздушный барьер вокруг себя и спокойно достал небольшой кристалл связи. Всего мгновение, и тот активировался от маны в руках Коора, дав знать своей вибрацией, что связь установлена.
— Госпожа Андеас? — Негромко спросил он, не сразу вспомнив, что голоса не пройдут дальше воздушного барьера.
— Да, у тебя есть что рассказать? Прошло уже достаточно времени, чтобы оценить этих двоих? — Властный голос Андеас прозвенел в руках Коора, и тот с улыбкой начал отвечать.
— Мне понравилось наблюдать за ними в действии. Они продемонстрировали незаурядные способности. Чёткая координация как между собой, так и с окружающими. Девушка пользуется боевыми заклинаниями практически мгновенно, способна следить за целым полем боя и координировать многие действия. Даже использует ритуал единения с группой других магов.
— Это точно ритуал единения? Его же используют только люди, без способностей к магии.
— Верно! Применяет его необычным способом. Разделяет свою ману вместе с другими магами и использует заклинания почти всех атрибутов, повышает контроль заклинаний. Очень хорошее понимание друг друга. В такие моменты их ограничивает только собственная выносливость и глубина знаний магии. В то же время и тот паренёк не обделён маной и способностями в фехтовании. Демонстрирует сильную волю к победе.
— Судя по сказанному, проблем быть не должно, — Андеас строго подтолкнула младшего к ответу.
— Если честно… Их состояние плачевно. Они вымотаны, не столько физически, сколько ментально, особенно девушка, — с хорошо уловимой грустью в голосе, Ках-Коор опустил голову. — Они в полушаге от решающего сражения, и груз ответственности за жизни для этих детей огромен. Не могу сказать точно, способны ли они в таком состоянии выступить на нашей стороне с необходимым рвением, — даже для самого младшего из стражей, Спасители были слишком юны.
Из них двоих Аня была куда более уставшей и подавленной, несмотря на недавнюю победу. Ведь она, в отличие от Оливера, не могла смириться со всеми теми жертвами сражений, что видела вокруг. Война была страшна, с какой стороны на неё не смотри, однако эти двое всё ещё оставались символами для десятков тысяч людей, жаждущих конца войны. Это не было игрой, которую они могли покинуть лишь потому, что устали от сражений.
— Ках-Коор. Ты должен помнить. Из всех четырёх Спасителей, эти двое имеют наибольший потенциал и способности. Они не дети. К тому же, их влияние на Шуна достаточно велико чтобы его использовать, — Андеас с тоном наставника обращалась к младшему собрату, делясь опасениями. — Надеюсь ты не поддерживаешь поспешность Иакки.
— Нет конечно. Но, судя по всему, ваш диалог на встрече правителей прошёл не очень хорошо, да? — Молодой дракон поёжился, вспоминая неприятные последствия битвы с Шуном, но уже не испытывал страха.
— Скорее да, чем нет. Я многим разочарована… Император Бриан пожелал урегулировать этот инцидент мирно. Но на деле лишь предоставлял излишние уступки, что неприемлемо в данной ситуации. Несмотря на его впечатляющую репутацию, Бриан ошибся, проявив мягкость. Он так же позволил забрать Апостола церкви, чем только унизил её, но никак не решил проблему, — в её голосе ясно чувствовалось недовольство, но она никогда не переходила на гневную речь. — В остальном же подозрения о скверно нраве Короля Ральдии подтвердились. Он слишком опасен, чужероден, и оставлять его в живых, всё равно что помиловать демона.
— Раз всё так складывается, значит я обязан всецело помочь вам в этом. Но уверены ли вы в том, что стражи должны выступить против Шуна? — Ках-Коор имел собственный опыт встречи с Шуном, что подстёгивало его на большую осторожность. — Я помню его способности, но не знаю, видел ли все. Да и противостоять той тёмной силе пока не знаю как…
— В этом нет такой необходимости, как ты себе представил, — коротко отсекла Андеас.
— Но как же? — Удивился Коор, ненароком повысив голос. — Разве вы не пытались провоцировать его на переговорах? Иакка говорила, что вы были готовы разнести всё там в клочья.
— Провокация не всегда предшествует битве. Я не собираюсь бездумно вступать в бой с существом, способном биться наравне с нами.
Андеас ненадолго замолчала, пропустив мимо ушей ответ младшего собрата. Кристалл в руках Коора всё ещё дрожал, пока собеседница по ту сторону планировала ближайшие действия. Хоть их разговор и затянулся для обычного доклада, но для стражей было в порядке вещей знать о действиях и планах друг друга. В таких мелочах они даже не сомневались и полностью доверялись друг другу.
— Мы должны поступить иначе, повернуть в свою пользу его беспечность… По поводу тех двух Спасителей. Коор, сообщи им о том, что после переговоров Шун забрал Апостола Талиуса с собой. Однако сделай акцент на том, что Апостол, по сути, в заложниках несмотря на невиновность в покушении. Подогрей их эмоции к своему знакомому, — погрузившись в размышления, Андеас отдавала распоряжения приглушённым голосом, от чего Коору приходилось только сильнее прислушиваться к её словам.
— Исчезновение Апостола сильный удар по Церкви. Я сделаю всё необходимое. Но кажется мне, что для Оливера это будет только ещё одной причиной, чтобы