— Говоришь ты уверенно, однако сам должен понимать, что даже Империя пыталась истребить Чёрных черепов. А мы всё по-прежнему здравствуем… — недвусмысленно указав на себя, Георг продолжил с сарказмом. — Но как почти верный пленник Короля, я исправно стараюсь выполнить его поручение и уже несколько раз говорил со связующими нескольких убежишь. И могу сказать лишь одно, они готовы к длительному противостоянию. Думаешь у Шуна выйдет закончить всё силой, учитывая, что сейчас вся организация стоит на ушах и мобилизует все доступные в Ральдии ресурсы? А если взять ещё и помощь демонов… У-у, всё станет только хуже.
Георг демонстративно присвистнул, ожидая очередного недовольного словца от Крэна, но тому не было чем ему возразить. Эльф не мог знать всего, в том числе намерений Шуна, даже если бы пытался, не смог бы. В таком творящемся вокруг бардаке незнание лишь нагоняло тревогу. А чувство потерянности Крэн очень не любил, ведь оно возникало каждый раз, как при потере руки, так и при предательстве товарища…
— Слишком долго молчишь, — воскликнул Георг. — Только не говори, что мои слова выбили тебя из колеи? Не разочаровывай меня так. Шун, может, и не выиграет, но уж точно устроит своим противникам яркое представление и болезненную встречу. Уж я-то видел, на что он способен в гневе.
— Это ты меня подбадриваешь так что ли? — кривая улыбка и недоумение на лице Крэна тут же оборвали у Георга всякое желание продолжать.
— Больно нужно! — парень вскинул руки, отвернувшись от собеседника. — Только озвучиваю свои мысли на этот счёт. Как всё обернётся на деле, никто не знает. Так что будь добр, заканчивай со своим допросом и иди куда-нибудь, я хочу отдохнуть. — Георг улёгся на кровати, коротким движением руки прогоняя незваного гостя. — И всё же… Если так предположить… Будь сговор с демонами реален, то нам стоит быть осторожными, ведь они могут быть среди людей.
Замерев в проёме двери, Крэн кивнул в ответ на озвученное предположение и сразу закрыл дверь. Вид покидает пустоватую комнату был отчётливо виден не только самому Георгу, но и демонстрировался на одном из бесчисленных изображений в тронном зале. Устройство, что врезалось в плоть руки парня служило не только символом оков, но и позволяло наблюдать за обладателем этих оков. Шун лишь отчасти следил за их разговором, всё так же продолжая регулировать огромным количеством легионеров.
Через некоторое время в стороне послышался тихий стук в двери, и спустя пару секунд ожидания в тронный зал зашли двое. Шун сразу признал вошедших бросив на них только один взгляд, и не став прогонять, поприветствовал гостей. В дверном проёме в тронный зал стоял Армагин в сопровождении Цэруса. Несмотря на поздний час, эти двое не тратили время на отдых.
На фоне сурового Армагина, Цэрус выглядел куда более спокойно, но в его взгляде читалась куда большая осознанность чем прежде. В последние дни и с ним произошли значительные изменения, повлиявшие на то, как этот легионер должен воспринимать себя самого, свои цели и действия. По крайней мере такие переосмысления самого себя начались после щедрого, по его собственному мнению, дара от Шуна.
— Так ты всё ещё здесь, — на лице Армагина появилось слабое удивление, когда он вновь увидел в тронном зале Шуна. — Разве ты не урегулировал оборону на границе, или обстановка совсем не изменилась?
— Взгляни сам, — мельком посмотрев в их сторону, Шун простым движением руки открыл для их взора множество изображений с разных концов страны, в том числе и заполненные легионерами форты на границе.
— Людские страсти совсем не меняются, — Армагин недолго всматривался в демонстрируемые изображения, для него не было ничего нового во всей этой жестокости и панике. — Даже как-то печально, что эти кошмары никак не кончатся.
— С высоты твоих лет, это наверно не первая такая война, которую ты повидал, где люди идут на демонов, и друг на друга, — не отрывая взгляда Шун продолжал небольшие манипуляции руками, будто расставляя фигуры по карте отдельных городов.
— Но это не значит, что я знаю, как закончится эта война. Да и не настолько я стар, чтобы помнить их все, — Армагин вышел вперёд, чтобы видеть лицо Шуна. — Вряд ли будет преувеличением сказать, что от твоих решений будет зависеть как эта война закончится.
— Это очевидная ответственность. Если собрался добавить нравоучений, то оставь это дело Лизе, — хоть и говоря это, Шун знал, что она сейчас была далеко вне столицы по какому-то поручению Натты и должна в скором времени вернуться. — К тому же, Империя и без меня однажды сможет завершить это противостояние.
— Вероятно да, но останется ли тогда это Королевство… Я прекрасно знаю, что ты борешься не за эту страну, не за людей. После твоего приказа я чётко осознаю, что чужие жизни для тебя могут быть разменной монетой. Ты же не забыл, что я дракон? Я знаю какого это, считать слабые расы совсем незначительными… Но, пожалуйста, не переходи черту, когда тебя начнут считать большим злом.
Шун не отрывал взгляда от мелькающих иллюзорных картин перед собой, но ощущал пристальный взгляд Армагина на себе. Он обернулся и раскрыл перед собой ещё одну стратегическую карту фронта, где были ярко помечены надвигающиеся войска демонов. Бросив взгляд на заинтересованный взгляд Армагина, Шун сухо ответил:
— Совет хороший, жаль соблюсти его проблематично. В отличие от вас, я обязан сражаться. Не могу просто так оставить Чёрных черепов после совершённого ими, а также не могу закрыть глаза на агрессию Демонов. Оставаться пацифистом, как вы с Лизой, в таких условиях недопустимо.
— Я и не говорю о том, чтобы сдаться! — возмущённо заявил Армагин. — Просто… воздержись от крайностей.
— Господа, вам стоит перевести дух, — в разговор вмешался Цэрус, неожиданно вставший между ними.
— Ничего страшного Цэрус. Мы просто общаемся… — Шун сделал шаг назад, вновь обернувшись к стратегической карте. — Не могу тебе ничего обещать Армагин. Но заверить тебя в том, что моей важнейшей целью является защита, но устранение самых серьёзных угроз не менее важно.
— Вроде тех амбалов? — Армагин кивнул в сторону одного из изображений, где ровным строем маршировали необычного вида демоны.
Шун коротко кивнул в ответ, и ради подробностей расширил изображение от одной из ищеек. Ровный строй марширующих внушительных размеров