Черт, мне нравится, как она реагирует. Ее затрудненное дыхание, пальцы, впивающиеся в мои волосы, мои плечи, простыни. Я вижу, как удовольствие затуманивает ее чувства, а глаза смотрят в никуда, пока я приближаю ее к кульминации.
Ее стоны превращаются в хныканье, и к тому моменту, когда она перестает ругаться, я знаю, что она близка.
— Калеб! — Голос Лорен грубый, и она слепо тянется ко мне. Ее пальцы скользят по моим волосам, а дыхание замирает. Внезапно все ее тело напрягается, стенки ее влагалища сжимаются вокруг моих пальцев, она издает громкий стон, а затем начинает дрожать.
— Блядь, блядь, блядь, — она стонет и пытается остановить мою руку, но именно в этот момент я наконец уступаю ее требованиям и ускоряю темп, трахая ее пальцами. Думаю, насколько лучше будет, когда я смогу сделать это своим членом.
— Черт возьми, Калеб! — кричит она. Ее ноги, обхватывающие мою голову, дрожат, сжимаясь самым восхитительным образом, когда она теряет контроль.
— Вот так, красотка, — бормочу я, прижавшись к ее киске, и смотрю на ее лицо. Ее глаза закрыты, щеки порозовели от удовольствия. Она тянет меня за волосы, двигая бедрами против моих пальцев, пока дрожь не прекращается.
Я целую ее тело, пока наши губы не встречаются, осторожно вытаскивая пальцы из нее.
— Ты прекрасна, когда кончаешь, — бормочу я в поцелуе с улыбкой. Ее рука проникает между моих ног, лениво поглаживая мой член, что заставляет меня стонать.
— И я уверена, что ты тоже будешь, — выдавливает она, продолжая движение.
Она отпускает меня на мгновение, и когда ее пальцы снова обхватывают меня, я понимаю, что она покрыла их своей влагой. Одной этой мысли почти достаточно, чтобы я кончил.
— Блядь. Тебе не понадобится много времени, чтобы это узнать, — бормочу я. Черт, наблюдать за ее оргазмом почти довело меня до предела.
Она начинает совсем не медленно. Рука сразу же набирает быстрый ритм. Влажный звук, который она издает, дроча мне, мой член, покрытый ее соками — чертовски непристойны и лучшее, что я слышал до сих пор.
Мне нужно всего несколько движений, чтобы кончить.
— Блядь, — стону я, изо всех сил стараясь не закрывать глаза, пока удовольствие пронзает меня, как молния.
— Близко? — Я киваю, не в силах ответить. — Хорошо. — Она улыбается, наблюдая за моим лицом, поглаживая меня, пока, наконец, волны удовольствия не накрывают меня.
— Лоре... — Я даже не успеваю договорить ее имя, как кончаю, покрывая ее прекрасную кожу своей спермой.
Она мурлычет, явно удовлетворенная.
— Да. Я обожаю смотреть, как ты кончаешь. Нам нужно делать это чаще.
Мои глаза прыгают к ее глазам, и я не знаю, как относиться к той злости, которую я вижу в них.
— Я куплю презервативы на следующий раз, — уверяю я ее, наклоняясь, чтобы поцеловать ее, все еще пытаясь отдышаться.
Ее пальцы находят выбившуюся прядь моих волос, откидывают ее в сторону, а затем ладонь ложится мне на щеку. Ее большой палец мягко и успокаивающе скользит по моей коже, и я наклоняюсь к ее прикосновению.
— Сделай это, — шепчет она. — Хотя не буду жаловаться, если мы повторим это снова.
Глава 24
Лорен
В тот момент, когда я прихожу в сознание, я понимаю, что нахожусь не дома. Подушка под головой оказалась непривычно пышной, матрас более жесткий, а рука лежит на одеяле, что было явным знаком того, что окно не распахнуто настежь.
И на меня не забираются кошки.
— О, черт, — я резко сажусь и оглядываюсь по комнате. По обеим сторонам салатовых стен стоят массивные книжные полки, а на тумбочке лежат стопки книг.
Ах да. Я у Калеба. Я подтягиваю одеяло и смотрю на свое тело. Я все еще голая.
И тогда все воспоминания врываются потоком в мою голову. Его лицо между моих ног, лучший оргазм в моей жизни и...
Я вскакиваю, отбрасывая одеяло. Придется отложить воспоминания, потому что у меня дома две кошки, которые, несмотря на сытный ужин перед моим уходом к Калебу, превратятся в голодных, прожорливых монстров, если их не покормить в ближайшее время.
А сколько сейчас времени? Мой взгляд бегает по комнате, находя мои брюки, брошенные в углу, и мой телефон, выглядывающий из кармана. Я быстро вытаскиваю его.
Шесть часов. Ладно. Не так уж и плохо. Думаю, у меня есть еще около часа, прежде чем они решат съесть диван или вломиться в мой холодильник.
Стоп. А где Калеб?
Я резко поворачиваю голову, но в его квартире тихо и темно. Я поворачиваюсь. Точно. Его точно не было в постели. Я уверена, что заметила бы это, даже не выпив кофе.
Кофе. Точно. Он, наверное, уже в кафе.
Словно вихрь, я собираю разбросанную по квартире одежду и натягиваю ее на себя. Уже на пороге, готовая выскочить, я замечаю на двери его квартиры записку размером с ладонь:
Заходи через заднюю дверь, прежде чем ехать домой.
Теперь, когда я об этом думаю, будет лучше и для меня, и для кошек, если я выпью кофе, прежде чем отправиться домой.
Я улыбаюсь, отрываю записку от двери, аккуратно складываю ее и прячу в карман джинсов, прежде чем сбежать по лестнице.
* * *
— Я даже не подозревала, что у твоего кафе есть задняя дверь, — выпаливаю я, когда шагаю на кухню через эту самую дверь.
Он приоткрыл ее, подперев кирпичом. Не знаю, сделал ли он это потому, что его печи превратили кухню в сауну, или потому, что ждал меня. Предпочту поверить во второе.
— Доброе утро, — бормочет он, поднимая глаза от огромного куска теста, который он раскатывает. Как только его взгляд падает на меня, он откладывает скалку в сторону.
Я не знала, чего ожидать этим утром. Возможно, неловкости. Или того, что он вернется к своему обычному ворчливому настроению и будет ругать меня за то, что я попросила имбирный латте.
Но он этого не делает.
Вместо этого он обходит рабочий стол. Не успеваю я опомниться, как он уже проводит пальцами по моим волосам, обнимает меня за талию и целует.
Я счастливо мурлыкаю, скользя холодными руками под его рубашку и прижимая ладони к его пояснице. Он вздрагивает, но я чувствую, как он улыбается, целуя меня.
— Доброе утро, красавчик, — бормочу я, прижавшись к его губам, после того как он прерывает поцелуй, а на моем лице появляется влюбленная улыбка.
— Доброе утро, красавица, — шепчет он в ответ и снова