– Сожгли, все сожгли… Сволочи. Не была она ведьмой. Хорошая была баба. И сад был хороший.
Лора отчаянно вслушивалась, но с трудом понимала шуршащие польские слова. Старик шамкал губами, стучал остатками зубов и весь трясся, опираясь на узловатую трость. Казалось, будто перед ними не живой человек, а бесплотный призрак.
– Елена – так звали мою мать. Вы знали ее?
– Сожгли все, сожгли… Горе нам всем, проклятие теперь тут живет. Девчушка, слава богу, выжила, жалась так ко мне… А я что, только ее и вытащил… Не смог больше. Такой пожар!
Старик не слышал вопросов, он отстукивал какой-то дробный ритм своей тяжелой палкой и бормотал, бормотал…
– Проклятие, да, а я говорил… Девчушка-то мелкая была, рыжая, вся в мамку, и не плакала вовсе. Может, и ведьмы они были, да только убивать-то их зачем? Соседи, тоже мне, враги одни… Вишни вот она сохранила, ухаживала за ними. Плохо, что ли? Вся улица тогда цвела. Да, хорошо здесь было, детишки бегали… – Старческий голос постепенно затихал, седая голова клонилась к земле, рваный вязаный шарф съехал с плеча, обнажая морщинистую шею в уродливых шрамах. Лора, онемев, не могла отвести от него взгляд, всматриваясь в шрамы, в костлявые руки, обтянутые пергаментной кожей, в тонкие волосы, торчащие из-под засаленной кепки. Когда-то она уже видела этого человека.
– Пойдем-ка отсюда, хватит с меня на сегодня чокнутых стариков. На всю оставшуюся жизнь хватит. – Аннет тянула ее за рукав в начало улицы, туда, где таксист, чертыхаясь, выпроводил их из машины. – Лора, переставляй ноги, не нравится мне тут.
Старик остался неподвижным соляным столпом на тротуаре, скрюченный и дряхлый, как черные силуэты вишен в забытом всеми саду.
Это он, Лора не сомневалась больше ни мгновения, это тот самый пожарный, что почти 25 лет назад вытащил ее из горящего родительского дома. Из дома, который подожгли соседи, обычные добрые люди, отправлявшие своих детей собирать вишню в их саду и считавшие ее мать ведьмой. А потом кинувшие зажженную спичку на облитое бензином крыльцо. Лора как наяву видела их перекошенные лица, слышала злобные крики и стоны горящих деревьев, чувствовала забивающий нос и горло едкий дым. Она не ошиблась, судьба действительно отправила на их путь призрака из прошлого.
Асфальт за ними крошился и проваливался, от стен хлопьями отлетала потрепанная штукатурка, ржавые гвозди со скрипом выскакивали из ветхих дверей и заборов. Лора не оглядывалась, яростно пытаясь снова вдохнуть через горький дымный аромат. Губы Аннет тревожно сжались в тонкую ниточку. Она, отпрыгнув от вылетевшего из паза амбарного замка, только сильнее вцепилась в руку Лоры и ускорила шаг, бормоча что-то о Гримуаре миссис Андервуд.
Водитель дожидался их на том же месте, и Аннет наконец-то с шумом выдохнула. Хорошо. Не исключено, что эта улица действительно проклята.
Глава 8
Аннет с яростным вздохом плюхнулась рядом с Лорой на заднее сиденье такси, тревожно оглянулась на необъяснимо разрушающуюся улицу и безапелляционно заявила, что если они будут откладывать удовольствия на потом каждый раз, когда рядом происходит что-то странное или жуткое, то так можно и в монастырь отправиться. Или повеситься на балке прямо в кабинете Реджинальда. Поэтому сейчас они едут на ярмарку, и никаких возражений она принимать не станет.
Спорить с Аннет было, как всегда, невозможно, так что Лоре оставалось только взять весь тот колючий и спутанный комок мыслей, скатать его потуже и убрать подальше. Хотя бы до вечера, когда она сможет спокойно закрыться в своей комнате под золотыми звездами и обдумать произошедшее. А пока Аннет скомандовала веселиться и получать удовольствие от жизни, значит, так и придется поступить. Из такси она выходила собранной и серьезной, как перед битвой, но вот удивительно: ярмарка и правда оказалась что надо!
Первым делом Аннет, не отпуская ее рукава, как будто боясь, что если отпустить, то та утонет в своих мыслях и испортит весь праздник, потянула их обеих за глинтвейном. Затем за обжигающе горячими коричными булочками, дальше – за жирным и липким копченым сыром с брусничным соусом, потом оказалось просто необходимо попробовать ароматный грог, а что к нему подойдет лучше, чем яблоки в карамели? И уже через час от мрачного озера из подозрений и чувств в голове у Лоры осталась только маленькая лужица. Все-таки ее подруга знала толк в веселье!
Небо на западе зарозовело, как будто стесняясь смотреть на такое изобилие еды, липкие пальцы и широкие улыбки. Музыканты на сцене начали настраивать гитары и скрипки, а в деревянных рождественских яслях зажглись огоньки.
– Мне кажется или это господин агент Совета вон там?
Лора встрепенулась и закрутила головой, как испуганная птичка, высматривая человека, на которого указывала Аннет. С момента знакомства с господином агентом Ноа Араи, кажется, прошла уже целая жизнь! Обида кольнула глубоко в груди, но быстро прошла, сменившись радостью встречи. Да, это был он – высокая фигура в черном пробиралась через толпу чумазых детей и слегка пьяных взрослых. Он опять выделялся на общем фоне, как ворон среди суетливых и громких воробьев. У Лоры в голове стало легко-легко: он ей не приснился, он настоящий, он прямо здесь! Среди всех этих гирлянд и колокольчиков! Это ли не рождественское чудо?
Лора замахала ему рукой, а Аннет, дождавшись, когда между ними останется не больше пары шагов, слегка высокомерно промолвила:
– Господин агент, вы что, следите за нами?
– Дамы, я бы не назвал это слежкой. Ваши шевелюры видно даже из космоса! – Улыбка у него стала снисходительная, а выражение лица излучало такое превосходство, что в это самое лицо хотелось выплеснуть горячее содержимое кружки, которая до сих пор уютно согревала Лоре руки.
– А что это, глинтвейн? Хороший? – Он ребячески выхватил у Лоры кружку, – Что? У тебя на лице было написано, что ты меня сейчас им окатишь! А ничего, вкусный… Ох!
Аннет за долю секунды собрала вокруг его головы рой мелких капелек, а потом с невозмутимым видом взорвала их все разом. Ноа задохнулся от такого холодного душа, дернулся и, разумеется, пролил на себя глинтвейн. Аннет с Лорой тоже чуть не задохнулись, но уже от смеха. Видеть импозантного и таинственного агента в такой глупой ситуации – о, это определенно стоило переживаний этого дня!
– Ты похож на огромную лохматую псину, которая только что вылезла из болота, – вытирая слезы и