Осторожно поднялся по лестнице на верхний этаж. Здесь пахло крепким табаком, дорогим спиртным и потом ‑ рабочая зона «верхушки». Вышедшего в коридор бугая Александр снял одним точным выстрелом из трофейного метателя. Стрела вошла точно в лоб чуть выше переносицы и вышла затылком, размазав по стене грязно‑бурое пятно. Тот успел только охнуть и, падая вперёд, грохнулся о пол так, что от ковра полетела пыль.
Шум привлёк внимание. Следом из соседней двери выскочил ещё один ‑ с метателем в руке и готовым матом на губах. Он получил стрелу в глаз на полуслове и, завалившись боком, впечатался плечом в косяк, сползая на пол.
Теперь сохранять тишину уже не имело смысла. Те, кто находились наверху, и так знали, что в дом пришла смерть.
Александр снял с плеча свой «Старгал», чувствуя, как привычное оружие ложится в руки, и принялся зачищать помещения по методике отработанной, когда‑то до автоматизма.
В него пытались стрелять из щелей, из‑за мебели, и приоткрытых дверей. Кто‑то пытался баррикадироваться, задвигая шкафы и столы. Но мощный метатель, рассчитанный на изменённых тварей и бронированных мутантов, прошивал не только двери, но и тонкие внутренние стены насквозь. За фанерой, гипсом и тонкой доской для бандитов не оставалось ни малейшего шанса.
Крики, мат, короткие панические команды ‑ и каждый раз в ответ сухой, глуховатый звук выстрела и тяжёлый удар тела о пол.
Он шагнул назад в коридор, меняя угол обстрела и на ходу оценивая обстановку. Магазин почти опустел. Александр, не торопясь, щёлкнув стопором, потянул короб вниз, чтобы заменить, ‑ и именно в этот момент справа, буквально проламывая перегородку, на него рванулся двухметровый детина с длинным ножом в руке.
Стена хрупко осыпалась гипсовой пылью, а из облака вывалилось огромное тело с искажённым яростью лицом. Удар ножа был грубым, широким, без техники, но за счёт массы и скорости ‑ смертельно опасным.
Александр ушёл от взмаха на полшага, корпусом и ступнёй, ощущая, как лезвие с шуршанием проходит в считаных сантиметрах от груди. В ту же секунду он мощно ткнул стволом метателя прямо в лицо гиганта. Раздался глухой треск. Ствол и кожух механизма разбили скулы и нос, смяла кость, сместив её внутрь.
Глаза детины на миг закатились. Он пошатнулся, переваривая удар, мышцы ещё пытались подчиниться старой команде «резать», но тело уже не слушалось.
Этого мгновения хватило.
Александр дослал новый магазин в приёмник, щёлкнул предохранителем и короткой очередью разнёс в лохмотья башку любителю рукопашной. Куски костей и крови брызнули на стену, уделав стену. Тело дернулось и рухнуло на колени, потом медленно завалилось вперёд.
Тишина, наступившая после серии выстрелов в узком коридоре, оглушала не слабее самого боя. Звон в ушах, ощущение, что мир на секунду прикрылся плёнкой. Александр моргнул, сделал несколько медленных вдохов ‑ и шум вернулся. где‑то за запертой дверью плакал ребёнок, на улице лаяла собака, и где-то хлопнуло окно.
Не утруждая себя поиском уцелевшей двери, он просто вошёл в кабинет главаря через проделанную в стене дыру.
Кабинет оказался до смешного обычным. Многоцелевой офис, каких он видел сотни: широкий диван у стены, массивный стол, заваленный бумагами, бутылками и грязными стаканами, на стенах ‑ пара дешёвых картин, между шкафом и окном ‑ стальной ящик, привинченный к стене.
Александр вышел обратно в коридор, склонился над телом того самого двухметрового громилы, быстро обшарил карманы и нашёл связку ключей с тяжёлым брелоком. Вернулся в кабинет, подобрал подходящий ключ, провернул, дёрнул ручку.
Ящик открылся, показав аккуратные стопки новеньких купюр, перевязанных банковскими лентами. Деньги пахли краской и слегка ‑ пылью. Никаких растяжек, датчиков и вообще видимых сюрпризов.
Александр с весёлым изумлением хмыкнул и выдернув с дивана подушку, выкинул наполнитель начал сгребать добычу. Кожаный чехол быстро набух, потяжелел, превратившись в большой и увесистый мешок.
Он уже собирался вернуться к дверям с похищенными, как краем глаза заметил в окне отблески синего света. Подойдя ближе, выглянул в щель между шторами и увидел что к дому одновременно подъехали сразу две полицейские машины. Улицу сразу заполнило мельтешение фонарей, силуэты людей в форменных плащах и блеск нашивок.
«Быстро», ‑ отметил он. — «Или сигналка, или соседи всё‑таки не совсем глухие».
Раздумывать стало некогда. Александр подхватил мешок с деньгами, перекинул ремень метателя через плечо, метнулся в коридор, нашёл окно, выходящее на противоположную сторону здания, дёрнул раму вверх.
Второй этаж ‑ не высота для его нынешнего тела.
Он, не колеблясь, сиганул через подоконник прямо вниз. Приземлился на согнутые ноги, гася удар, перекатился, удерживая мешок прижатым к себе. Лёгкая боль в суставах промелькнула и тут же ушла — молодое, усиленное тело могло перенести и не такое.
Не теряя ни секунды, он перемахнул через невысокий забор, отделяющий двор от соседней полосы пустыря, и, растворяясь в тенях, скрылся в темноте трущоб. А позади, в доме на Цветочной, уже хлопали двери, кричали команды, стучали сапоги по лестнице ‑ но к тому моменту, когда полицейские войдут внутрь, от «дератизатора» не останется ни следа.
— Шеф. — В кабинет чуть не ворвался его помощник и секретарь Тулго Ригол. — На полицейской волне сообщают, что банду Бугра, зачистили в ноль.
— А малыш-то на ветер слова не бросает. — Хозяин криминальной империи усмехнулся. — Как появится, зови сюда.
— Так уже сидит. Притащил с собой какой-то мешок, и глушит легашское пойло.
Выполняя букву и дух договора, Кушер сделал всё, как в лучших домах. Без суеты, с размахом и с той самой аккуратностью, за которую ему платили большие деньги.
Через двое суток у Александра был не просто «щит», не какая‑то криво слепленная липа, а полноценная новая жизнь, аккуратно вшитая в ткань этого мира. В регистрационных книгах, полицейских базах, в госпитальных архивах и вообще везде, где это имело значение, теперь значился Увир Ардор, барон, восемнадцати полных лет. Совершеннолетний, дееспособный, и, как внезапный абцуг, военнообязанный подданный короны.
Паспорт выглядел так, будто ему уже пару лет ‑ слегка потёртые края, аккуратные складки, ровные штампы. На обложке герб королевства, а внутри на специальной странице герб баронства — небольшой щит разделённый на две части горизонтальной линией, вверху два белых горных пика а внизу пара скрещенных мечей. Внутри ‑ фотография, на которой он узнавал себя… и