Лев замирает и громко рычит на меня. Позади него я замечаю взъерошенного преподавателя, который что-то кричит, размахивает руками, пытается до меня что-то донести.
Я улыбаюсь и протягиваю руку:
— Ты что? Испугался? — спрашиваю я льва и делаю шаг вперед.
Он чуть-чуть расслабляется и издает еще один рык, несчастный, полный обиды и боли.
— Тебе больно?
На это он отвечает что-то типа «амру» и неожиданно облизывает лапу, теряя всякую агрессивность. В глазах мелькает обида.
Я дотрагиваюсь до морды льва между глаз и аккуратно поглаживаю, как котенка, а он аж жмурится от удовольствия и ласки. Бедный, мало того что лапа болит, еще и внимания не хватает.
Позади льва слышатся шаги, но я не обращаю на них внимания: я сейчас целиком и полностью принадлежу этому несчастному фамильяру. Отвлекусь — сочтет предательством: он же мне уже доверился, пожаловался, а я очень-очень хочу ему помочь. Я как будто внутри себя чувствую его боль.
Присаживаюсь рядом и взглядом спрашиваю, можно ли осмотреть ранку, и лев кладет мне на раскрытые ладони свою лапищу. Она действительно большая, тяжелая, с горячими шершавыми подушечками.
Между пальцами заметна запекшаяся кровь и торчат какие-то иголки. Я аккуратно осматриваю, дотрагиваюсь до одной из колючек, похожей на иглу дикобраза, и лев издает предупредительный рык.
— Студентка, стойте! — доносится до меня крик преподавателя.
Кажется, он уже подобное кричал моей сестричке, если я правильно расслышала. Что, если и я что-то делаю неправильно? Лев кинется на меня?
— Ты потерпишь немного? — спрашиваю я фамильяра. — Будет больно, но недолго. А потом мы обработаем лечебным зельем, и у тебя будет все хорошо.
Я краем глаза замечаю, как Риделия было кидается вперед со словами «это моя работа», но преподаватель останавливает ее. Понятия не имею, что они делали до этого, но лев рычит, предполагая, что они продолжат это, а я снова ласково глажу его по шерстке, перетягивая внимание на себя.
— Потерпишь? Мы ведь договорились? — уточняю я и, только дождавшись, когда лев моргнет, дергаю за колючку.
Фамильяр вздрагивает, толпа, а теперь я знаю, что там толпа, охает. Кто-то из девчонок даже взвизгивает.
Сердце бешено бьется в груди, и мне очень тяжело дышать. Даже в глазах от волнения рябит, но я берусь за следующую иголку, потом еще за одну… И так все пять штук.
Когда последняя падает на пол, преподаватель все же находит в себе смелость подойти. Однако вместо помощи мне он тут же тянется к фамильяру, чтобы прикрепить на ошейник цепь, наверное, магическую. Сейчас обращаю внимание, что пара звеньев такой же болтается на шее льва, похоже, одну он уже порвал.
Лев рычит, снова весь напрягается, собираясь атаковать преподавателя. В ответ у того в руке появляется магическая плетка:
— Не надо! — вскрикиваю я, вставая и загораживая собой фамильяра. — Ему и так несладко, зачем вы его так?
— Он не слушает команд, — хмуро говорит преподаватель. — Отойди, девочка, его надо…
— Ему надо обработать раны, — возражаю я. — Ему больно, а вы хотите его на цепь. Зачем? Он же сидит спокойно!
Кажется, мое поведение злит преподавателя, а у Риделии вызывает усмешку, но я же обещала фамильяру, что все будет хорошо!
Преподаватель еще некоторое время сомневается, но потом сдается, опуская плетку и подавая мне пузырек с бесцветной жидкостью, немного попахивающей валерианой. Отлично: и обеззаразит, и успокоит. То, что фамильярчику сейчас и нужно.
— Вы же понимаете ответственность?
— Я понимаю, что ему больно, — твердо говорю я.
Возвращаюсь к лапе льва, обильно поливаю раствором ранки, а потом поглаживаю, успокаивая.
— Ты замечательный, ты знаешь это? — глядя в глаза говорю фамильяру я, опускаю лапу на землю, а сама поднимаюсь и отхожу на пару шагов.
В помещение влетает взъерошенная девушка в дорогой одежде и с приторным запахом дорогого одеколона. Да разве можно с таким фамильяром использовать настолько резкие ароматы? Тут даже мне чихать хочется!
Девушка кидается ко льву, отпихивая меня:
— Мне только что передали! Что тут происходит?
Она смотрит на своего фамильяра, который, как мне кажется, не очень рад ее видеть. Потом недовольно оглядывает всех вокруг, явно пытаясь всем видом показать, как беспокоится о льве. Только вот почему-то не кидается его обнимать. А я бы уже затискала.
В итоге ее внимание останавливается на мне. Кажется, у меня это становится нормальной ситуацией, когда я хочу как лучше, но, скорее всего получу взбучку и от преподавателя, и «фи» от этой нерадивой хозяйки.
— Почему к моему фамильяру допускают какую-то… — она окидывает меня пренебрежительным взглядом.
— Какую? — знакомый голос Ругро звучит раскатом грома и, кажется, многие вздрагивают. — Договаривайте, студентка.
Глава 10
Но девушка словно язык проглотила — явно передумала что-то говорить в мою сторону. Впрочем, если бы на меня так смотрел Ругро, я бы тоже передумала. И вообще бы, наверное, забыла, как говорить. А она еще ничего, вроде, держится.
— Ну что же вы? Я жажду выслушать ваше мнение о моей подопечной, — медленно, четко произносит Ругро.
— Я… Я хотела сказать спасибо за то… За то, что моему фамильяру смогли помочь, — даже почти не заикаясь говорит она.
— Это прекрасно, — отвечает Ругро. — Только вот как вы могли позволить, чтобы с вашим фамильяром что-то случилось? Не ответите ли мне на вопрос?
Тут девушка неожиданно тушуется и находит взглядом преподавателя по уходу за фамильярами.
— Дело в том, что фамильяр студентки… — начинает он.
— А разве я вас спросил, профессор Флофф? — усмехается Ругро, а я вздрагиваю.
Кажется, ему вообще чуждо уважительное общение, если он даже с другим преподавателем позволяет себе так разговаривать.
— Советую доложить об этом происшествии ректору Ферсту, — продолжает мой куратор. — И удостоверьтесь, чтобы все было написано именно так, как произошло. Я… проверю. В этом заинтересована студентка Ройден. Да и вы.
Ого… Это что… Он меня сейчас защитил?
Я уже раздумываю над тем, как поблагодарить его, но он разворачивается и… уходит под дождь, тут же обрастая защитным коконом, поэтому на него не попадает ни одна капля.
Обещаю себе, что я непременно научусь так же контролировать свою магию. А поэтому просто стисну зубы и буду работать так, как смогу.
— Вы…