Идя за ней следом, я скользнул взглядом по её ровной спине в сером комбинезоне и по розовым волосам. Выглядела она вполне по-человечески.
— Выходит, ты полукровка? Ты родилась от скрещивания человека и аборигена? Неужели, есть программа по выведению новой человеческой расы? Как в инкубаторе?
Насчет инкубатора я сказал, конечно, не всерьёз, но Саваж опять остановилась и повернулась ко мне.
Лицо у неё стало такой суровое и в то же время бледное, что холодок пробежал по спине.
— Я не потерплю насмешек в свой адрес, мерзкий расист, — сказала она с тихим гневом. — Ты не знаешь, с кем разговариваешь. Не знаешь, на что я способна. Ты вообще ничего обо мне не знаешь. Так что придержи свой поганый язык!
Она посмотрела на меня так, будто мысленно уже порубила на части.
Видимо, словами про инкубатор я ткнул Саваж в больную мозоль. Да уж, переборщил. Порой действительно лучше «заткнуться и идти», чем пытаться найти общий язык с тем, с кем невозможно найти общий язык.
— Извини, не хотел тебя обидеть… — начал я, но она не стала меня слушать.
Развернулась и зашагала по коридору.
Больше мы не разговаривали. Вплоть до того момента, пока коридор не закончился и перед нами не предстала круглая дверь, похожая на большой люк.
— Приветствую в крепости «Симона», маг-зеро Саваж, ново-маг Терехов, — мелодичным женским голосом произнесли под потолком. — Открываю ангар.
— Не задерживай, Симона, — бросила Саваж. — Мы торопимся.
Внутри стен по обе стороны щёлкнули запорные механизмы, и круглая дверь сдвинулась в сторону, открывая проход.
— Добро пожаловать на факультет Зеро! — произнесла Симона всё тем же приятным голосом.
На это Саваж поморщилась и ничего не ответила.
Зато ответил я:
— Спасибо, Симона. Тут все двери под твоим контролем?
— Да, ново-маг Терехов, почти все двери находятся… — начала отвечать Симона, но Саваж ухватила меня за плечо и рывком вытащила из коридора.
— Пошли! Потом с ней поболтаешь, когда получишь наушник!
А хватка у девушки была железная — мне аж больно стало.
— Эй! Завязывай! — Я высвободил плечо. — Хватит меня за собой тащить, как…
Фразу я не закончил, потому что вытаращился на то, что предстало моим глазам.
Это было что-то невероятное!
Нет, не настолько невероятное, как стены крепости, и вряд ли бы я потерял сознание от увиденного, но всё же у меня зашлось сердце от грандиозности. И даже башка закружилась, подступила тошнота, но это, скорее, от высоты.
— Мать вашу… обалдеть! — выдохнул я, не найдя других слов.
Саваж неожиданно усмехнулась.
— Вообще-то, за такие выражения я обязана влепить тебе ещё один штрафной балл, ново-маг Терехов, но ты так забавно открыл рот, что я воздержусь от наказаний.
Мне было плевать, что она там бормочет.
Я во все глаза смотрел вниз, водил ошалевшим взглядом направо и налево в попытке запечатлеть всё и сразу.
Мы стояли на высокой стальной площадке — подъёмной платформе с перилами — а перед нами распростёрся огромный ангар. И выйдя из коридора, мы оказались практически под потолком просторного помещения.
Но поразил меня не сам ангар, конечно, хотя таких гигантских ангаров я тоже никогда не видел.
Нет, тут имелось кое-что другое.
БИО-ТИТАНЫ!
Они стояли на специальных постаментах с креплениями, ровным рядом, как в музее. Все разные, и по цвету, и по виду, но всё равно похожие на единую команду крутейших воинов-великанов.
Навскидку я насчитал их около тридцати штук.
С высоты площадки, где сейчас находились я и Саваж, эти титаны внизу казались не такими большими. Однако, посмотрев на людей, которые копошились рядом с ними, сразу становилось понятно, насколько эти гиганты огромны.
— Какой у них рост? — спросил я, не сводя глаз с титанов и вцепившись в перила.
— От пятнадцати до двадцати пяти метров, — ответила Саваж. — Но даже не обольщайся. Тебе дадут учебного Малыша, десятиметровку. И то, если учитель Зевс позволит. Даже Малыша в кривые руки не дадут, хоть у нас их и много. Целая армия Малышей.
Она указала на самый край ангара.
Там, отдельно от всех, стоял тот самый учебный Малыш.
По сравнению с остальными он, и правда, казался небольшим. Полностью черного цвета и какой-то несуразный с виду. Чем-то действительно похожий на уродливого ребёнка: большая голова с одним зеркальным глазом-линзой, длинные, как у обезьяны, конечности и небольшой корпус тела — толстенный позвоночник с бронепластинами, похожими на многочисленные рёбра.
Он, как и другие био-титаны, был симбиотическим гибридом, выращенным с помощью магической и биоинженерной технологий, но отличался явной простотой.
Я не удержался от восхищённой улыбки.
— Да я бы и на Малыше погонял!
Саваж покосилась на меня.
— Надеюсь, до этого не дойдёт, и ты всё же вылетишь из факультета, не успев тут ничего сломать.
Пока она это произносила, я заметил кое-что необычное. Грудь Малыша поднималась и опускалась, будто он живой.
— Он что… дышит?.. — Я часто заморгал и всмотрелся внимательнее.
Био-титан мерно дышал!
Дышал, чтоб его!
— Да, он дышит, — подтвердила Саваж. — Они все дышат, если ты не заметил.
Я тут же перевёл взгляд на остальных гигантов.
А ведь и правда! Как я мог не заметить этого сразу?
Они все дышали! Все, без исключения!
При первой встрече с био-титаном ещё вне крепости я тоже заметил, что гигант дышит, но тогда я думал, что это из-за пилота. Вроде как, это дыхание пилота, но оказывается, дышат сами титаны!
Меня бросило в жар, мурашки охватили тело настолько сильно, что я поёжился будто от озноба. Голова опять закружилась, ещё сильнее, чем раньше.
Саваж опять покосилась на меня.
— Ты, как маленький ребёнок, Терехов. Где вас там, на Земле, таких придурошных находят?
Я ошалело уставился на неё.
— Они дышат, черт возьми!
Девушка закатила глаза.
— Да, они дышат. В какой-то мере, они живые и даже разумные, у каждого свой характер, свои капризы, свой магический контур, своя линия развития и возвышения. Но многое зависит ещё и от пилота, поэтому я и говорила, что придурки со слабым Эхо, как ты, нам могут всё испортить.
Пока она это говорила, я посмотрел дальше и увидел, что у дальней стены ангара стоит ещё один титан. Высокий, крупный, накрытый чёрным полотном с головы до ног и закреплённый цепями к стене, как заключённый, да ещё и с распятыми руками.
Он тоже дышал, как и остальные, но возле него никого не было: ни подъёмников, ни людей.
— А вон тот, который у стены, почему в цепях? — спросил я. — Он на ремонте? Или в анабиозе?