Шеф с системой. Экспансия
Глава 1
Тирамису получался идеальным.
Я стоял над формой и разравнивал последний слой крема, чувствуя, как правильно ложится лопатка и послушно движется шелковистая масса именно той консистенции, которой должна быть. Печенье впитало ягодную настойку достаточно, чтобы дать терпкость, но сохранить форму. Ещё минута, жженая ореховая пыль сверху, и можно выносить.
Плечи мои были расслаблены, дыхание ровное. В голове — приятная пустота, какая бывает, когда руки делают привычное дело и думать не о чем. За стеной шумел зал, доносился хохот Елизарова и звон бокалов, и время от времени — приглушённый стук ножей о тарелки, чей-то тост, обрывок песни. Звуки довольного вечера и мне было спокойно и хорошо.
Марго возилась где-то за спиной. Я слышал её мягкие шаги. Она шла к столу с серебряным блюдом — я сам попросил минуту назад.
— Ставь справа, — сказал я, не оборачиваясь. — Осторожно, не задень.
Что-то загремело и в ту же секунду я услышал голос Екатерины, полный такого ужаса, что у меня волосы встали дыбом.
— Саша, сзади!
Тело среагировало раньше мозга. Я рванулся влево, уворачиваясь неизвестно от чего. Острая боль обожгла мне правое плечо. Боль прострелила в висок и до самого локтя. Я почувствовал, как по руке побежало горячее.
Я даже не успел развернуться — просто лягнул ногой наугад. Пятка врезалась во что-то мягкое, и я услышал сдавленный выдох. Кто-то отлетел в сторону, загрохотал, посыпалась посуда, а я уже разворачивался, выставив здоровую руку вперёд.
Боль в плече полыхнула так, что потемнело в глазах. Я сжал зубы и заставил себя повернуться до конца, встать лицом к тому, кто меня ударил.
Марго стояла в трёх шагах от меня, привалившись к разделочному столу. Удар отбросил её назад, но с ног не сбил. В правой руке она держала стилет с моей кровью на лезвии. И её лицо…
Это было чужое лицо. За весь вечер я видел Марго десятки раз — она улыбалась, шутила, подливала гостям вино и каждый раз это была моя официантка, верный человек из команды. Сейчас передо мной стояла незнакомка. Губы сжаты в тонкую линию, глаза пустые и холодные.
Мысль мелькнула и погасла, потому что Марго уже перехватывала стилет поудобнее, смещая вес на переднюю ногу. Готовилась прыгнуть снова.
— Ну давай, — выдохнул я, и голос мой звучал хрипло от боли и адреналина. — Давай, тварь. Посмотрим, кто кого.
Кровь текла по руке, пропитывая рукав. Плечо горело. За спиной стоял стол с тирамису, слева — плита очага, справа — стена.
Только я, она и стилет между нами.
Марго сорвалась с места. Стилет мелькнул снизу вверх, метя в кадык. Я отшатнулся, ощутив, как лезвие рассекло воздух в миллиметре от кожи. Рука вслепую шарила по плите, пока пальцы не сомкнулись на ручке сковороды.
Марго ударила снова, целя под рёбра, и я едва успел выставить сковороду. Удар пришелся в дно. Стилет лязгнул. Отдача ударила ей в кисть. Марго поморщилась, но стилет не выронила. Хват у неё был стальной.
Она сместилась вправо, обходя мою защиту сбоку, и я почувствовал, как левая рука слабеет с каждой секундой. Кровь из плеча заливала рукав, пальцы начинали неметь, и где-то на краю сознания мелькнула мысль, что ещё минута такой пляски — и я просто уроню сковороду, а второго шанса эта змея мне уже не даст.
На краю плиты стоял ковш с горячей карамелью. Я готовил её для украшения тирамису и оставил, чтобы не загустела. Сейчас она была единственным, что могло переломить эту драку в мою пользу.
Марго сделала ещё один обманный выпад просто чтобы заставить меня поднять сковороду выше и открыть живот. Она читала мои движения, предугадывала каждый шаг, и работала так чисто, будто всю жизнь только и делала, что резала людей на кухнях.
Но я тоже кое-что умел.
Я принял финт на сковороду, отступил на полшага, изображая потерю равновесия — качнулся, опустил плечо, дал ей увидеть слабину. И Марго клюнула. Подалась вперёд, занося стилет для удара в открытый бок, и в эту секунду моя почти онемевшая левая рука метнулась к ковшу. Пальцы сомкнулись на ручке и я выплеснул раскалённую карамель ей в лицо.
Жижа ударила в лоб, потекла по щекам янтарными ручьями, и Марго зашипела сквозь стиснутые зубы, точно как змея, которой наступили на хвост. Она рефлекторно вскинула руку к лицу, пытаясь содрать горячее с кожи. Одна секунда. Больше мне было и не нужно.
Я перехватил сковороду, шагнул вперёд и ударил от бедра, вложив в удар всё, что у меня оставалось. Сковорода врезалась ей в висок с глухим звуком. Голова Марго мотнулась в сторону, глаза закатились. Она покачнулась, отступила на шаг, на другой — но устояла. Ноги подгибались, стилет ещё торчал из кулака, и она пыталась поднять его, вслепую целя в мою сторону.
Вдруг скалка обрушилась на её затылок.
Марго рухнула лицом в каменный пол. Стилет вылетел из её пальцев, отскочил от камня и закатился под стол. Тело дёрнулось, ноги скребнули по полу, и всё стихло.
Екатерина стояла за спиной убийцы, вцепившись обеими руками в здоровенную кухонную скалку, которую схватила с полки у входа. Скалка в её руках подрагивала, но взгляд был твёрдым.
— Верёвку с крюка у двери, — скомандовал я, привалившись к плите. — Быстро.
Екатерина бросила скалку и метнулась к двери. Через три секунды верёвка была у меня в руках, и я опустился на колени рядом с Марго, превозмогая огонь в плече. Завернул ей руки за спину и стянул запястья так, что пальцы у неё посинеют через четверть часа. Плевать. Заслужила.
— Тряпку со стола скрути и дай мне.
Екатерина скрутила и протянула. Я засунул кляп Марго в рот и закрепил полотенцем вокруг головы — если очнётся и закричит, гости услышат, а этого допускать было нельзя.
И только тут позволил себе прислониться к стене и перевести дух. Плечо налилось свинцом. Рукав промок насквозь, кровь капала на пол, рисуя дорожку на камне.
— Екатерина, — сказал я, — помоги снять китель и перевяжи мне плечо. Чистые тряпки на полке справа.
Она повернулась ко мне, и вот тут я увидел то, чего она не показывала, пока мы возились с Марго. Губы её чуть