— Я знаю о ее связи с вашим мужем, — он говорил тихо, но каждое слово звучало четко. — У меня надежные информаторы.
Я замерла, в полном шоке… Это… совершенно не то, что я ожидала услышать.
— Вы… знаете? И ничего не сделали?
Он пожал плечами. Легкое движение, будто речь шла о выборе еды на завтрак, а не о его жене в постели с другим мужчиной.
— Милана получила то, для чего вышла замуж: деньги, статус, красивые фотографии в журналах. Я получил красивую жену для публичных мероприятий. Сделка выполнена с обеих сторон.
— Но она изменяет вам, — возмутилась, совершенно не понимая такого спокойствия. — Врет в глаза, выкладывает фотографии с подписью про семейное счастье, а сама спит с продюсером.
— Люди лгут, — Каменский сложил руки на столе, пальцы переплелись, образуя замок. — Это нормально, Милана не исключение.
— Вы действительно так спокойны, серьезно? — Я наклонила голову. — Или просто хорошо играете? Или лучше сказать, держите удар?
Он коротко усмехнулся без тени веселья.
— Я не играю, и не держу удар. Вы же пришли не за этим. Скажем так, просто устал удивляться человеческому лицемерию. Милана хочет карьеру, ваш муж хочет секса с молодой актрисой. Все логично и предсказуемо.
— Тогда зачем вы меня приняли?
— Вы упомянули сериал, сказали, что Павел хочет забрать права. Вот это меня действительно заинтересовало. «Чужие жены» идут на моем канале. Рейтинги высокие, рекламодатели довольны. Если ваш муж разрушит проект из-за личных проблем, я потеряю деньги.
Ну ничего себе. Не ревность, не обида и не желание наказать неверную жену, а деньги. Только бизнес, холодный расчет.
— Понятно…
— Еще я не люблю, когда меня используют, — Глеб скрестил руки на груди, ткань пиджака натянулась на плечах, очерчивая рельеф мускул. — Милана привыкла, что может крутить всеми вокруг, пора показать ей, что не все так просто. Нет, не подумайте, я не мстительный человек. Просто восстанавливаю баланс.
Мы немного помолчали. Он явно давал мне время переварить услышанное.
— Итак, вы же пришли сюда с планом? Что предлагаете? — Каменский вернулся к делу.
— Мне нужны хорошие адвокаты. Павел готовится к судебной войне за права на сериал. У него деньги, связи, команда юристов, а я одна. Мой агент нашел адвоката, но его услуги стоят дорого. Очень дорого. У меня таких денег нет, — я сжала руки.
Каменский молчал. Он словно собирал вокруг себя все отрицательно заряженные частицы.
— Вы хотите бороться за права на сериал?
— Да.
— Павел попытается доказать, что концепция была совместной.
— Я знаю, но у меня есть доказательства: черновики, переписки, свидетели из съемочной группы.
— Этого может быть недостаточно, — Каменский посмотрел на меня. — Суды по авторским правам сложные, долгие, дорогие. Павел затянет процесс, будет давить, пугать, предлагать мировую на своих условиях.
— Я не сдамся, Пальцы мелко задрожали, и я сцепила их в замок, очень надеясь, что хозяин этого кабинета не заметит, насколько сильно я нервничаю. Выдохнув, я посмотрела ему в глаза. — Это мое детище, мои герои, я их создала, придумала конфликты и точки сюжета, писала каждую серию. Павел только нашел деньги, я не позволю ему украсть мою работу!
Каменский кивнул. В его взгляде промелькнуло что-то похожее на уважение, пусть и едва заметное.
— Хорошо. Я помогу вам. Дам адвокатов, оплачу их работу, обеспечу поддержку. Но я не занимаюсь благотворительностью.
Я выдохнула. Получилось неожиданно легко… Слишком легко. Ощущение неотвратимости липкое и неприятное, зудело и не позволяло расслабиться. Не время, совсем не время.
— И что вы хотите взамен?
Глава 8
— Вы напишете эксклюзивно для моего канала новый проект. Такой же сильный, как «Чужие жены». Контракт на три года, без права сотрудничества с другими медиа.
Я молчала, обдумывая предложение. Три года серьезный срок, но без помощи Каменского я проиграю Паше.
— Какие условия, кроме уже озвученных?
— Гонорар обсуждаем, но будет выше рынка, обещаю, плюс проценты от рекламы. В творчестве у вас развязаны руки.
— Почему именно я? На рынке полно хороших сценаристов.
— Вы умеете рассказывать истории, которые цепляют. «Чужие жены» стабильно держатся рейтинге. Зрители ждут каждую серию, обсуждают в интернете, цитируют диалоги. Вовлеченность важна.
— А взамен? Вы уверены, что я выиграю суд?
— Мои адвокаты не проигрывают, — Каменский усмехнулся. — Они разберут дело Павла по винтикам, найдут все нестыковки, вытащат на свет каждую ложь. Если доказательства на вашей стороне, вы получите права на сериал.
— А если нет?
— Тогда придется договариваться. Но я не думаю, что до этого дойдет.
Передо мной уверенный, холодный, привыкший решать проблемы деньгами и властью мужчина. Но в данном случае это именно то, что мне нужно.
— Хорошо. Я согласна, но у меня есть условие, в принципе вы сами озвучили этот важный момент, но я бы еще раз хотела заострить на этом внимание.
Глеб поднял бровь.
— Слушаю.
— Никакого вмешательства в творческий процесс. Я пишу так, как считаю нужным. Без правок от продюсеров, без цензуры, и без компромиссов ради рекламодателей.
— Вообще не вопрос, договорились, — он кивнул. — Что-то еще?
— Нет. Пока нет…
Каменский встал, протянул руку. Я тоже поднялась, пожала ее. Моя ладонь потерялась на фоне его широкой. Он сжал мою руку на секунду дольше, чем требовалось для формальности, потом отпустил.
— Свяжу вас с главой юридического отдела. Самсонов лучший адвокат, которого я знаю. Он немедленно начнет работу.
— Спасибо, — я взяла сумку. — И за помощь, и за предложение.
— Рано благодарить, — Каменский смотрел в экран телефона. — Впереди самое интересное.
— Я знаю.
Он посмотрел на меня внимательно, будто оценивал, выдержу ли я давление.
— Андрей? Это Глеб. У меня для тебя дело срочное и непростое. Завтра утром познакомишься с клиенткой.
Я вышла из кабинета через десять минут с визиткой Самсонова в кармане и странным чувством облегчения в груди. У меня появился союзник. Холодный, циничный, готовый перегрызть глотку противнику. То, за чем, собственно я сюда и пришла, хотя и не совсем ожидала, что все будет так…
Адвокаты начали работу на следующий день. Андрей Владимирович Самсонов оказался мужчиной лет пятидесяти с седыми волосами и проницательным взглядом. Мы встретились в его офисе, где все полки были забиты юридическими книгами.
— Расскажите все с самого начала, — он включил диктофон. — Как возникла идея сериала, кто участвовал в разработке, кто финансировал, кто владеет правами сейчас.
Я рассказывала два часа. Он слушал, изредка задавая уточняющие вопросы, делал пометки в блокноте. Когда я закончила, Самсонов откинулся на спинку кресла.
— Ситуация сложная, но не безнадежная. У вас есть черновики сценария с датами создания?