— Николь, — тихо, но жарко выдыхает он, пробегаясь по моему лицу цепким взглядом.
— Гилберт, — я даже не пытаюсь изобразить радость. — Что ты здесь делаешь?
— Пришёл навестить свою невесту.
— Посреди ночи? В любом случае ты ошибся дверью. Здесь твоей невесты нет, — я пробую пройти мимо, но маг вдруг хватает меня за плечо и грубо заталкивает обратно в палату.
— Ты моя, Николь! И сама это знаешь! — шипит Гилберт, сверкая глазами. Сейчас он похож скорее на демона, чем на человека. Темнота кругом лишь добавляет сходства.
— Оставь меня в покое! — вырвав руку, я отхожу на два шага. — Найди себе другую цель!
— У меня уже есть ты! С чего вдруг собралась участвовать в отборе? Правда думаешь, на тебя там кто-то взглянет?
Слова мага попадают в больную точку. Я сжимаю зубы, чувствуя как в груди закипает гнев.
— Вот и проверим! — выдавливаю. — Или ревнуешь?
— Конечно ревную, — шепчет Гилберт с мучительной улыбкой. — Я ведь люблю тебя, Николь. И хочу быть с тобой до конца своих дней.
Хочет быть со мной?
До конца своих дней?
На миг сердца касается сомнение. Я вскидываю взгляд. Правда любит? А про «никто не взглянет» сказал из ревности?
Мы стоим посреди сумрачной комнаты в окружении склянок и запаха лекарств, напряжённо смотрим друг на друга. Я изучаю гордые губы, горящий взгляд, какой и правда можно принять за любящий… Но что-то в холодном лице мужчины не даёт поверить в сказанное.
— Нет, Гилберт… — тихо говорю я. — У тебя нет ко мне чувств.
— Ошибаешься, Николь, — маг протягивает ко мне руку. — Рядом с тобой моё сердце стучит чаще, разве не слышишь?
Я ухожу от прикосновения.
— Перестань. Зачем ты продолжаешь врать себе и мне?
Улыбка медленно сползает с лица мага, губы кривятся от бешенства. В воздухе разливается трескучая магия, сгущаются тени. Холодок страха бежит по моей спине.
— Я тебе нужен, Николь. Тебе и твоей кроличьей семейке! Рано или поздно ты приползёшь ко мне за прощением.
— О, наконец-то ты говоришь то, что думаешь, — морщусь я отступая. — Мы справимся без тебя, поверь.
— Всё, Николь, хватит!
— Что «хватит»?
— Мне надоело твоё упрямство, — рычит Гилберт и вдруг стремительно шагает навстречу, схватив за плечи, толкает к стене. И тут же наваливается всем телом, не давая дёрнуться.
— Ч-что? Перестань! — Я выкручиваюсь, но всё бесполезно. Я словно в сети попала. Сердце испуганно стучит в груди.
— Я слишком долго был хорошим, Николь. Моё терпение лопнуло, — его руки бесстыдно оглаживают мою талию, опускаются к бёдрам, пробуют забраться под юбку.
«Он не посмеет!» — шепчутся мысли.
— Я позову стражу! — голос срывается в испуганный писк.
— Зови кого хочешь, ты моя! — сообщает бывший жених, окончательно задирая платье и сжимая ладонью ягодицу. Жар ударяет в лицо.
— Стража! — пытаюсь крикнуть я, но Гилберт затыкает мне рот жёстким поцелуем.
Я дёргаюсь в объятиях мага, словно бабочка в липкой паутине. Снова и снова отталкиваю прилипчивые руки, отворачиваю лицо и пытаюсь позвать стражу. Но Гилберт каждый раз перехватывает мои губы. Тошнота скручивает желудок.
Краем глаза я вдруг замечаю рядом столик, а на нём стеклянные бутылки с лекарством. Мне удаётся ухватить одну из них за горлышко… Но маг замечает и перехватывает мою кисть.
— Строптивая, — почти ласково шепчет Гилберт. Его глаза жутко сверкают в темноте, он снова тянется меня целовать. Я же сцепляю зубы, а в следующую секунду с силой бью его лбом прямо в орлиный нос, и тут же добавляю коленом в пах.
Маг со стоном сгибается, роняя бутылку. Раздаётся звон, и воздух наполняется запахом горькой полыни.
Мужчина рычит, а я со всех ног бегу к дверям и выскакиваю в тёмный коридор. Остервенело вытираю губы, адреналин разжигает кровь.
«Гад! Мерзавец! Как он посмел!» — ругаюсь про себя.
Стражи нигде нет. Неужели Гилберт позаботился? Усыпил или отвлёк? Надо скорее кого-нибудь найти… Что на него вообще нашло?! Зачем я ему?! Неужели он собирался… против моей воли! Проклятье!
И кому жаловаться? Для всех мы поссорившаяся парочка, никто не примет мои слова всерьёз! Отец и вовсе может заявить, что маг опорочил мою честь и обязан жениться. Или в этом и заключался план мага? Какой же он подлец! Как же я была слепа!
Спиной я чувствую отголоски магии, кажется, мой несостоявшийся жених уже пришёл в себя. Подхватив полы платья, я бегу по коридору, и, как назло, не попадается ни одного стражника!
Может, они на собрании по поводу отбора? Или патрулируют другую часть замка? Медицинская комната ближе к гостевой половине, тут всегда меньше охраны. А между тем я слышу за спиной торопливые шаги Гилберта. Они эхом раздаются в коридоре, тени сгущаются, вьются чёрными змеями у стен.
Шмыгнув за угол, я с колотящимся сердцем заскакиваю в одну из комнат. Меня окутывает пряный запах приправ и сладких овощей. Кухня! Тут длинные столы, ящики с магической заморозкой, большая закоптившаяся печь.
Царит мрак, но я оборотень и вижу в темноте лучше людей.
Пригнувшись, пробираюсь в дальнюю часть комнаты. Помедлив, беру со стола нож. Надеюсь, он мне не понадобится, но с ним будет спокойнее. Присаживаюсь за одним из ящиков, замираю. Успокаиваю мысли. Вдох-выдох… замедляю сердце и дыхание. Сосредоточившись, смешиваю свой запах с окружающими ароматами пищи. Вряд ли Гилберт может меня учуять, но кто этих магов знает?
Чем меньше эмоций, тем лучше я могу спрятать свой запах. Неприятно, что вместе с тем слабеет и собственное обоняние, но зато обостряется слух.
Темнота укутывает коконом. Рукоять ножа холодит пальцы. Маленький кролик, что живёт в моей душе, дрожит от страха. Его длинные уши поворачиваются то влево, то вправо, пытаясь уловить каждый шорох.
Я отчётливо слышу, как скребётся жук за печью, слышу писк комара под потолком… и слышу непривычно тяжёлые шаги, что приближаются к двери.
Раздаётся скрип петель, и полоска лунного света проникает на кухню.
«Он нашёл меня!» — мечутся мысли. А шаги между тем всё ближе, ещё немного и Гилберт меня обнаружит! А ведь я ударила его, он не простит своего унижения.
Страх вновь поднимается волной, душит, я пытаюсь не дать ему захватить меня.
«Я принцесса! — твержу себе на грани паники. — Это мой дом! Мой замок! Моя страна! Это он должен бояться и прятаться! Он, а не я! Что бы сделала Катрин? А Лисия? А мой отец? Принцесса не должна прятаться, как испуганная жертва. Я могу себя защитить! У меня есть