— Когда же нам знакомиться с женихами? — раздаётся вопрос из зала.
— Одновременно с испытанием будет проходить бал, — отвечает Виктория. — До полуночи ещё много времени, вы всё успеете! Дам вам подсказку, привлечь птицу можно магией. Но ещё нужна смекалка и напряжение внутренних чувств. Искренне желаю вам всем удачи! Да начнётся первое испытание!
Глава 7
До полуночи около семи часов. Времени более чем достаточно, чтобы и потанцевать и заняться поисками ивари, но большинство девушек сразу же устремляются на улицу ловить свою «птицу счастья».
Я никуда не тороплюсь, потому что по рассказам сестёр помню, что первый час алмазных ивари будет невозможно поймать. Они будут кружить слишком высоко, лишь дразнясь и не позволяя приблизиться.
В бальном зале остались женихи и самые уверенные в себе невесты. Среди них Мира, Нанетт, Катрин и несколько других знакомых лиц. Музыка сменяется на игривую, слуги выносят закуски и напитки.
Мой взгляд тянется к Джареду. Он для меня как магнит, даже если не смотрю, всё равно чувствую, где он находится. В этот раз мне едва удаётся увидеть оборотня за толпой поклонниц.
Те облепили второго принца Руанда, будто пчёлы медовый пряник. Он, похоже, вовсе не против, щедро раздаёт улыбки, притворяется джентльменом. Что-то рассказывает, обаятельно смеётся, показывая волчьи клыки.
Девушки смущённо хихикают, заливаясь краской, а мне словно иглу в сердце вгоняют.
«Дурацкая метка! — ругаюсь про себя, раздражённо поправляя перчатки. — Всё из-за неё! Я так все шансы упущу! А ведь сейчас прекрасная возможность прощупать «подозреваемых», или поговорить с Викторией».
Но, оказывается, Виктория уже покинула зал… Впрочем, я знала что так будет, и мой план — пройти испытание, и затем перехватить её в конце дня.
О смерти кронпринцессы Руанда я знаю не так уж много. На руках лишь сухие факты. Я слышала их краем уха в прежней жизни.
Факт номер раз: Тело Виктории нашли в конце второго дня отбора.
Факт номер два: На шее Виктории были крупные синяки, как от мужских рук. Именно поэтому я думаю, что виноват мужчина.
Факт номер три: Викторию опоили каким-то редким зельем, которое ненадолго блокирует магию. Про это зелье я помню, что оно резко пахнет миндалём.
Факт номер четыре: В кулаке Виктория судорожно сжимала цепочку с кулоном, которую, вероятно, сорвала с шеи убийцы. Та цепочка была с королевским символом Аштарии: чёрным кроликом в золотой короне.
Из-за цепочки Руанд был уверен, что виновата моя семья. Вдобавок, зелье с запахом миндаля нашлось в тайных комнатах нашего замка. Кто-то очень грамотно подставил Аштарию!
— Леди, — вдруг раздаётся над ухом.
Вздрогнув, я вскидываю взгляд.
— А?
— Позвольте пригласить вас на танец, — урчащим голосом спрашивает мужчина. Это один из женихов, темноглазый принц из кошачьего клана. Я вспоминаю имя… Майерс. У Майерса вертикальные пульсирующие зрачки и красивая улыбка. А главное — он один из моих «подозреваемых».
— О, конечно! — я очаровательно улыбаюсь. — Почту за честь.
Мужчина довольно щурит глаза. Вежливо взяв под локоть, он уводит меня в середину зала, где нас подхватывает музыка. Кошачья суть проявляется у Майерса во всём. В голосе, в плавности жестов, даже в мимике. Я же радуюсь, что вчера успела повторить движения с Нанетт.
— Вы здорово щёлкнули по носу ведущего, — мурлычет Майерс, после очередного танцевального па.
— Благодарю.
— Но я бы не стал его прощать так просто.
— Он усвоил урок, а я не хотела скандала. Думаю, вы как принц и политик меня понимаете.
— Ну, кое-что я точно понял… Вы дальновидны, милосердны, — сверкает глазами кавалер, его рука плотнее притягивает меня к себе, — и красивы. Не хотите прогуляться в саду?
— После танцев я, пожалуй, сосредоточусь на задании, — сообщаю с извиняющейся улыбкой.
— Я мог бы сделать вас своей фавориткой на этом отборе.
— Неужели я вам так приглянулась?
— Мне нравятся девушки, которые умеют выпускать коготки, — соблазнительно улыбается мужчина.
Надо признать, он весьма обаятельный, только чересчур настойчивый.
— Девушки с коготками могут и поцарапать, — отвечаю я.
— О, я совсем не против, — зрачки Майерса пульсируют. А у меня мурашки бегут по спине. Я неловко смеюсь, надеясь, что оборотень так шутит.
— Кстати, — говорит он, кружа меня по залу. — В вас нет магии, а значит, звериная суть должна быть слаба, как увядший лист. Но вы утверждаете, что всё иначе?
— Верно.
— Значит, вы и моего зверя чувствуете?
— Могу почувствовать, если захочу.
— А что мне сделать, чтобы вы захотели? — шепчет оборотень на ухо, заставляя меня краснеть. Такое внимание приятно, но одновременно непривычно. Слишком давно я не посещала балы в качестве потенциальной невесты.
— Ничего не надо. Давайте, я попробую, — бормочу со смущённой улыбкой.
«Вот он мой шанс проверить, может ли он быть убийцей», — думаю я.
Вздохнув, обращаюсь к внутреннему чутью. Мой кролик в груди навостряет уши, мир преображается. Цвета становятся ярче, запахи острее, звуки громче. Моему кролику Майерс не слишком нравится… Может, потому что он хищник? Запах слишком резкий, аура похожа на поток реки, сбивающий с ног.
Майерс обворожительно улыбается, я осторожно тянусь к его зверю. Это сильная крупная кошка с блестящей чёрной шерстью и ей очень скучно. Она ведёт носом, пытается учуять меня, но я надёжно прячу свой запах.
— У вас крупная пантера и ей невероятно скучно, — отвечаю, выныривая из ощущений. Мысленно вычёркиваю мужчину из списка подозреваемых. Кем бы ни оказался убийца, он и его зверь должны быть напряжены как струна. К тому же ни миндального запаха, ни цепочки с кулоном я также не замечаю. Конечно, убийца вряд ли бы носил её на виду, но всё может быть.
— Моему зверю скучно? — удивляется Майерс. — Да, пожалуй это так. Просто он ещё не распробовал вас.
Танец закончился, но жених никак меня не отпустит. Вместо этого он переплетает наши пальцы. Соприкасает ладони. Моя скрыта под тканью, но я всё равно напрягаюсь.
— Не слишком ли вы торопитесь?
— А вы не хотите проверить? — шепчет кот, заглядывая мне в глаза.
— Что именно?
— Вдруг мы подходим друг другу куда сильнее, чем вам кажется?
Он о проверке истинной связи?
— Нет, я пока не готова, — пытаюсь отстраниться, но куда там кролику вырваться из лап пантеры. А что делать? Не отбиваться же с криками? И так репутация скандалистки.
— Я всё же настаиваю, — мурчит Майерс, увлекая меня в дальний уголок. Я с ужасом понимаю, что наглый котище пытается стянуть мою перчатку!
— Перестаньте, пожалуйста, — шиплю сквозь зубы.
— Ты кролик, а шипишь как кошечка, — ухмыляется. — Я что-то чувствую между нами.
— А