— Доверься мне, я знаю, что делаю.
От возмущения внутри кипит. Не успеваю ответить, как на мои плечи ложатся чьи-то раскалённые ладони.
— Иди погуляй, Майерс, — раздаётся сверху рычащий голос. — Леди обещала мне следующий танец.
Запрокидываю голову и вижу крайне недовольного Джареда. От его рук расходится жар, спускается по моему позвоночнику горячей волной и уютно устраивается в груди. Мой кролик-предатель тянется к волку всеми лапками.
Майерс расплетает наши руки и отступает.
— Ещё увидимся, — подмигивает он на прощание.
Я успеваю только моргнуть, как волк уже обнимает за талию и увлекает к другим танцующим.
«Это плохо… очень-очень плохо», — в отчаянии думаю я, чувствуя, как тело наполняется странной лёгкостью, а сердце свинцом.
Музыка, как назло, сменяется на медленную.
Когда мы расходимся в танцевальном па, я буквально кожей чувствую взгляд Джареда, который скользит по моей шее, груди, бёдрам. Другие девушки смотрят с завистью, но я бы с радостью поменялась с ними местами.
В голове туман, мне не продохнуть от внутреннего жара. Окружающие звуки приглушаются, будто уши заткнули ватой. Мы снова сходимся, и между нами не остаётся пространства. Его горячая рука на моих обнажённых лопатках, спускается ниже, к талии. Это кажется… правильным, но я не согласна! Борюсь с собой, пытаясь разжечь в душе возмущение и гнев.
Он не переносит травоядных!
Джаред может оказаться убийцей!
Солдаты его страны могут сжечь Аштарию до тла!
Перед внутренним взором всплывают картины: огонь, запах горящей плоти, дым… зелёные глаза, сверкающие из-под забрала… я умираю на ЕГО руках… ОН касается моей обнажённой ладони…
— Так ты и правда принцесса, — звучит над ухом насмешливый голос.
Я вскидываю взгляд. Губы мужчины кривит усмешка, лицо расслабленно скучающее, но взгляд полон чего-то тяжёлого и вязкого. Стоит нам встретиться глазами, как я оступаюсь, теряя нить танца. Джаред перехватывает мою руку, поддерживает и продолжает вести.
— Верно, — бормочу, пытаясь справиться со зверем. Кролик до того захмелел от близости пары, что готов упасть на спинку и подставить животик. Но меня не так просто покорить. — Удивлена, что вы запомнили нашу встречу.
— Вы умеете произвести незабываемое впечатление, леди Николь. Что на меня вчера, что на других — сегодня. Это такой способ заполучить голоса для прохождения отбора?
— Звучит как упрёк. Но суть испытания именно в том, чтобы заинтересовать женихов.
— И как оцените успехи?
— Очень даже. Не хочу хвастаться, но мне уже поступило первое предложение стать фавориткой, — намекая на Майерса, говорю я. И с тайным торжеством наблюдаю, как в зелёных глазах зажигается недобрый блеск.
— А вы времени зря не теряете, — с ледяной усмешкой говорит Джаред. — Планируете согласиться?
— Подумаю.
— Потом снова будете отбиваться ножом?
— На этот раз я использую вилку.
Джаред насмешливо вскидывает брови, оценив шутку.
Мы плывём под музыку. Уже не задумываясь, я правильно ставлю ноги. Краем зрения замечаю ядовитые взгляды других невест. Что ж… теперь моя очередь ткнуть волка шпилькой.
— Должна заметить, — шепчу, — у вас очень много поклонниц.
— Боитесь конкуренции? — самодовольно ухмыляется Джаред.
— Нет, за вас переживаю. Тяжело, наверное?
— Тяжело?
— Ну, вы же терпеть не можете травоядных. А тут сплошные кролики, олени да еноты. Как вы только терпите?
Волк еле заметно облизывает верхнюю губу, хищно прищуривается.
— Приятно, что вы переживаете за моё душевное спокойствие, леди Николь. Но меня терзает не скопление травоядных, а совсем другое.
— Что же?
— Любопытство. Я задам вопрос?
— Смотря какой.
— Почему вы прячете свой запах?
— Эм-м, просто он у меня специфический, — выкручиваюсь я, — не хочу уменьшать свои шансы на отборе… Ой! — испуганно пищу, потому что Джаред вдруг наклоняется и, коснувшись носом моей шеи, с силой втягивает воздух.
У меня подгибаются коленки, контроль на секунду даёт сбой. Уши пылают, словно их кипятком облили.
Когда мужчина отстраняется, из его глаз выглядывает зверь. Я буквально вижу проступающего сквозь человеческое обличие волка: опасного хищника с острыми клыками, тяжёлыми когтистыми лапами и густой серебристой шерстью.
— Вы или лжёте, или недооцениваете себя, леди Николь, — хрипло выдыхает Джаред. Его объятия становятся железными.
Он кружит меня по залу, но чувство будто я в водовороте, из которого невозможно выплыть. Я вдруг тоже слишком ярко чувствую запах Джареда — мужской, хищный. В нём дым, морозная клюква, лесная трава. Странная смесь, но кажется, словно аромата вкуснее я в жизни не встречала.
Я уже понимаю, что проиграла. Попалась в сети, будто глупая рыбка, и только упрямство не позволяет сдаться.
— Парфюм творит чудеса, — бормочу. Волк хмыкает так, словно я сморозила глупость.
— Слышал, вы можете почувствовать зверя, — говорит он.
— Могу.
— Что скажете про моего?
Я сглатываю ком в горле. «Нет уж! — думаю я. — Слишком опасно, и так реагирую чересчур остро».
— У меня нет настроения на него смотреть, — отвечаю вслух.
— Сэру Майерсу вы не отказали.
— Вы подслушивали?
— Случайно получилось. Так почему ваши решения отличаются?
— Сэр Майерс мне понравился. Он милый…
— А я вам не нравлюсь?
— Ни капельки.
— Врунишка, — скалится Джаред.
Музыка танца подходит к концу, и мы останавливаемся возле дальней стены. В тёмном уголке, где нас почти никому не видно. Я так тяжело дышу, что моя вздымающаяся грудь касается мужской груди. Невидимая цепь между нами уже натянулась до предела, тянет сердце и душу.
Но я встряхиваю головой. Преодолевая сопротивление, отхожу на полшага. Пробую забрать руку.
Волк удерживает несколько мгновений и лишь потом выпускает.
— Спасибо за танец, сэр Джаред, — присаживаюсь в реверансе.
Волк смотрит сначала на свою опустевшую руку, затем на мою ладонь. Её скрывает перчатка с обрезанными пальцами. Лицо оборотня становится серьёзным, брови сходятся на переносице.
Такое выражение Джареду очень идёт, превращает из насмешника в серьёзного мужчину.
— Вы знаете, что птицу ивари можно привлечь лишь магией? — вдруг говорит он.
— Да, знаю.
— Тогда как вы собираетесь пройти испытание?
— У меня свои секреты.
— Жульничество на отборе запрещено.
Я нервно поправляю перчатки. Подозрение во взгляде и голосе мужчины мне совершенно не нравится.
— Вы меня обвиняете?
— Пока — нет. Но будьте осторожнее, леди Николь, за вами пристально следят.
Он показывает куда-то взглядом. Я смотрю в нужном направлении… и вижу королевский балкон. Раздражённого чем-то отца и Гилберта, который упёрся локтями в золотые перила и внимательно смотрит в мою сторону. Его тонкие губы сжаты в линию, глаза полыхают алым. Этот взгляд не предвещает мне ничего хорошего.
Похоже, он до сих пор не сдался… А ведь я пообещала отцу, что если вылечу с отбора, то извинюсь и покорно выйду замуж за мага.