На Пэлл-Мэлл мы встретили Видока и мадемуазель Ла Виктуар, направлявшихся в «Диоген». В дорогом пальто и с ярким галстуком, самоуверенный француз с важным видом шествовал в нашу сторону, держа леди под руку. В отделанном черным сутажом темно-бордовом шерстяном платье с меховыми манжетами, она выглядела элегантно. Ее лицо скрывала вуаль.
Увидев нас, Видок нахмурился, но мадемуазель Ла Виктуар остановилась и, приподняв грациозным жестом вуаль, выжидательно улыбнулась Холмсу.
– Месье Холмс, я так понимаю, мы должны встретиться с вашим братом, который знает, где Эмиль. Но разве вы не присоединитесь к нам?
Я мельком взглянул на своего друга и обнаружил, что все следы его мрачного настроения исчезли. Непревзойденный актер, Холмс, казалось, обладал полным контролем над выражением своего лица. Улыбнувшись мадемуазель Ла Виктуар, он выразил сожаление, и галантно поцеловал ей руку.
– Увы, это невозможно. Но у моего брата есть хорошие новости. Вы очень скоро встретитесь с сыном. Вынужден принести свои извинения, – добавил он, – я обещал вам, что лично найду Эмиля, но меня отозвали.
– Отозвали? – судорожно вздохнула она. – Но…
За ее спиной, оставленный всеми без внимания, француз торжествующе усмехнулся Холмсу. Он обнял леди за талию, словно защищая. Его жест будто говорил, кому она принадлежит.
– Attendez[52], мадемуазель. Новость-то хорошая: Эмиль в безопасности и находится здесь, в Лондоне. Подробности вы узнаете от моего брата. Он предоставит месье Видоку необходимую информацию, чтобы вернуть Эмиля под ваше попечение. – Холмс повернулся к Видоку. – В чем, собственно, как я понимаю, и заключается ваша цель – помочь мадемуазель? – добавил он. Видок ничего не ответил.
– Значит, вы бросаете нас, мистер Холмс? – спросила мадемуазель Ла Виктуар, вглядываясь в его лицо в поисках объяснения.
– Моя дорогая леди, я не бросаю. У меня срочное дело, и мне необходимо уехать сегодня днем. Еще раз прошу вас, пожалуйста, поймите, что это к лучшему. Я обеспечу успех, только тесно сотрудничая со своим братом. И я намерен вскоре вернуться. Если вас что-то не устроит, – и он бросил взгляд на Видока, – будьте уверены, я вмешаюсь и вовремя помогу вам.
– Но у нас может не быть такой роскоши, как время, – едва слышно произнесла она. Слезы негодования навернулись у нее на глаза. Я был почти готов настоять на том, чтобы мы остались в Лондоне, несмотря на опасность для Холмса.
– Вы находитесь в замечательных руках человека, который… по-настоящему любит вас, – ответил Холмс с почти незаметной иронией.
Видок отступил назад, внимательно наблюдая за Холмсом.
– Какое срочное дело отвлекает вас от леди, которой вы обещали помочь? – поинтересовался он.
Холмс выдержал паузу.
– Боюсь, я не могу вам этого сказать, – заметил он. – Но не теряйте времени, Видок. Это опасный мир. Чем скорее мадемуазель вернет сына, тем в большей безопасности он будет. А теперь не смею вас более задерживать: вам нужно узнать, что хочет сообщить мой брат. Желаю вам хорошего дня.
Глава 14. Вооружившись ложью
Мы с Холмсом добрались до вокзала Юстон за пять минут до отправления поезда и сразу прошли в купе первого класса, предоставленное Майкрофтом, чтобы Холмс мог спокойно поработать со своими текстами по искусству, а я – изучить краткую биографическую справку о «докторе Ричарде Лореле с Харли-стрит».
Я на минутку заскочил за вещами домой, где все домашние мелочи моей жены: корзинка с вязанием, чайные чашки с цветами и салфетки на спинках и подлокотниках кресел, которые успешно собирали пыль в угасающем послеполуденном свете, – кричали мне, что я сумасшедший, раз снова отскакиваю от нормальной жизни в дебри своей прежней жизни с Шерлоком Холмсом.
Но я чувствовал себя странно счастливым.
Времени поужинать не было. Немного запыхавшись, я погрузился в относительный комфорт нашего роскошного купе, мечтая о графине воды, а еще лучше чего-нибудь покрепче. От этих мыслей меня отвлек резкий стук в стекло двери.
Открыв ее, я увидел разносчика с подносом, на котором стояли вода, бутерброды, печенье и фрукты.
– Любезно предоставлено мистером Майкрофтом Холмсом, – объявил молодой человек, когда я забирал у него поднос. – О да, и еще кое-что, что может вам понадобиться. – Он вытащил из-за спины необычное инвалидное кресло, искусно сконструированное и элегантно украшенное простеньким цветочным орнаментом, который казался почти японским, и полностью обитое красными бархатными подушечками. С помощью хитроумного механизма кресло складывалось, как гармошка, и без труда поместилось даже в нашем маленьком купе.
– Гм, если бы всемирно известному искусствоведу понадобилось такое устройство, – хмыкнул Холмс, как только молодой человек удалился, – полагаю, оно было бы именно таким.
– Ваш брат мало что оставляет на волю случая, – высказал я вслух свою мысль.
– Эта скверная штука будет мешать расследованию.
– Майкрофт, похоже, неплохо справляется, даже не покидая свой кабинет, – заметил я. Его брат был известен своим малоподвижным образом жизни.
– У моего брата на побегушках, в буквальном смысле, есть армия, а иногда и флот. У меня будете только вы, дорогой Ватсон.
– Значит, если понадобится, я стану вашими глазами и ушами, – заверил я его.
Холмс вскинул брови, но промолчал. Он принялся развязывать папку, которую вручил нам Майкрофт.
– Что именно вы надеетесь найти? – поинтересовался я.
– Пока не знаю. Для Майкрофта, очевидно, Нику. – Он помахал письмом, прикрепленным к стопке бумаг, предназначенных для него. – Когда ее привезут, я должен телеграфировать его людям в Соммерсби, деревне в двадцати милях к югу от поместья графа. Тогда они явятся и произведут арест.
– В двадцати милях? Почему бы не задействовать кого-нибудь поближе, например местных представителей закона?
– Есть подозрение, что они являются соучастниками, – объяснил Холмс. – Известны случаи, когда в таких отдаленных местечках представители закона – от констебля и вплоть до местного судьи – попадали под финансовое влияние крупных землевладельцев своего региона. В последние годы это происходит реже, но на севере и вдоль шотландской границы…
– Да, на севере все по-другому, – согласился я.
– К примеру, им могут платить за то, чтобы они смотрели в другую сторону, – пояснил он, уже просматривая первые страницы, словно ястреб в поисках мышей.
– А по нашему делу чего вы ожидаете?
– Необходимо выяснить, почему Эмиля спрятали, его прошлое и, по возможности, будущее. Только после этого мы сможем сказать нашей клиентке, что делать дальше. Если ребенок подвергался или подвергается опасности либо жестокому обращению, – а я этого не исключаю, – мы должны искоренить и нейтрализовать эту опасность.
– Если графа