Глава 2
Поезд прибывал в Москву в полночь. Такси понесло меня по ярко освещенным ночным улицам. Мелькали за окном витрины магазинов, манили неоновые вывески ночных клубов и элитных ресторанов.
Нас обгоняли спортивные автомобили, важно, как океанский лайнер проехал длинный лимузин, с треском пронеслась стая безумных мотоциклистов в шлемах, похожих на космические скафандры. Город жил насыщенной ночной жизнью.
Мой мини-отель располагался во дворах у станции метро Тверская. Крохотный номер с видом во двор, заставленный металлическими хозблоками и железными баками. Меня это не смутило — главное, я в Москве. Номер чистый, все необходимое есть.
Курсы начнутся через день, завтра я буду наслаждаться Москвой. Я позволю себе все, о чем давно мечтала. Свернулась калачиком на широкой двуспальной кровати, закрыла глаза и почти сразу провалилась в сон.
— Добро пожаловать домой, — услышала я сквозь дрему.
Улыбнулась в ответ. Я знала — голос принадлежал призрачной даме из моих снов. Лишь бы ночью меня никто не душил и не пытался огреть по голове. На завтра мне нужны силы, у меня столько планов!
Утро встретило грохотом железных ящиков и отборным матом. Даже не сразу поняла, что я в отеле. Сунула ноги в тапочки, прошлепала к окну, сонно потирая глаза.
По двору сновали люди. Кто-то выносил мешки с мусором в баки, несколько мужчин разгружали грузовую «Газель» и заносили ящики с черного хода в магазин. Я поняла, почему у номера такая демократичная цена. Ничего страшного, я тут буду только ночевать. А ругань рабочих отлично выполнит роль будильника.
Включила чайник, засыпала в чашку кофе из пакетика — суррогат, дома я бы такое никогда пить не стала.
За окном начал падать снег — невесомый и пушистый, зима в этом году выдалась красивой. Мужики перестали ругаться, зафырчал автомобиль, в последний раз стукнула крышка мусорного бака и наступила тишина.
Наскоро перекусила, достала из рюкзака коробочку с подвеской. Коробочка была кожаной, потертой, такой же старой, как и хранившееся в ней украшение, некогда белый атлас пожелтел и местами посекся.
Крупный каплеобразный аметист обрамляли прозрачные сверкающие кристаллы — то ли горный хрусталь, то ли стеклянные стразы.
Подвеска качалась на длинной цепочке в моей руке, а розовый зимний рассвет играл гранями камней. Аметист светился глубоким фиолетовым цветом, стразы вспыхивали холодными звездами.
Кулон я надевала редко — слишком крупный камень, и дизайн старинный, такое украшение надевать только в театр или на солидный корпоратив. Ни туда, ни туда я не ходила.
Но сегодня я решила, что подвеска будет со мной. Надела на шею, спрятала под свитер — пусть путешествует по Москве. Не зря же бабушка подарила мне кулон. Кстати, бабушка родилась в Москве. Но всегда уходила от ответа, когда я спрашивала о ее жизни в столице — уехала в детстве, это было давно, ничего не помню, жили скромно, в коммуналке. Не слишком верила бабушкиной забывчивости, что-то она темнила. Откуда в бедной семье золотая подвеска с большим аметистом?
Натянула на голову вязаную шапку, сунула ноги в теплые сапоги и шагнула за порог. Ну, здравствуй, Москва!
Легкий морозец бодрил, я подставила ладонь в перчатке падающему снегу и на нее легло несколько сверкающих снежинок. Таких же сверкающих, как камушки на подвеске.
Ноги сами понесли меня к метро. Как и планировала, первым делом направилась на Кузнецкий Мост. Какая-то неодолимая сила влекла меня туда.
Меньше чем через полчаса я вынырнула из метро и окунулась в круговорот московской жизни. Блестящий и роскошный Кузнецкий Мост поразил, ошарашил и очаровал. Сверкали зеркальные витрины бутиков, кофейни и рестораны влекли изысканными вывесками и заманчивыми предложениями.
Шла по центру пешеходной улицы, восхищалась старинными зданиями — какая потрясающая архитектура, какой декор! Вдыхала полной грудью прохладный воздух и мне казалось, вместе с ним я вдыхаю воздух великого города. Впрочем, так оно и было.
Улица оказалась длиннее, чем я могла предполагать. Гуляла по ней не спеша, по названию улицы Неглинная поняла — я перешла реку, заключенную в каменный тоннель.
Все-таки зашла в уютную кофейню, позволила себе чашечку прекрасного капучино. Не нашла, к чему придраться — отлично сварен. Посидела в тепле и продолжила свою прогулку.
В витрине антикварного магазина увидела странное зеркало — на рамке черного дерева как живые извивались серебряные змеи, кусая друг друга за хвосты. Темное стекло стало матовым от времени. Тончайшая работа мастера, только чем-то жутковатым и мистическим веяло от зеркала. Хотелось посмотреть в него и в то же время хотелось бежать прочь. Не рискнула заглянуть на старинную поверхность.
А вот одна из нарядных витрин привлекла мое внимание. Изумительной красоты посуда соседствовала с изящными статуэтками, сверкал тонкими гранями хрусталь бокалов, в роскошных вазах красовались живые цветы, собранные в потрясающие букеты. Каминные часы с пастушкой и овечками у ее ног занимали центральное место. Витрину украшала витиеватая золотая надпись: «Императорский фарфор и хрусталь». Не могла отвести взгляда от этой роскоши.
Подошла к витрине и увидела свое отражение — в вязаной шапке, в бесформенной куртке. Точно не икона моды! Ну и ладно, я есть я, и сейчас вполне собой довольна — сбылась моя мечта, я в Москве.
Часы начали отбивать полдень — звонко и мелодично. Снег пошел стеной, отражение в стекле поблекло, шапка на мне исчезла, и черная куртка растворилась в белесой пелене. Теперь я видела себя, но с высоко забранными волосами, уложенными в замысловатую прическу, в старинном шелковом платье бледно-зеленого цвета, и с моей аметистовой подвеской на шее. Только было мне лет двадцать. Именно такой я видела себя во сне лежащей на полу, когда вокруг меня суетились женщины. Что за ерунда?
Подвеска на девушке в витрине засверкала, рассыпая сиреневые искры. Почувствовала тепло на груди, расстегнула куртку, потрогала подвеску. Она стала теплой и горела тем же ярким светом, что и в отражении. Из центра обоих кулонов вырвались ломаные лучи, похожие на молнии. Они побежали друг к другу, соединились и с треском рассыпались тысячью искр. Зазвенела разбитая витрина, опадая мелкими осколками и широкими пластинами.
И тут же налетел снежный вихрь, бешено закружился вокруг меня, кинул в лицо холодные острые снежинки. Я зажмурилась, меня подхватило, завертело, швырнуло куда-то в пустоту. Я больно ударилась головой и провалилась в темноту.
Глава 3
Сильно болел затылок, и саднила шея. Не было сил пошевелиться, не