Ну да, как же.
Я, разумеется, не размышляю о «перепихе» с Ноксом. Слишком рано, я только недавно с парнем рассталась.
Вот только… на него приятно смотреть. А еще он довольно забавный. С каждой встречей он становится все притягательнее, и это удивительно. Высокомерные спортсмены не в моем вкусе. Я от них бегу как от чумы – спасибо бросившему семью папаше.
Ко всему прочему, Нокс – птица не моего полета. Он увлекается сексуальными девицами, которые бросаются на спортсменов, потому что уверены в собственной привлекательности. А тут я – полная противоположность.
Я тихоня. Держусь в стороне. Усердно учусь, потому что хочу получать хорошие отметки. Поступив в колледж, я подумывала стать учителем, но в первом же семестре поняла, что преподавательская карьера не для меня. Всю жизнь провести на занятиях?
Нет уж, спасибо.
Теперь… Теперь я вроде бы хочу стать писателем. Карьера мечты – скорее всего, совершенно недосягаемая, но пока я с восторгом думаю обо всех возможных перспективах.
У меня всегда было хорошо с английским, так что я, не задумываясь, стала репетитором по этому предмету. Подала заявку на втором курсе, еще осенью, и меня сразу приняли. У меня уже было двое учеников с дислексией, и я изучила все, что можно, чтобы им помочь. Оба оставили восторженные отзывы, так что теперь я считаюсь специалистом по работе с теми, у кого встречаются различные нарушения чтения.
И, судя по информации в профиле Нокса Магуайра, у него как раз проблемы с чтением. Хм.
Какое совпадение, что Нокс выбрал меня репетитором! Да-да, тут полагается сарказм. Может, узнал мое имя? Интересно, у него вообще есть нарушения чтения? Конечно, если он и притворяется, то о таком не спросишь. Грубо.
Может, это и правда судьба, как бы нелепо это ни звучало.
Я жду его в отведенном нам кабинете в библиотеке, то и дело поглядывая на телефон. Так я слежу за временем – свои часы «Эппл» я благополучно забыла, а без них жутко неудобно. Я люблю, когда сразу видно все сообщения и сколько шагов я прошла за день, и положила ли я трубку после звонка. К такому быстро привыкаешь.
Нокс опаздывает уже на две минуты. Не так много, но я помешана на пунктуальности. Мое время не менее ценно, чем его.
Внезапно дверь распахивается, и он влетает в комнату, мгновенно заполняя все пространство. С грохотом кидает на стол рюкзак, ни на секунду не сводя с меня взгляда.
Губы его складываются в улыбку, глаза начинают сверкать. Он окидывает меня внимательным взглядом, стоит, уперев руки в боки.
– Джоанна.
Я киваю в знак приветствия.
– Нокс.
– Так и знал, что это ты.
Я стараюсь не обращать внимания на то, как радостно заходится сердце от его слов.
– Ты опоздал.
Его улыбка вянет, и он хватает телефон, поглядывая на время.
– Всего на три минуты.
– Я не люблю, когда люди опаздывают.
Улыбка возвращается, хоть и не такая ослепительная.
– Понял.
Я указываю на стул напротив.
– Садись. Пора начинать.
Нокс делает как велено: плюхается на стул напротив и тянется к рюкзаку. Стол длинный и узкий, наши колени соприкасаются, и от этого у меня по коже бегут мурашки.
Он прижимается ко мне.
Коленом.
К моему колену.
У меня большие неприятности.
– Я вчера просматривал список репетиторов по английскому и увидел твое имя. Что-то мне подсказало, что это ты. Интуиция, понимаешь? – Он поглядывает на меня, а потом принимается доставать вещи из рюкзака. – Теперь я знаю твое настоящее имя, Джо-Джо.
Я подавляю порыв закатить глаза.
– Пожалуйста, называй меня Джоанна. Или просто Джо.
– Но мне не нравится просто Джо. Мне нравится Джо-Джо. – У него потрясающая улыбка, от которой почва из-под ног уходит, и он об этом, уверена, прекрасно знает.
Я награждаю его строгим взглядом, которым на всякий случай обзавелась еще в ту пору, когда хотела стать учителем, но Ноксу все нипочем.
– Мало кто обращается к репетитору в самом начале семестра.
Он бросает на стол потертую книжку в мягкой обложке.
– У меня такое ощущение, что я все время в колледже бежал от этого предмета. Уверен, я в классе единственный со старшего курса.
Готова поспорить, он прав. Предмет для первого курса.
– Почему куратор не заставил тебя раньше пойти?
– Не знаю. – Он застенчиво пожимает плечами. Щеки его едва заметно краснеют. – Она говорила, я смогу взять его, когда захочу, а я вечно прокрастинирую.
Вот оно что. В кампусе куча спортсменов, которые с выгодой используют свое положение. Не ходят на лекции, автоматом получают зачет на контрольных и на защите проектов, просто потому что в нужный день их не было в городе. Потому что у них был матч. И так далее, и тому подобное – список бесконечный.
Пожалуйста, пусть Нокс окажется не из таких, а то я буду разочарована.
– И вот ты решил взять этот предмет на последнем курсе, в разгар футбольного сезона. – Я перевожу взгляд на книжку на столе. «Вся ваша ненависть» Энджи Томас. – Вот что вы сейчас читаете?
– Должны читать. – Он потирает шею. – Я только первые пару глав прочел.
– Первые пару глав?
– Первую. – Он мнется. – Половину, – снова мнется. – Ладно, всего пару страниц.
Я хватаю книгу, некоторое время рассматриваю обложку.
– Я ее в старшей школе прочитала.
В его глазах мелькает надежда.
– Может, ты мне быстренько ее перескажешь?
Я окидываю его красноречивым взглядом, который так и говорит: «Ага, разбежался».
– Еще фильм есть.
Он хмурится.
– Серьезно? Надо посмотреть.
– Он не совсем по книге. Ни одна экранизация не воспроизводит первоисточник в точности. – Я откладываю книгу, гадая, не взорву ли Ноксу мозг, если скажу, что прочла ее добровольно. Ради удовольствия. – Она очень хорошая.
– Не сомневаюсь. Я был так рад увидеть в списке литературы к прочтению хоть одну книгу, написанную в двадцать первом веке. Остальное – сплошное старье.
– Это старье – классика. Вот почему преподаватели обычно дают эти книги.
– По-моему, они уже отжили свое. Тут нужна свежая кровь. У нас современный мир. Разве не надо читать про актуальные проблемы, обсуждать их? – Нокс сосредоточенно хмурится.
Замечание справедливое, но нам с ним не об этом надо говорить.
Я достаю свой айпад и открываю заметки, где заранее приготовила страницу для Нокса. Вношу кое-какие дополнения.
– Прежде чем мы начнем говорить о