Тупое, ужасное сравнение, и я никогда не скажу ей об этом, иначе она меня на смех поднимет. И вполне заслуженно.
– Предлагаю назначить занятия на вторник и четверг, на два часа, идет? Я зарезервирую этот кабинет на остаток семестра. – Она начинает снова что-то печатать на экране.
– Думаю, меня устроит, – у меня как раз перерыв между занятиями, так что да, мне подходит.
– Идеально. Ты понимаешь систему оплаты?
– Ага. – Вчера вечером я ввел данные своей кредитки.
– Отлично. Ой, и нам стоит обсудить кое-что еще.
Я хмурюсь.
– Что?
– Никаких опозданий. Я понимаю, в жизни всякое случается, и порой опоздания неизбежны, но мое время ценится так же, как и твое, – твердо заявляет она.
– Понял. – Я салютую ей, и она закатывает глаза. Похоже, она очень пунктуальная. Что ж, не худшее качество.
– И, к твоему сведению, все, что происходит в этом кабинете, остается в этом кабинете. Я ни с кем не буду обсуждать твои проблемы. Репетиторская программа предусматривает конфиденциальность, так что волноваться тебе не о чем. – Она откладывает айпад на стол, сверху складывает руки замочком. – Не будет никаких сплетен о том, что Ноксу Магуайру нужна помощь с английским. Или о том, что он поклялся соблюдать целибат остаток семестра.
Я не могу сдержать смех.
– Слухи уже поползли, милая. Думаю, все уже ждут, когда я уйду в монастырь.
На щеках Джоанны вспыхивает очаровательный румянец, и я гадаю, не связано ли это с тем, что я назвал ее милой. У меня просто вырвалось, я даже язык не успел придержать.
– Уверена, это не помешает девушкам подкатывать к тебе.
Я удивленно вскидываюсь.
– Я думал, тебя как раз это остановило.
Некоторое время она смотрит на меня, открыв рот. Несколько раз моргает.
– Э-э-э…
– Видишь? – Сердце у меня начинает биться как сумасшедшее.
Джоанна резко закрывает рот и замолкает.
Я тоже молчу – и наблюдаю за ней. Ей явно неловко, и отчего-то мне это доставляет удовольствие. Она ерзает на стуле и не смотрит на меня, благодаря чему я получаю прекрасную возможность рассмотреть ее.
А потом Джоанна начинает нервно смеяться. Она качает головой, но головы не поднимает.
– Полагаю, я просто… с уважением отношусь к твоим желаниям.
– А, так вот как это называется? – Я поглядываю на забытую книгу на столе и вдруг вспоминаю предложенную Джоанной идею. Давить мне не хочется, так что я меняю тему. – Кстати, я собираюсь сегодня вечером купить аудиокнигу.
Джоанна поворачивается на меня с явным облегчением.
– О, хорошо. Думаю, это отличная идея. Так тебе будет проще усвоить материал и понять авторский посыл. А история на самом деле отличная.
– Тебе ее задавали на первом курсе?
Она качает головой, в очередной раз смутившись.
– Я ее в старших классах прочитала. Просто захотела.
Что ж, мне такое незнакомо.
– Я никогда не любил читать.
– На самом деле, это потрясающе. Когда читаешь, будто перемещаешься в другой мир. Книги многому учат. Я просто обожаю читать. – Джоанна снова краснеет. Вообще-то ей очень идет. Она становится еще симпатичнее. – Похоже, я начала болтать о том, что тебя совершенно не интересует.
– Ничего, все нормально. Я готов болтать о футболе со всеми, кто готов слушать, и люди по большей части просто ненавидят меня за это.
Джоанна морщит носик.
– Я его не особо люблю.
– Точно. Ты же даже на матчи не ходишь. – Я качаю головой. – Какой позор.
– Поклонников тебе и так хватает. Уверена, еще одна фанатка тебе не нужна.
Мой взгляд скользит по ее лицу. По плечам. По груди. Джоанна… интересная девушка. Не любит футбол. Не бросается на меня, даже когда я даю возможность, а еще она любит читать. Она умная и, я уверен, очень амбициозная.
Среди женщин, с которыми я привык проводить время, таких не было. Не то чтобы я подолгу задерживался хоть на одной.
– Мне уже пора. – Джоанна поглядывает на телефон и слегка хмурится. – А то опоздаю.
– Куда опоздаешь? – Я встаю одновременно с ней.
– На занятие к следующему ученику. – Она хватает рюкзак, забрасывает за плечо. – До встречи!
Не успеваю я глазом моргнуть, как ее уже и след простыл.
11
Джоанна
Выходные проходят как в тумане: я успеваю сбегать на работу в магазин, написать два эссе и провести время с Натали и еще несколькими друзьями – в субботу вечером мы выбираемся поужинать. Воскресенье – время стирки и уборки квартиры. Понедельник… как понедельник, в общем-то, а ко вторнику я снова сплошной комок нервов.
Это все дурацкий Нокс Магуайр виноват. Надо же было выбрать меня репетитором. Я соврала насчет следующего ученика. Просто хотела сбежать оттуда поскорее, оказаться подальше от него, от его мышц, обаяния и улыбки. Вообще-то стоило бы отступить. Сказать, что, оказывается, у нас не совпадают расписания, так что ему придется обратиться к другому репетитору. Уверена, он все поймет.
Я, разумеется, ничего подобного не делаю и в назначенный день уже без пятнадцати два сижу в заранее забронированном кабинете – перечитываю сделанные на айпаде заметки. И поминутно кошусь на дверь, как будто Нокс явится заранее.
К моему величайшему удивлению, он появляется за десять минут до указанного времени. Останавливается напротив меня, с грохотом бросает тяжеленный рюкзак на стол и начинает копаться в нем.
Он не сказал ни слова, и я тоже, так что у меня есть возможность понаблюдать за ним. На нем белая футболка с длинным рукавом и черные шорты, хотя вообще-то сегодня прохладно. О, а еще белая бейсболка задом наперед, так что волосы торчат во все стороны, а на загривке слегка завиваются.
Я отчаянно прикусываю нижнюю губу, не в силах отвести взгляд от упрямых завитков. И еще эта кепка задом наперед… прямо-таки мое слабое место. Помнится, раньше я обожала, когда Брайан так делал. Он играл в бейсбол в старшей школе, и я кучу времени провела, сидя на трибунах и наблюдая за ним.
Господи, бейсбол такой скучный.
– Как дела, Джо-Джо?
Я тут же переключаюсь на Нокса. Он, нахмурившись, рассматривает меня.
– Ой, привет.
– Все нормально? Я тебя трижды окликнул.
До чего неловко.
– Меня зовут не Джо-Джо. – Я выпрямляюсь на стуле.
– Первые два раза я сказал «Джоанна», а не Джо-Джо.
– А, прости. – Я прочищаю горло. – Как прошли выходные?
– Хорошо. – Он выдвигает стул и садится напротив меня. Наши колени соприкасаются, и я слегка отодвигаюсь. – Мы выиграли.
– Я слышала, – трудно не знать это, когда