— Войдите! — голос Тамары звучал чуть выше обычного.
В кабинете у нее было уютно. На окне цвела герань, на столе под стеклом лежали какие-то накладные и графики, а в углу примостился электрический чайник. Сама хозяйка сидела за столом, вертя в руках карандаш.
— Присаживайтесь, Константин, — она указала на стул. Теперь, без посторонних глаз, она отбросила официальное отчество. — Чай будете? Свежий, индийский. С лимоном, как вы любите.
— Никогда не откажусь, — кивнул я. — Особенно от индийского с лимоном.
Пока она разливала заварку по чашкам, я наблюдал за ней. Красивая женщина. Статная, с ясными глазами, в которых, правда, притаилась какая-то вечная усталость. Вдова, детей нет… Одиночество — штука такая, она накладывает отпечаток, который ничем не замажешь, ни косметикой, ни командным голосом. Мне ли не знать.
— Константин, — начала она, поставив передо мной дымящуюся чашку, блюдце с нарезанным свежайшим лимоном и вазочку с печеньем. — Я знаю, что вы готовитесь к экзамену, и у вас каждая минута на счету. Но мне очень нужна помощь специалиста. Именно такого, как вы. Ответственного.
— Звучит интригующе, — я отхлебнул чай. Вкусный, терпкий. — Я весь внимание. Чем смогу, помогу.
Тамара вздохнула, словно решаясь прыгнуть в холодную воду.
— У меня дача есть. Недалеко, в Малой Царевщине. Места там чудесные, бор, яблоневые сады, Волга рядом… Домик мы с покойным мужем строили. Я там летом живу, когда отпуск, да и так, на выходные выбираюсь.
Она замолчала, подбирая слова.
— И что с дачей? — подтолкнул я.
— Со светом беда, — пожаловалась она. — Как ветер подует — все мигает. Лампочки горят постоянно. А в прошлые выходные искрануло так, что я перепугалась. В щитке иногда трещит, и пахнет оттуда подозрительно. Я местного электрика звала, из садового товарищества. Он пришел, пьяный в дым, отверткой ковырнул, изолентой замотал и говорит: «Все нормально, хозяйка, сто лет простоит». А оно опять трещит.
Я понимающе кивнул. Знакомая картина. Скрутки алюминия с медью, окислившиеся контакты, расшатанные автоматы — классика дачного жанра. А местный «дядя Вася», которому платят бутылкой, в такие дебри обычно не лезет. Работает — и ладно.
— И вы боитесь, что сгорит, — констатировал я.
— Боюсь, — призналась она просто. — Вспыхнет как спичка. А я люблю это место… Да и вообще. Константин, вы не могли бы посмотреть? Я понимаю, это наглость с моей стороны, выходной день, вам учиться надо… Но я заплачу, конечно. И накормлю. И привезу-отвезу.
Она смотрела на меня с такой надеждой, что отказать было невозможно. Да и, честно говоря, не хотелось. Перспектива провести выходные в душной общаге, зубря правила, меня не то чтобы сильно радовала. А там — природа, Волга, свежий воздух. Плюс возможность размять руки на настоящей работе, а не на замене лампочек в сортире.
— Тамара Павловна, — я поставил чашку на блюдце. — Деньги мне ваши не нужны, я на всем готовом живу, тратить некуда. А вот насчет «посмотреть» — это можно. Только инструмент мне нужен будет, захвачу с собой. У меня с собой кое-что есть, но если там ввод менять придется или щиток перебирать, материалы понадобятся. — размышлял я. — Кое-что захвачу, но мало ли, не то что понадобится. Тогда придется сначала план ремонта составить, а в следующий раз уже с материалами нужными приехать, поправить по уму.
— У мужа в сарае ящик с проводами стоит, какие-то выключатели, пробки… — оживилась она. — Он запасливый был.
— Ладно, разберемся на месте. Война план покажет. Когда ехать думаете?
— В субботу утром, — она просияла, и лицо ее сразу помолодело. — Я думала, часиков в восемь выехать. Рано?
— Для рыбалки поздно, для работы в самый раз, — усмехнулся я. — А на чем поедем? Автобусом?
— Этот вопрос я решу, не переживайте, — сказала она, чуть отведя взгляд в сторону.
— Отлично, — сказал я. — Тогда договорились. Я буду готов.
— Только, Константин… — она снова слегка замялась, опустив глаза на свои руки, сцепленные в замок. — Вы точно сможете? У вас же экзамены… Я не хочу быть причиной, если вы вдруг…
— Тамара Павловна, — перебил я ее мягко, но уверенно. — Если я за сорок лет стажа не выучил, как фазу от ноля отличить, то за два дня уже не выучу. А практика — она полезнее любой теории. Книжки я с собой возьму, почитаю на природе, под пение птичек. Может, так оно даже лучше усвоится.
— Правда? — она вскинула на меня глаза.
— Правда, тем более вы сказали — Волга рядом. Я давно на Волге не был… наверное.
— Рядом — подтвердила она горячо. Ну не сама Волга, а притока, Сок. Пляж песочный, вода чистая. Сейчас сентябрь, купаться, может, и прохладно, но воздух там отличный.
— Ну вот и договорились. Считайте, уговорили.
Мы обсудили еще пару деталей. Оказалось, дача находится за полсотни километров, в районе Царевщины, недалеко от Курумоча. Места там знатные, Жигулевские горы видны, протоки, острова. Я вспомнил, как в своей «прошлой» жизни ездил туда с друзьями на шашлыки в девяностые. Тогда там уже начали строить коттеджи нувориши, огораживая берег высокими заборами. Интересно посмотреть на эти места сейчас, когда они еще принадлежат простому народу, пусть и в виде шести соток.
— Тогда в субботу, в восемь я буду ждать вас у входа в общежитие, — подытожила Тамара, вставая. — Спасибо вам, Костя. Вы меня просто спасаете.
— Сочтемся, — я тоже поднялся. — Спасибо за чай.
Выходя из кабинета, я чувствовал себя странно окрыленным. Казалось бы, подписался на бесплатную работу в выходной день. Ехать черт-те куда, ковыряться в старой проводке, рискуя получить удар током от какой-нибудь гнилой фазы. Но почему-то на душе было легко.
Вернувшись в комнату, я снова сел за стол. Учебник ПТБ лежал там, где я его оставил, укоризненно глядя на меня серым переплетом. Я открыл его, но мысли были уже далеко. Выходной на даче у реки — это просто подарок.
— Так, отставить лирику, — скомандовал я сам себе вслух. — Глава третья. Заземление и защитные меры электробезопасности. Пункт три-один-один…
Надо было подготовиться не только к экзамену, но и к поездке. Завтра нужно зайти в каптерку, подобрать инструмент, не