Несмотря ни на что, практически все достаточно влиятельные личности были досконально проверены на хоть какую-то связь с Ральдией и её королём. И именно тут возникало множество проблем, даже не считая возмущения самих дворян. Некоторые из них действительно имели связи с Чёрными черепами, но совершенно не были заинтересованы во взаимодействии с Ральдией. Другие же напротив не имели власти для доступа к значительным финансам, либо к самой организации. Были и те, кто откровенно интересовались конкретно личностью Шуна, но не знали о существовании его любовницы, либо же не могли похвастаться связями, что открыло бы двери к покушению. Даже мотивы для такого масштабного мероприятия и убийства у многих попросту не было.
Возникало слишком много вопросов и несостыковок, которые вовсе не могли прояснить ситуацию и не были способны указать на виновного. Впрочем, об одном возможном заговорщике узнали практически в первый день, только никто о нём и не распространялся, продолжая громкие поиски по всей стране среди дворян. Ведь заключение высокопоставленной персоны в рядах Церкви Света вроде инквизитора Талиуса стало бы не меньшей по значимости новостью среди дворян и простого народа, чем само расследование.
Дальнейшие поиски других подозреваемых, которые прошли в невероятно короткие сроки, по итогу ни к чему не привели. После всех вложенных сил и ресурсов, Талиус оказался единственным за всё время поиска, кто имел тесные связи с Чёрными черепами, мог получить доступ к обширным финансам Церкви, а также был в полной мере информирован и крайне заинтересован Ральдией. Даже более, он был одержим личностью Короля и всем, что с ним связано, естественно он знал и о близкой Шуну женщине.
В такой ситуации информация о свободе его действий в отношении Шуна, предоставленного Талиусу Первым ангелом, было последним аргументом, который указывал на его вину. Но кроме Патриарха и Императора об этом указе в совете никто не знал, ведь совсем немногие имели право знать о распоряжениях ангела. Располагая всем необходимым для покушения, Талиус во время допросов даже не отрицал обвинений, но неизменно утверждал, что у него никогда было намерения на само покушение. Впрочем, и без его признания слишком много улик словно ниточки вели только к инквизитору.
Собранный вновь по этому поводу совет, чётко намеревался прийти к окончательному выводу в сложном вопросе и наконец прервать молчание перед Ральдией. Долгие обсуждения различных докладов и новостей складывали для совета примерную картину событий, где центром был именно Талиус, несмотря на значительное количество неясностей. В такой ситуации как сам Император, так и Патриарх, понимали опасность для Империи любого решения, которое будет принято на совете. Простого выхода здесь не было вовсе.
Морально давило на совет, чей состав не особо отличался от раза к разу, и присутствие троицы Святейших стражей. Обладая особым положением, их личное присутствие производило неизгладимое впечатление на всех присутствующих. Их властный образ, могущество и аура оказывали такое давление, что перед ними часть высокопоставленных членов совета робко сидели на своих местах. Немудрено, ведь эти существа были одними из немногих, которые напрямую подчинялись лишь Первому ангелу, даже огромная страна была над ними не властна.
В такой обстановке они чувствовали себя свободнее кого бы то ни было, а двое из трёх стражей, едва ли собираясь закрывать свои лица капюшонами, заняли места спасителей. Одна из них, Иакка, оживлённым и неугомонным взглядом осматривала как сидящих людей перед ними, так и окружающий зал. В это же время спокойный и хладнокровный Урзарес приковал свой острый взгляд к правителю страны и Патриарху, ожидая слов старшей. Андеас же вовсе не занимала мест за столом, вместо этого она медленным и практически беззвучным шагом ходила вокруг стола, держа руки за спиной словно надзиратель.
— По итогу остаётся только этот Талиус… Эх, создать столько проблем из-за одного человека. Даже спустя три дня в переполошённой аристократии не нашлось никого настолько же связанного с Ральдией, — пребывая в неспокойном напряжении, Бриан постукивал пальцем по столу. Его небезосновательно волновало то, что к этому делу был причастен главный инквизитор и Апостол церкви.
— Я правильно помню, что и та организация не будет отвечать перед властью, хоть они совершенно точно причастны к покушению? — Ито обратился к присутствующим через кристалл связи, когда основная часть обсуждений подошла к концу.
— Старый договор с Чёрными черепами и уклад их организации ставит лишком много препятствий, чтобы требовать от них разъяснений. А в случае отказа от этого договора множество лиц в Империи окажутся под угрозой и это не только Императорская свита, но и все члены Совета девяти. Нам остаётся полагаться только на собственные силы.
— Не стоит искать помощи на стороне. Более важно сейчас то, что обвинение главы инквизиции в военное время может внести разлад даже в войсках на фронте, не говоря уже об обычных людях, — ответ Катрин прозвучал для Ито довольно приглушённо, ведь она испытывала всё то давление царящее в зале, но это не мешало ей обдумывать возможные последствия.
— А что же те страшные стражи? Они стоят почти на самой верхушке церкви, так почему не могут, помочь в решении этого вопроса? Скажем, лишить статуса Апостола или обвинить в измене, — прозвучавший совершенно невинным голосом вопрос Ани получил свой отклик почти сразу. Андеас, в очередной раз проходя мимо кристалла связи, остановилась и обратилась к ней с лёгкой улыбкой на лице.
— Юная леди должна выбирать слова, прежде чем говорить перед нами и уж тем более перед тем, как выдвигать такие требования. Апостола выбираем не мы, и вершить такой суд не наша обязанность. Итог нашего суда куда более суров, нежели какое-то лишение статуса или заключение… Неужели нынешнее поколение Спасителей настолько несведущие и невоспитанные, что так пренебрежительно относятся к тем, кому по сути должны подчиняться? — спокойный, но пробирающих до костей голос Андеас произвёл необходимое впечатление даже через разделяющие их и Спасителей огромные расстояния.
— Я не знала, что мои слова были оскорбительными для вас. Простите! — дрогнувший от неожиданности голос Ани прозвучал от кристалла.
— Не надо нас запугивать! В этом зале идёт обсуждение любых