«А всего-то надо было воспользоваться резервным образцом половозрелого мужчины!:))))» — писала мне Анна.
«Думаю, в данном случае это не сильно бы помогло. На пост он был избран как лидер христианской партии, так что электорат бы все равно бурлил говнами. Жена, вероятно, точно так же подала бы на церковный развод, потому что замуж она выходила за другого человека с другим ДНК, а этот мало того, что чужой, так еще и великий грешник, ну и все такое.»
«Ну, зато он мог бы по крайней мере выпить в баре. С горя.»
«А вот это верно!: D Теперь ему еще долго не продадут…»
Мысль об этом Деревянкине согревала меня весь день. И самое смешное в этой истории было то, что она действительно казалась мне смешной. Мне! Парню, обросшему бородой, в дырявых носках и с пропиской в тюремном рифте. Вот уж правда обхохочешься.
Иногда ко мне приходил длинноносый. Жалобно смотрел на остатки потрошеной птицы или длинноухого, на крупные кости, которые я всегда вырезал, чтобы потом еда меньше места занимала в рюкзаке. Ложился в отдалении и терпеливо ждал, пока я подзову его. Сжирал все вкусное, одаривал на прощанье благодарным взглядом и уходил, чтобы опять вернуться через день-два.
Но все это было ерундой бытового уровня по сравнению с двумя настоящими проблемами, которые я, как ни старался, пока что никак не мог решить.
Первое — я никак не мог найти следов Данилевского. Изучал с расстояния мелкие стоянки и большие лагеря, но никого, похожего на Яна, не увидел. Время от времени я специально выманивал на себя кого-нибудь из местных — с этим проблем не было, большинство сразу радостно бежали меня убивать, стоило только показать, что я один, а за плечами имеется полный рюкзак. Но допросы с пристрастием тоже никакого результата не дали. Зато, правда, я узнал местный политический и экономический расклад: названия и особенности самых больших группировок, или «старших», территориальное расположение их «баз», особенности социального положения «атаманов», «бойцов», «телят» и местных евнухов, которых именовали «бабами». Про совсем мелкие банды новичков, которых прикармливали старшие на случай лютой зимы, называя между собой «мясом» и используя соответственно. Про устоявшиеся и уважаемые банды со статусом «мелкашей», имеющие официальный доступ к главной кормушке. И про то, что заключенные от этой самой кормушки никогда не уходят далеко, чтобы не потерять своего статуса и, как следствие, права на свой процент ресурсов. Так что они годами толклись на довольно небольшом пятачке вокруг разлома, разграничив зоны влияния и время от времени их друг у друга оспаривая.
Вторая проблема была связана с самим рифтом. Я думал, что своим появлением начну здесь большое веселье, а оказалось, что праздник начат без меня. Ситуация осложнялась тем, что я никак не мог вытащить из своего интерфейса задание к нему. В прошлый раз в подобной ситуации никаких проблем с этим не было, система четко описала, что нужно сделать, а также штрафы и прочие радости. Но сейчас голосовой помощник упорно заявлял, что у меня нет доступа к этой информации. Тогда я попытался выйти на связь с Кукольником. В первый, пятый, десятый раз. Потому что каким, интересно, образом я должен играть, если не знаю цели текущего раунда? Может, я должен убить сорок бешеных енотов? Так каким образом я бы мог методом перебора угадать это задание?
Но Кукольник упорно молчал. И меня с каждым днем все сильней охватывало ощущение, что с рифтом что-то не то. Что-то неправильное.
И вот наконец-то сегодня днем, три недели спустя после моего захода в рифт, система прислала мне странное сообщение:
Бонусный сюжет 1 для Отшельника:
Добыть действующий интерфейс за 4380 часов
Награда: мутация на выбор и 40 бонусных баллов
И в правом верхнем углу черной страницы интерфейса появился таймер, который должен был отсчитывать часы.
От неожиданности я чуть дурой не подавился.
О как. Один сюжет запущен поверх другого. Что-то с этим рифтом определенно было не так!
«Добыть действующий интерфейс за 4380 часов».
Другими словами, если произвести простое математическое вычисление, получалось, что на задание мне отведено ровно полгода. Неслыханная щедрость!
За полгода мне нужно найти игрока с интерфейсом, запустившего игру, и «добыть» устройство. Очень деликатное слово, если учесть, что для «добычи» необходимо кому-то раскроить череп.
Вот только кому? На игроках ведь узоров и маркировок нет, кем они являются.
Волна раздражения поднялась внутри меня.
Называется, хоть всех подряд вырезай по одному, к чертовой матери.
Что же ты затеял, Кукольник?
И в этот момент я ощутил уже хорошо знакомое тревожное предчувствие. Истинный убийца во мне напрягся, как дикий зверь, почуявший другого хищника.
Доверившись инстинктам, я среагировал мгновенно. На скорости отскочил от костра, вырывая из кобуры трофейный пистолет.
В эту секунду даже ветер замер, затаив дыхание в ветвях деревьев.
И тут буквально в нескольких шагах от меня, из зарослей кустарника с увядшими коричневыми листьями к моему костру скользнула мужская фигура.
Не человек, а само воплощение гибкости, помноженной на скорости. Полуголый торс блестел, будто смазанный чем-то скользким. Темные волосы с вплетенными костяшками спускались ниже поясницы. Он не бежал, а буквально стлался над землей, как змея, сильно наклонившись вперед всем телом. Правая рука его от локтя до ладони представляла собой клинок. Однажды я уже встречался с этим парнем. В тот день, на раздаче.
И, кажется, его звали «Локи».
Клинок свистнул — и замер в воздухе, обнаружив, что больше некого бить.
Парень всем корпусом обернулся ко мне. На губах заиграла полубезумная радостная улыбка.
— Ух ты. Быстрее меня? — проговорил он.
Вместо ответа я вскинул пистолет и нажал на спусковой крючок.
Выстрел громыхнул, вспугнув мелких птиц с ближайших деревьев. С яростным гомоном они стайкой взметнулись вверх, зависнув над кронами бесформенной серой кляксой.
Но это была пуля, потраченная впустую. Локи изогнулся, пропуская ее над собой — так, будто был пластилиновым. И засмеялся.
Вероятно, он и правда был медленней меня. Но однозначно быстрей пистолета. Так что огнестрел против него бесполезен, как и биокоррозия, от которой он сорок раз успеет уклониться.
Значит, остается короткий клинок против длинного, скорость против скорости, взрывной удар против гибкости.
Погнали!
Мы схлестнулись на клинках.
Локи ринулся вперед, его клинок-рука прочертил в воздухе серебристую дугу, целясь в горло. Я не стал отскакивать. Вместо этого